Читать онлайн "Партизанской тропой"

Автор Касым Кайсенов

  • Стандартные настройки
  • Aa
    РАЗМЕР ШРИФТА
  • РЕЖИМ

Партизанской тропой

Прославленным героям партизанского движения С. А. Ковпаку, А. Ф. Федорову, А. В. Тканко, Е. Д. Ломако и В. П. Русину посвящаю.

Автор.

В ТЫЛУ ВРАГА

ПО ЗОВУ РОДИНЫ

1941 год…

Много книг написано об этом памятном годе. Он положил начало неимоверным страданиям и тяжелейшим испытаниям нашего народа. Но он же породил мужество, отвагу и немеркнущую славу советских людей, раскрыл их пламенные сердца, сердца стойких борцов за мир на земле, за счастье. Многое уже стало светлой легендой. Но никто не должен забывать, что часто герои этих легенд — живые люди. Не жалея сил и самой жизни, они грудью шли на жестокого врага и побеждали. Память их священна, слава о них живет и будет вечно жить в сердцах народа.

Много написано книг о войне. Кое-что и я успел рассказать о своих друзьях-партизанах. Мне пришлось быть свидетелем и участником героической партизанской войны на Украине, я видел беспримерные подвиги народных мстителей в ожесточенной борьбе против немецко-фашистских захватчиков. И я должен, обязан рассказать все, что знаю. Рассказать просто, без прикрас, ничего не преувеличивая, ничего не скрывая.

Трудное и страшное было время. Прошли только первые недели войны — и уже лежит в развалинах красавец Киев, пылают и превращаются в пепел Минск, Харьков, Одесса, Севастополь. Отступают советские полки, покидают родные пепелища отчаявшиеся в безысходном горе люди. Плохо было ушедшим, но еще тяжелее и горше тем, кто оставался под железной пятой оккупантов. Сотнями и тысячами ложатся под фашистскими пулями советские люди. Оккупанты не щадят ни женщин, ни малых детей, ни древних стариков.

Никогда не забудут киевляне черный день 20 сентября 1941 года. В этот день в пригородном местечке Бабий Яр фашисты начали массовые расстрелы мирного населения. С людьми расправлялись под предлогом того, что они были коммунистами и комсомольцами, имели связь с партизанами, вели «подрывную работу». Стреляли и за то, что люди появлялись на улицах раньше пяти утра или позже шести часов вечера. За одиннадцать месяцев только в городе Киеве оккупанты повесили и расстреляли 86 тысяч человек. Огромный цветущий город, насчитывавший к началу войны около миллиона жителей, опустел, лежал в развалинах. К моменту освобождения Киева Советской Армией в ноябре 1943 года в нем не было и двухсот тысяч человек.

Примак Иван Кузьмич — командир партизанского соединения.

Ломако Емельян Демьянович — комиссар партизанского соединения.

На оккупированной немцами территории советский человек был бесправным, стоял вне закона. Любой мог быть безвинно брошен в застенок, повешен или расстрелян. Молодежь силой угоняли в Германию на рабский труд. Фашисты изощрялись в диких зверствах, вели злобную и лживую пропаганду, чтобы посеять панику, подавить волю советских людей к сопротивлению. Но ничто не помогло им навести свои порядки, стать хозяевами на многострадальной советской земле. Народ подымался на борьбу против оккупантов.

Начали действовать подпольные партийные комитеты на Украине и в Белоруссии. Мне довелось в эту пору быть в одном из партизанских отрядов и на деле ощутить огромную помощь партийного подполья. На Украине активно действовали тогда более пятисот подпольных партийных организаций. Во главе их стояли опытные, до конца преданные партии и нашей родине коммунисты. Украинцы хорошо знают имена этих славных патриотов. Киевскую областную подпольную организацию возглавляли в то грозное время коммунисты Кудряшов, Пироговский, Примак, Ломако. Полтавскую — Кондраченко, Житомирскую — Маликов, Кировоградскую — Скирда, Черниговскую — Федоров, Сумскую — Куманько. В Луганске работали Яковенко и Стеценко, в Днепропетровске — Сташков и Садовниченко, в Криворожье, в Полтаве и во многих других местах боролись против оккупантов и комсомольские подпольные организации.

Нечего и говорить, что работа подполья проходила в очень сложных условиях. На каждом шагу подпольщиков стерегла смерть, оккупанты расправлялись с ними особенно зверски. Но коммунистов-подпольщиков во всем поддерживали советские люди, и это удесятеряло их силы. Подпольные партийные организации формировали партизанские отряды и руководили их действиями. Первый отряд, созданный на оккупированной врагом территории, возглавил Сидор Артемьевич Ковпак. Вскоре выросли партизанские отряды и соединения Федорова в Черниговской области, Келенкина — в Полтавской и Харьковской областях, Сиворонова и Яковенко — в Луганской области, отряды Творука и Малика, Одухи, Дибровы, Кондратенко и других.

