Данил Дмитриенко

Рыжий парик для доктора Геббельса

Клоуны и интеллектуалы — грани стираются

И будут веселы они или угрюмы,

И будут в масках злых шутов и добрых судий...

Владимир Высоцкий

Люди, интересующиеся политикой, отлично знают, что попытка обсудить острые политические вопросы с малознакомыми людьми, как правило, заканчивается тем, что в ответ услышишь набор стандартных фраз, которые повторяются практически дословно. Откуда же такие разные с виду люди берут эти одинаковые фразы? Не из книг, и даже не из публицистических статей.

Современный российский обыватель, как правило, книг не читает: он знает, что книгами интересуются всякие нищие преподаватели, а хозяева жизни – олигархи, воры и бюрократы отнюдь не производят впечатления людей начитанных. Собственного политического опыта у обывателя нет. Так откуда же у обывателя эта самоуверенность? Откуда эта усталая ирония, с которой он смотрит на тех, кто говорит ему о политике? Откуда эта, как сказал бы Клим Самгин, «система фраз», готовых нехитрых формул, позволяющих отгородиться от любых сложных вопросов?

Если советские мещане мыслили и выражали свои мысли в форме анекдотов, то современные мыслят интернет-мемами и фразами из пародийных роликов. Посмотрите любую популярную юмористическую передачу и поймёте, о чём и что думают посредственности. Обыватели разговаривают словечками из юмористических сценок, подписями из «демотиваторов». Это связано с тем, что телевизионные и интернет-шутники, с одной стороны, отражают предрассудки обывателей, идут у них на поводу, подстраиваются под них, а с другой, формируют мозги своих подопечных, выпячивают то, что считают нужным из мешанины мещанских предрассудков. Так «массовая культура» и буржуазная глупость и катятся вперёд, подталкивая друг дружку. При этом, любопытный нюанс, мнения телевизионных юмористов чудесным образом оказываются созвучны правительственной пропаганде, так что конформистский подтекст облегчает путь шутки к сердцу лояльно настроенного обывателя. А для обывателей, любящих ругать власть, существует Интернет. Кстати, нередко одни и те же клоуны обслуживают сразу и тех, и других. Например, Семён Слепаков по телевизору поёт «Патриотическую-эротическую» песню, в которой восхваляет силу российского государства, а в Интернете частным порядком исполняет песни, в которых высмеивает президента и госаппарат.

Мне уже доводилось писать о том, что происходит с исторической памятью в современном обществе, и какую роль в этом процессе играют продажные «историки» [1]. А ведь аудитория, то есть диапазон воздействия этих «историков» довольно ограничен. Не сравнить с аудиторией юмористических телешоу. Давайте рассмотрим, как юмористы справляются с работой интеллектуалов.

1. Ликвидация грамотности

Как только был развален СССР, и в новоявленной России утвердилась новая власть, она выдвинула клоунов на авансцену идеологической работы. По мере взрывного роста количества юмористических шоу телепередачи, посвящённые науке и, в частности, истории, исчезали с центральных телеканалов.

Характерно, что именно в 1993 году на российском телевидении стала выходить телепередача «Городок», уделявшая немалое внимание историческим сюжетам. Практически в каждом выпуске этого шоу, впоследствии получившего гору правительственных наград, содержались сценки, посвящённые Октябрьской революции, Гражданской войне и её основным фигурам. Эти сюжеты являются ключевой составляющей современной идеологической мифологии, пришедшей на смену идеологии советской. В современной российской идеологии нет почти ничего положительного — только отрицание. Новая российская власть хороша тем, что она не советская; Россия хороша тем, что она не СССР. На любую критику нынешнего строя сразу услышишь: «Вы что, назад в Совок захотели?»

Стоит отметить, что и оппоненты[2] российских «патриотов», критикуя нынешнюю российскую действительность, утверждают, что современная Россия всё ещё слишком похожа на СССР. То есть обе противоборствующие стороны разделяют общий набор антисоветских мифов и, каждая по своему, заинтересованы в демонизации недавнего прошлого.

Например, одним из достижений, которым гордился советский строй, и одним из главных завоеваний Октябрьской революции считалась ликвидация безграмотности населения, всеобщее бесплатное образование.

Народное просвещение в Российской империи было поставлено таким образом, что к 1917 году 73 % населения старше 9 лет было неграмотно[3]. Около 75 % самодеятельного населения Российской империи составляли крестьяне[4]. А беспросветная жизнь русского крестьянина, который был со всех сторон опутан долгами, практически не оставляла ни времени, ни средств на получение знаний. Те же, кто по должности обязан был заниматься народным просвещением, зачастую этот народ презирали, считая, что «тёмной толпе» достаточно религии и сказок, так что Герцен вынужден был упрекнуть «образованный класс»: «Мало пролетарию, что он беден, что ему есть нечего, что он не может развиться, что ему недосуг думать, — прибавим к его горькой участи горькое слово. Мало крестьянину, что его обманом и плутовством отдали в крепость, в которой его держат 600 000 штыков, судьи, земская полиция, помещики, розги и самая церковь, — скажем ему, что он это заслужил, что он недостоин лучшей судьбы, потом отвернёмся от них обоих и от их глухого стона.

