Опустив бинокль, Тухачевский задумчиво потер подбородок. Он готов был поклясться - в вертолете находился человек, как две капли воды похожий на Малиновского.

И словно заключительный аккорд безумия - на кресле вскинулся было задремавший Вильгельм и с неожиданной мощью заорал:

- Ура! Ура! Да здравствует победа немецкого оружия! Я же говорил, что буду отличным оружием! На Петроград! На Петроград!

Плачущая Гермина Рейсс-Грейцская безуспешно пыталась успокоить окончательно выжившего из ума старика.

Научный монастырь

25 октября 1929 года, 15:00

«Цесаревич» - еще одно чудо господина Сикорского - был создан специально для официальных перелетов августейших персон и сочетал представительскую роскошь с последними достижениями авиастроения. Огромный шестимоторный самолет легко взмыл в небеса, и под широко раскинутыми крыльями открылись замысловатые регулярности научного града, большая часть домов которого возводилась по проектам известнейших конструктивистов Объединения современных архитекторов.

Сидевший напротив Государя Александр Александрович тоже прильнул к иллюминатору, держа в руках папку с прошениями о предоставлении российского подданства. Алексей Николаевич готов был их подписать, несмотря на то, что каждый подобный указ вызывал ноту протеста со стороны ЕССР и российский посол вызывался в европейский МИД для выслушивания официального возражения. Однако такая политика приносила вполне зримые плоды, в чем Государь мог убедиться, когда ходил по институтам и лабораториям Научнособорска - удивительного града науки, в котором жили и творили сотни первоклассных европейских и российских ученых, где учились тысячи талантливых юношей и девушек со всей России вне зависимости от сословного и имущественного положения. Именно там создавалось то, что Малиновский называл им же придуманным термином - «научнотехническая революция».

- Я напоминаю себе царя Додона, который все же собрался и посетил град на острове Буяне, - сказал Алексей Николаевич, когда «Цесаревич» нырнул в облака и земля исчезла из виду. - Благодарю еще раз, Александр Александрович, что уговорили меня там побывать. После того, что случилось с тектотоном. - Государь помрачнел и замолчал. Даже сейчас у него перехватывало горло. Не от пережитого страха, когда сделался мишенью вышедшей из повиновения машины, а от почти детской обиды, словно собственными руками пришлось сломать любимую игрушку. - То, что мне продемонстрировали в качестве. пер-спек-тиных раз-ра-боток. - Государь осторожно, точно пробуя на вкус, повторил слова, столь часто произносимые во время их переходов из одного института в другой, из одной лаборатории в другую. - Это впечатляет и вселяет оптимизм.

Александр Александрович молчал и смотрел на Алексея Николаевича. Его взгляд и выражение лица беспокоили Государя, он вдруг ощутил себя учеником, словно его милейший учитель Жильяр обнаружил, что цесаревич недостаточно глубоко усвоил урок. Малиновский пододвинул к нему папку, и, скрывая неловкость, Государь принялся просматривать бумаги, которые предстояло подписать.

- Господа Эйнштейн, Тесла, Гёдель, Фрейд, Крон, - Алексей Николаевич вновь посмотрел на Малиновского. - Кто они, Александр Александрович?

- Лучшие умы европейской науки, - сказал Малиновский. - Физики, математики, конструкторы, философы. Но им не нашлось места в новом дивном мире, который строит пролетариат Европы. Северо-Американские Соединенные Штаты, куда некоторые хотели выехать, отказались их принять. из дипломатических соображений, не желая осложнений.

- Понимаю, - кивнул Государь, - и не смею осуждать. Участие североамериканского экспедиционного корпуса в Войне Красной и Белой розы уже поставило их на грань конфликта с Европой.

- Как только вы подпишете указы, корабль, на котором эти люди в настоящий момент. прозябают, будет выпущен из Марселя и направится в Петроград. Пароход мудрецов, - усмехнулся Александр Александрович.

