СРАЖЕНИЕ ОБЕЗЬЯНЫ С КРАБОМ

Японская сказка

В незапамятные времена жили по соседству Обезьяна и Краб. Однажды отправились они вместе на прогулку, и вдруг, неподалеку от реки Обезьяна нашла зернышко плода каки, а Краб — рисовый шарик.

— И что за прелесть мне попалась! — начал первым Краб.

— А у меня вот что! — отвечает Обезьяна, показывая зернышко каки.

Обезьяне было очень завидно. Как ни любила она каки, но от зерна ей проку мало; шариком же можно сразу полакомиться. Обезьяне во что бы то ни стало захотелось завладеть рисовым шариком и, замыслив непременно получить его, она с серьезным видом обратилась к Крабу:

— А что, господин Краб, не хочешь ли ты обменять свой шарик на мое зернышко?

Краб покачал головой и отказался:

— Не имею ни малейшего желания. Какой мне смысл меняться; у меня вон какой большой рисовый шарик, а твое зернышко совсем маленькое.

— Так-то оно так, да не совсем так. Что и говорить, шарик, конечно, побольше зернышка будет, опять же, его можно сразу и попробовать, но зато съел его — тут и конец всему; больше уж не будет тебе от него никакой радости. То ли дело вот это зернышко! Правда, съесть его сейчас нельзя, но зато, если посадить в землю, взойдет оно, вырастет большое дерево, а на нем будет множество вкусных каки. Мне, правду говоря, жаль отдавать его тебе, но у меня их много, и хотелось бы, чтобы ты сам убедился, как много созревает плодов. Поэтому только я и предложила тебе поменяться.

Не хочешь, так не стану особенно и упрашивать; унесу к себе домой и посажу там; но зато, когда поспеют плоды, ты не получишь ни одного.

Обезьяна нисколько не сердилась, не выражала ни малейшего недовольства и, знай себе, напевала да напевала Крабу, ловко обманывая его.

Простодушный от природы Краб легко попался на приманку.

— Ну, попробую посадить, если уж так.

— В таком случае, давай сюда твой рисовый шарик. Добившись-таки от Краба своего Обезьяна поспешно запихала лакомство в рот и принялась жевать, боясь, как-бы Краб не передумал. Свое зернышко она передала Крабу, стараясь показать при этом, как ей жаль расставаться с ним.

На том и распрощались.

Ну вот, понес Краб зернышко к себе домой и, как только добрался, сейчас же посадил его, как учила Обезьяна, в саду.

Скоро Показались ростки, а затем лист за листом, веточка за веточкой стало дерево с каждым днем все расти да расти. Это очень забавляло и радовало Краба; он испытывал огромное наслаждение при мысли о том, что скоро дерево станет большим и на нем появится много плодов.

Правду говорят, что для каштана и персика надо три, а для каки — восемь лет.

Как раз на восьмой год осенью прежнее зернышко, величиной всего с кончик мизинца, превратилось в такое большое дерево, что на него надо было смотреть, задирая голову, и, точь-в-точь как говорила Обезьяна, все оно было увешано, словно фонариками, красными вкусными плодами.

Краб был в восхищении. Ему очень хотелось поскорее попробовать каки, но, как ни старался он достать их снизу, увы, никак не мог схватить их своими клешнями, так как был очень низок ростом.

Забраться на ветви дерева тоже не представлялось возможным, ведь крабы могут передвигаться только в одном направлении — вбок. Как тут быть?

«Нет, — огорчился он, — одному мне тут, видно, не управиться; остается только идти к своей приятельнице Обезьяне и просить ее обобрать для меня плоды с дерева. Да, это самое лучшее». В одно мгновение очутился краб у жилища Обезьяны.

— Дома ты, госпожа Обезьяна?

— А, господин Краб! Рада вам, давно мы с вами не виделись.

— Давно-то давно. А за это время то самое зернышко, которое я когда- то выменял у тебя на рисовый шарик, выросло в огромное дерево.

— Вот видишь, я ведь говорила тогда. Ну а как плоды, много их?

— Целая уйма… Только вот в чем штука. Ног у меня, как ты сама знаешь, очень много, но я все же не смог залезть на дерево и не добрался до плодов, которые вырастил с такой заботой. Ну не досадно ли? Совестно мне затруднять тебя, госпожа Обезьяна, но что делать! Пожалуйста, сходи нарви их мне. В награду за твой труд я дам, конечно, тебе одну-две штучки.

— Право же, такие пустяки, старина Краб. Какая тут награда! Ведь мы же с тобой приятели, кажется. Сию минуту я пойду и нарву их тебе.

Выразив так легко свое согласие Обезьяна отправилась вместе с Крабом.

Пришли они к жилищу Краба. Глянула Обезьяна на дерево… А и правда!

Дерево стало очень большим, и все оно увешано красными спелыми плодами.

— Красиво, что и говорить; и хороши же должны быть плоды.

— Ну об этом потом будем толковать, а ты вот полезай скорее на дерево, рви и подавай их сюда.

— Сейчас я так и сделаю.

Обезьяна быстро вскарабкалась на дерево. Мгновенно сорвав один плод, она сразу начала есть его.

— Гм, как вкусно, лучше этого и быть не может. Краб под деревом беспокойно завозился.

