Месть Черного Дракона
<p>Месть черного дракона</p>

Месть – это удовлетворение чувства чести, как бы извращенно, преступно или болезненно это чувство подчас ни проявлялось.

Йохан Хёйзинга

<p>Пролог</p>

Обитель Драконий Предел с распростертыми объятиями принимала всех детей, в чьих жилах текла кровь дракона. Огромный приют на краю четырех королевств, располагался на склоне горы Увару. Я полюбила это место всем сердцем и на его просторах нашла прекрасную скрытую от посторонних глаз заводь, на берегу которой могла сидеть часами, наблюдая, как поток воды, будто прямо с неба падает в каменную чашу. Как над заводью поднимается туман и мягко стелется по траве. От этого вида у меня внутри разливался покой и умиротворение. Здесь забывалось, что я принцесса Дагайна – наследница престола воздушных драконов и представитель могущественной расы люминов. Здесь я была обычной одинокой девчонкой, чьи интересы и желания всегда уходили на второй план. Я привыкла так жить. Долг превыше всего! Меня учили этому с рождения.

Нянечка Салетт заменила мне и мать, и отца, а единственным родным человеком в Обители был мой брат близнец Йон. Его отправили сюда вместе со мной спустя неделю после рождения. Так принято у владык и знати всех королевств. Брат всегда защищал меня, жалел, слушал. Я не чаяла в нем души. Он – мой свежий глоток воздуха в затхлой жизни, больше напоминающей вязкое болото.

С утра до вечера нас учили всему, что должен знать будущий дракон и наследник престола. Чем старше мы становились, тем больше приходилось всего осваивать. Иногда я падала на кровать без сил. От усталости болела голова, а ног почти не чувствовала. Йон всегда меня утешал, учил быть сильной и не сдаваться. К пятнадцати годам я свыклась настолько, что уже не мыслила жизни без Обители, нянечки Салетт, любимого брата и… Я не удержалась от тяжелого вздоха. Слишком больно даже думать о НЕМ!

Вчерашний день стал роковым для всей нашей семьи. Йона не стало! Я сидела на влажной траве, трясясь от холода, и не могла поверить в то, что его больше нет. Из-за меня! Повинуясь чувствам, я оступилась, совершила непростительную для люмина ошибку! Порочную и позорную!

Ни для кого не секрет, что Драконий Предел неприкосновенен при любых распрях в королевствах. Войны и конфликты всегда оставались за воротами Обители, а послушников учили уважать друг друга, не взирая ни на что. Но на самом деле все было далеко не так. Четыре королевства, принадлежащие драконам каждой из стихий: воздух, огонь, вода и земля, всегда враждовали между собой. Пусть не открыто, но внутри царских семей не могли не обсуждать политику и в те редкие дни, когда дети королей и знати гостили в замках родителей, то невольно слышали разговоры родных. Не все они носили мирный характер, хотя бесспорно я лично могла отметить то, что представители земных драконов – кармазины, являлись самой мирной расой из всех имеющихся. Водные – блуасаны, зачастую держали нейтралитет и «подкусывали» остальных исподтишка. А вот огненные – антарийцы, постоянно вступали в открытый конфликт и славились крайне вспыльчивым нравом. Противостоять им боялись все, но только не люмины – воздушные драконы. Мы – представители воздушных драконов, чтили древние обычаи своего народа и никогда бы не позволили кому-то навязывать нам свой жизненный уклад. Каждый Совет Четырех Стихий непременно заканчивался конфликтом огненных и воздушных. Король огненных драконов – Алтар, не упускал возможности больно укусить моего отца, препираясь с ним в самых незначительных и даже мелких вопросах. И все же пусть шаткий, висящий на волоске, но мир. Всяко лучше войны. Это понимали они оба.

Если я отстраненно смотрела на политику королевств, предпочитая ее не касаться до того момента, когда это не понадобится, то Йон заводился с полуоборота. Последней каплей для него стало то, что на Совете Алтар в запале спора плеснул в лицо отца вино из своего кубка. Если бы другие короли не вмешались в конфликт, драка была бы неизбежна, а за ней не за горами и объявление войны. Отец стерпел оскорбление, чтобы защитить свой народ от бессмысленной бойни, но затаил сильнейшую обиду. Это не могло не сказаться на нас с братом. Мы заочно невзлюбили антарийцев. Я старалась обходить их стороной, а Йон, пользуясь силой и положением, собрав вокруг себя целую свиту люминов, не упускал возможности лишний раз задеть, а то и избить любого огненного, который посмел не так взглянуть в его сторону.