Впрочем, прежде, нежели мы их оставим, я советую им сказать спасибо за то, что голод одного, пот другого, невежество обоих дали нам средства так умно развиться»[5].

Пусть эти слова российского классика станут обвинением и в адрес современных снобов-интеллектуалов, которые считают, что образование нужно «не всем». По числу учащихся на 100 человек населения Россия занимала в Европе последнее, 22-е, место (3,85 человек), а по расходам на нужды просвещения — 15-е[6].

Были, конечно, и тогда среди образованных людей России подлинные просветители, желавшие «отдать долг трудовому народу», но они за свои образовательные проекты подвергались преследованиям вплоть до ареста и ссылки.

Даже тем, кому состояние семьи позволяло ходить в школу, а не работать сызмальства по хозяйству, не слишком везло в плане получения знаний. Чехов сравнил российскую школу начала ХХ века с «управой благочиния» и «полицейской будкой»[7]. Надеяться молодым людям приходилось по большей части на самообразование.

Так что пришедшие к власти большевики стали первым в истории правительством, поставившим перед собой задачу тотальной ликвидации неграмотности. С этой целью на первом этапе и была развёрнута масштабная кампания ликбеза.

Что же мы видим в юмористической сценке, озаглавленной «Большевики ликвидируют безграмотность»? Два большевика созывают крестьян. Один из большевиков с прибалтийским (очевидно, латышским) акцентом интересуется, есть ли среди крестьян грамотные. Грамотных не обнаруживается. Второй большевик удивляется: «Вы даже письмо Ленина к крестьянам прочитать не можете?» Крестьяне отвечают отрицательно. Тогда большевики выхватывают револьверы и расстреливают крестьян. Что из этого следует? Две принципиальные вещи: во-первых, большевики стремились обучить крестьян грамоте, чтобы заставить их читать пропагандистские тексты Ленина, а во-вторых, понятие «ликвидация неграмотности» подменяется понятием «ликвидация неграмотных». Ну, и ещё, в-третьих, делается намёк на глупость Ленина, который писал письма неграмотным крестьянам. В девяностые годы такой взгляд на вещи считался грубым юмором. По прошествии десяти лет он сделался непререкаемой «исторической истиной».

Читаем свежие комментарии под этим видео на youtube.com. «И смех и грех. Вроде типа анекдота, а в то же время ничего ж вьідуманного инет, вот єто огорчает». «При Николае II 90% людей моложе 30 лет были грамотными. большевики п**даболы». «Вот так жиды-коммунисты ликвидировали неграмотность!!!»

А вот что сегодня об этом говорят профессионалы. Журналист «Эха Москвы» Ксения Ларина в прямом эфире 5 декабря 2009 года, обсуждая историю ликвидации безграмотности в СССР, заявила «всё-таки больше это была погоня за политпросвещением, чем за грамотностью»[8]. Журналист Анна Трефилова вторит ей, утверждая, что основная особенность этой кампании — пропаганда. Образование крестьян объявляется бедствием, «потому что те фразы, которые заучивали несчастные безграмотные крестьяне и рабочие, они все были посвящены прежде всего новой власти, торжеству новой власти, торжеству революции».

Плоды проведённой юмористами и журналистами «ликвидации грамотности» не заставили себя ждать. Вот цитаты из сочинений на ЕГЭ: «Неграмотность ликвидировалась большевиками для того, чтобы просто стадо стало умным стадом»; «Надо было ликвидировать неграмотных»; «Политика всеобщей грамотности преследовала цель наполнить бюджет. Грамотные люди покупали книги и газеты, и это наполняло бюджет СССР не меньше, чем покупка водки»; «После раскулачивания крестьян в СССР практически не осталось грамотных людей. Стало понятно, что надо начинать ликбезы»; «Большевики ликвидировали неграмотность для облегчения цензуры. Ведь как можно цензурировать неграмотность? Никак»[9].

Таков сегодня официальный взгляд на этот исторический эпизод, так учат детей. Большевиков обвиняют в том, что они использовали образование в целях идеологической обработки населения, как будто современная «система образования»[10] в России или в любой иной стране используется для чего-то другого. Крики о необходимости «деидеологизации» школы были нужны лишь для замены одной идеологии (советской) на другую (антисоветскую, либеральную). Вчерашние анекдоты превратились в нынешние азбучные истины.

Я не берусь делать далеко идущих выводов и ...

Быстрая навигация назад: Ctrl+←, вперед Ctrl+→