— Эй! Да ты там сама лакомишься? Ну, это никуда не годится.

— Это я пробую, не ядовиты ли они. — Она опять сорвала каки и начала жевать.

— Ты опять ешь. Не смей лакомиться там одна, бросай сюда!

— Ладно, сейчас брошу. — И она бросила один плод. Ловко подобрал Краб плод и приготовился чуть ли не целиком проглотить его, но… О ужас! Терпкою горечью связало ему язык и горло.

— Этот совсем горький, сорви, пожалуйста, мне спелых.

— Ну а этот как?

Краб пожевал-пожевал и сплюнул: опять зеленый.

— И что ты только там привередничаешь. Ну вот тебе, вот!

Обезьяна изо всех сил стала бросать совершенно зеленые, твердые как камень плоды, норовя попасть ими Крабу в голову.

— Ой, больно! — не выдержал наконец Краб, падая навзничь.

Обезьяна швырнула еще раз.

— Больно, больно!. Что ты делаешь?

— Да что мне тут толковать с тобой, все эти плоды мои, а ты пропадай пропадом, издыхай совсем.

И разбойница Обезьяна, как градом, стала сыпать незрелыми каки, разбив ими без сожаления Крабу вдребезги весь его панцирь.

Заметив наконец, что он уже совсем не дышит, она сорвала все до последнего спелые плоды и, схватив их в охапку, без оглядки бросилась домой.

У Краба был сын; в этот день он как раз отправился на прогулку со своим товарищем к дальнему озеру.

Но вот он вернулся с прогулки — и какой же ужас предстал его глазам дома! В саду под деревом распластался бездыханным отец его Краб. Панцирь и клешни были разбиты вдребезги. Он уже не видел, он уже не слышал, он уже был Крабом иного мира.

Видя это. Краб-сын чуть не помешался. Горько, безутешно зарыдал, обхватив бездыханное тело своего отца… Увы! Не вернуть его этим к жизни. Остается одно — отомстить за гибель отца, убив врага. Но кто же это? Где он? Как найти хоть какой-нибудь след? С удрученным видом оглядывался юноша вокруг.

Тут он заметил, что от тех красивых спелых каки, еще вчера висевших на дереве, не осталось и следа. Кругом валялись во множестве только зеленые, не созревшие плоды, которыми, вероятно, и разбит был панцирь его отца. Молодой Краб хлопнул себя по колену.

«Ну, теперь понимаю. Очевидно, это дело рук Обезьяны. Не раз слыхал я от отца, что давно как-то, когда он прогуливался около реки с Обезьяной, он выменял у нее на рисовый шарик зернышко каки, которое и посадил вот здесь.

Значит, теперь этой подлой Обезьяне захотелось воспользоваться трудами моего отца, вот она и убила несчастного так по-разбойничьи. Так оно и есть; она унесла все спелые каки, только зеленые и оставила. Ну, захотелось тебе отведать лакомства, что ж тут такого? Скажи ты об этом отцу, и он, конечно, поделился бы, но убить так предательски и убежать!

Погоди же, подлейшая Обезьянишка, скоро ты узнаешь, как умеет мстить Краб». Он рассердился так, что начал фыркать, изрыгая пену, и глаза его налились кровью; потом задумался опять.

«Как-никак, а Обезьяна — существо, умудренное житейским опытом; она сумела так ловко избавиться даже от моего отца, где же мне с моей неопытностью справиться с нею?»

Долго размышлял он и под конец совсем расстроился, не видя никакого выхода из этого положения, но вдруг у него словно просветлело в голове.

Отец его всегда был в большой дружбе с каменной Ступкой.

Эта Ступка прежде была простым камнем в каменной ограде, где жил старый Краб, но затем она была замечена людьми и сделала блестящую карьеру, добившись высокого звания Ступки. От природы она непоколебима в принципах и такого характера, что не пойдет на попятную, если даст обещание.

Если ей рассказать все и попросить помощи в отмщении, то она, наверное, не откажет. Не медля ни минуты, молодой Краб отправился прямо к Ступке. Будучи принят ею, он с рыданиями рассказал все обстоятельства ужасной, незаслуженной смерти своего отца.

Слушая его. Ступка глубоко переживала и всячески утешала молодого Краба.

— Какое злодеяние! — возмущалась она. — Могу представить себе, как ты должен быть огорчен; но не беспокойся, пожалуйста, я отомщу, убью врага.

А все же враг-то ведь Обезьяна, и не так легко справиться с нею. — Затем она послала своего слугу просить пожаловать к себе Печеного Каштана, мастера стрелять из ружья, и Большую Осу, учительницу фехтования на копьях. Ступка давно уже находилась с ними в дружбе.

Когда Каштан и Оса пришли к Ступке, раздумывая по пути, зачем она звала их, она обратилась к ним с такой речью:

— Очень благодарна вам, что так скоро пожаловали. Я осмелилась побеспокоить вас по следующему делу. Я пользовалась чрезвычайными милостями со стороны отца присутствующего здесь Краба. Так вот, — и она поведала подробно обо всем, — он понес незаслуженную смерть от Обезьяны, и я решила помочь этому господину, молодому Крабу, отомстить за смерть его отца, но противник наш ...

Быстрая навигация назад: Ctrl+←, вперед Ctrl+→