Особенно он злился, когда кто-то из антарийцев оказывал мне знаки внимания. Я понимала, почему, ведь целомудрие для люмина стояло на первом месте. В момент полового созревания, который происходит у мужчин нашей расы в возрасте семнадцати лет, а у женщин в возрасте двадцати одного года нужно явиться в храм Великого Дракона Воздуха и молиться о милости не меньше двух часов подряд в полном одиночестве. Если просящий посмел переступить порог Храма, будучи опороченным, потеряв невинность до совершеннолетия, никакие молитвы не заставят магический свет опуститься в чашу и одарить его ипостасью дракона. А все потому, что несколько веков назад, когда нашим миром правили Великие Боги Драконы Четырех Стихий, избранница Дракона Воздуха обманула его, вступая с ним в барк опороченной. Ей хотелось власти и богатства, а вовсе не истинной любви. Аорелия обладала редкой красотой, но на самом деле была блудницей, голодной до наслаждений и утех. Чтобы обмануть Дракона, она пошла на хитрость и попросила Целителя с помощью магии восстановить девственную плеву. Но не знала блудница, что Дракон Воздуха тоже обладал магией и во время совокупления осознал обман. В гневе он сбросил обманщицу с высокой скалы и наказал всем отпрыскам своего рода хранить невинность до совершеннолетия, иначе же они будут лишены великого дара преображения. Это касалось как мужчин, так и женщин. Поэтому перед тем, как принять ипостась дракона, люмины молились об упокоении души Аорелии и просили Бога отпустить ее грехи, простить за обман.

Не прохождение ритуала считалось позором для всего рода люмина и смыть его с семьи можно было только кровью. Только спрыгнув со скалы и оросив ее кровью, возможно избавить род от проклятья Аорелии. В противном же случае последующее поколение люминов будет обречено остаться без ипостаси дракона навсегда.

Йон не допустил бы такого позора никогда! Он отгонял от меня каждого. В итоге дошло до абсурда. Брат заставлял меня прикрывать лицо вуалью и в таком виде разгуливать по Обители. Я наотрез отказывалась! Думала, что и без его помощи смогу сохранить себя для мужа, выбранного отцом. Герцога Ларса я видела лишь однажды. Тогда мне было всего одиннадцать лет, а ему уже тридцать. Разница в возрасте меня не смущала. Так уж испокон веков повелось в нашей семье. Считалось, что мудреный опытом мужчина не станет предаваться утехам на стороне, порождая бастардов, а молодая жена будет способна не только разжечь вулкан страсти, но и произвести на свет как можно больше здоровых отпрысков.

Сейчас я довольно размыто представляла его образ, ведь прошло целых четыре долгих года, хотя тогда, когда впервые его увидела, старалась запомнить каждую черточку его лица. Герцог пожелал увидеть избранницу задолго до свадьбы и явился на помолвку в замок Ветреный пик, принадлежащий моей семье. Я кружилась с ним в танце и смотрела на Ларса, как на божество. Статный, обходительный, улыбчивый. Олицетворение идеального мужа для юной принцессы.

После этой теплой встречи я грезила герцогом. Мне часто снилась наша пышная свадьба и дом, полон детей, пока в Драконий Предел не приехал незаконнорожденный сын короля огненных драконов. Алтар лично сопроводил отпрыска до покоев Обители. Все послушники, включая меня, с открытыми ртами наблюдали за этим действом. Случай из ряда вон выходящий! Бастарды были не в фаворе. Их считали отбросами знатного общества, и редко короли сохраняли жизнь таким отпрыскам. А если и сохраняли, то держали в тайне и никогда не привозили в Драконий Предел для обучения, даже чистокровных бастардов. А тут прибыл мальчишка лет двенадцати, хотя было принято отправлять в Обитель совсем еще малышей. Но огненные всегда любили нарушать правила. Правда, король не подумал о том, как сложится судьба Лориана в нашей Обители.

Не проходило ни дня без издевательств и избиений несчастного бастарда. Порой, я даже плакала, увидев новые следы побоев на лице скромного и забитого мальчишки. Йон же потешался над несчастным и только подливал масло в огонь.

Однажды на занятии по вызову трэлла – маленького призрачного дракончика, который появлялся у каждого обладателя драконьей крови и оберегал хозяина от мелких неприятностей, я стояла рядом с Лорианом. Мой трэлл уже появился из воздуха и мирно сидел у меня на плече, сложив крылья, а у мальчишки все никак не получалось его вызвать. Я решила ему помочь, ведь владела вызовом в совершенстве.

– Не правильно, – шепнула я ему на ухо. – Энергия должна появиться отсюда, – я невольно коснулась его груди в области сердца и поспешила оторвать руку, пока никто не заметил. Столкнулась с его взглядом и застыла. Лориан обладал необычной для огненных внешностью. Чистокровные антарийцы имели смуглую кожу с пепельным отливом, желтые, реже красные глаза и рыжие, будто само пламя волосы, в отличие от воздушных. Наша раса славилась светлой с серебряным мерцанием кожей, небесного цвета глазами, подернутыми сизой дымкой, и белыми волосами с голубым отливом. Бастард же больше походил на обычного человека. Смуглая кожа, угловатые черты лица, острый нос, пухлые губы, цепкий взгляд темно-карих глаз и черные, будто сама ночь волосы, торчащие в разные стороны.

– Спасибо, – улыбнулся он. – Я, Лориан, – протянул он мне руку. – А тебя как зовут?

– Солара, – прошептала я и, озираясь по сторонам, вложила дрожащую руку в его теплую ладонь, которую он протянул мне для знакомства. Снова поспешила отстраниться. Мой трэлл встрепен ...

Быстрая навигация назад: Ctrl+←, вперед Ctrl+→

По решению правообладателя книга «Месть Черного Дракона» представлена в виде фрагмента