Партизанское движение на Украине получило широкий размах, стало всенародным. Вековые леса были опорными базами народных мстителей. Но партизаны не отсиживались в укрытиях. Они устраивали дерзкие вылазки, взрывали мосты, громили фашистские гарнизоны, освобождали из тюрем советских патриотов, всеми силами помогали Советской Армии бороться с немецко-фашистскими войсками. Каждый куст, каждое дерево, по признанию самих же фашистов, стреляли по врагу. Немцы не могли равнодушно слышать даже слово «партизан».

Украинские партизаны, по свидетельству военных историков, составляли более двух тысяч вооруженных групп, отрядов и соединений и насчитывали в своих рядах примерно двести двадцать тысяч человек. Они взорвали и уничтожили около пяти тысяч вражеских эшелонов, 2206 мостов, свыше одиннадцати тысяч автомашин, полторы тысячи танков, семьсот пушек, более двухсот самолетов. В схватках с партизанами нашли смерть более полумиллиона фашистских солдат и офицеров.

Это — только сухие цифры. Но за ними стоят великие дела скромных советских патриотов, героические судьбы самоотверженных борцов за честь и независимость нашей Родины. За ними стоит судьба легендарного партизанского генерала Сидора Артемьевича Ковпака, совершившего свой знаменитый рейд по немецким тылам до Карпат, судьбы героев-партизан Федорова, Наумова, Тканко и многих, многих других, чьи славные имена благодарно хранит народ в своей памяти.

В рядах украинских партизан выпала честь сражаться и мне — сыну привольных казахских степей. Украина стала мне второй родиной, второй любимой матерью. И, как истинный сын, я не мог спокойно видеть горе и боль Украины, страдавшей под пятой оккупантов, и насмерть бился с ее и моими врагами. Плечом к плечу с украинцами и русскими храбро сражались мои земляки Жумагали Саин, Ади Шарипов, Жусуп Наметов, Гаим Ахмедьяров, Галим Омаров, Хамза Казыбаев, Мукан Кулсеитов, Токтагали Жангельдин, Сатымбек Тулешев и многие другие.

Интересна судьба известного казахского поэта, ныне покойного, Жумагали Саина. Его, тяжело раненного советского офицера, спасла от смерти простая украинская женщина Маслова. Она укрыла его от немцев, выходила, поставила на ноги и переправила к партизанам. Поэт Жумагали Саин посвятил ей впоследствии свои самые проникновенные строки и до конца дней сохранил светлую память о мужественной патриотке.

Еще не исчезли на берегах седого Днепра следы партизанских сражений, еще не заросли травой выложенные камнем партизанские могилы в лесистых горах Закарпатья… Ноют в ненастье старые раны, сединой покрывается голова. Уходят годы, но все ярче и явственнее встает в памяти грозное время великой борьбы. Ничто не должно быть забыто. И пусть эта книга будет скромным памятником тем, кто шел по зову сердца в бой за свободу и независимость своей родины.

В трудный час они сделали для родины все, что могли, они достойны благодарной памяти народа.

МЫ ЛЕТИМ В ТЫЛ

Перед дверью штабного блиндажа я остановился, поправил фуражку и ремень. Тихонько постучал:

— Разрешите войти, товарищ генерал?

— Войдите!

Генерал был в блиндаже один. Когда я вошел, он не спеша поднялся и, достав зажигалку, долго прикуривал папиросу.

— По вашему вызову явился, товарищ генерал!

— Садитесь, — генерал кивнул на старенькую табуретку.

Я снял фуражку и сел.

Полный, широкоплечий, генерал-майор Строкач, начальник Центрального штаба партизанского движения Украины, был сравнительно молод — ему шел пятидесятый год. Всегда краснощекий, бодрый и жизнерадостный, сегодня он выглядел озабоченным. Около глаз морщинки, брови нахмурены. Генерал сидел некоторое время в глубоком раздумье.

Я ждал.

— Так вот, — наконец заговорил он, — времени у нас мало. Слушайте приказ.

Генерал достал из ящика стола листок бумаги и начал читать.

Приказом я назначался командиром группы партизанского отряда, которая будет сброшена в тыл к немцам. Группа должна была соединиться с партизанским отрядом на Киевщине, временно оккупированной фашистскими захватчиками.

Прочитав бумагу и положив ее на стол, генерал Строкач спросил:

— Приказ ясен?

— Ясен, товарищ генерал.

— Время ограничено. Сейчас без двадцати три. Приступайте к делу…

Генералу не удалось договорить. Снаружи раздался громкий голос:

— Тревога! Тревога!

Мы выбежали из блиндажа. Над нами кружилось около тридцати фашистских самолетов.