- В наших традициях привлекать на службу России лучшие умы Европы, хотя и своими отнюдь не бедны, ими надо рачительно распоряжаться, - Алексей Николаевич извлек из кармана пакет, который ему презентовали в одной из лабораторий. Внутри обнаружилась модель самолета. - Мне объясняли. как тут устроить?

- Вот, - Малиновский потянулся и перевел рычажок. Сквозь решетчатый корпус модели было видно, как внутри перевернулась крошечная капсула, заполненная чем-то блестящим, модель шевельнулась, и самолетик взмыл над столом, повиснув над ним, будто на невидимых ниточках. - Минус-материя, которая отталкивается веществом, составляющим Солнечную систему.

Государь, завороженный, точно ребенок, провел вокруг повисшей в воздухе модели рукой, удостоверяясь, что здесь нет никакого фокуса.

- Капсула с таким веществом установлена в корпусе «Цесаревича», - сказал Малиновский. - Это обеспечивает экономичность расхода топлива и рекордную дальность полета.

- Одно это обеспечит нам военное превосходство над любым противником! - воскликнул Алексей Николаевич. - Их энтузиазм. каждого - от ученого до студента. Как они говорят? Понедельник начинается в воскресенье?

- Завтра начинается сегодня, - улыбнулся Малиновский. Государь, как никогда, походил на мальчишку, получившего в подарок долгожданную игрушку. - Поэтому они почти и не спят. Дело не только в изобретениях, Алексей Николаевич. Главное, я хотел вам показать новую систему организации труда, которую удалось создать в Научнособорске на основе идей Пролеткульта и тектологии.

- Признаться, я удивился, когда увидел спящих в самых неподходящих местах и в неподходящее время людей.

- Они практикуют прерывистый сон, - улыбнулся Александр Александрович. - Достаточно с равной периодичностью засыпать всего лишь минут на двадцать, и этим вы освобождаетесь от необходимости регулярного восьмичасового сна.

- И спортивные снаряды у конторок, - Алексея Николаевича особенно поразил вид седовласого профессора в академической ермолке и голого по пояс, играючи тягающего пудовую гирю, тогда как на лабораторном столе по его же указаниям учениками совершался какой-то химический опыт.

- Я не приемлю европейскую модель индустриального развития. Именно в данном вопросе мы категорически разошлись с Лениным. Нем необходимы собственные методы.

Взгляд Государя стал холодным, остраненным:

- Вы состояли в партии большевиков, Александр Александрович?

- Более того, входил в ее Центральный комитет, - усмехнулся Малиновский. - Но мы еще до войны идейно размежевались с Лениным. Я занялся тем, что считал более насущным, - разработкой методов формирования новой культуры. Ортодоксальные марксисты, говоря о классовой борьбе, о рождении пролетариата, не замечают главного - возникновение на новом витке истории небывалого синтетического типа сотрудничества, которое порождает особый, коллективистский тип мышления. Пока мы даже не в силах вообразить - во что разовьется подобный тип мышления, можем только угадывать. Например, передачу на расстоянии психической энергии мысли от одного человека к другому, без необходимости речи, а значит, без утайки, без лжи. Но главное - изменение сознания изменяет и модель объективной реальности, которую это сознание воспринимает! В результате отпадает необходимость социальных революций, которые, несмотря на благие намерения, несут народам хаос и страдания.

- Это не так просто сделать, - покачал головой Государь, взял висящий в воздухе самолетик, прижал его к отделанной сукном крышке стола.

Малиновский горячо продолжал:

- Общественное сознание формируется в соответствии с опытом. В коллективном труде возникает модель производственной связи, которая, в свою очередь, становится основой осмысления связи фактов в опыте. В Научнособорске мы прежде всего ставим задачу организовать новые модели труда, которые лягут в основу новой науки. Этой «Ахиллесовой» науке предстоит догнать «черепаху» мирового и европейского прогресса и обогнать его вопреки апории Зенона. Если Ленин считает необходимым сформировать пролетариат из вчерашних крестьян, которые в последние годы получили доступ к систематическому образованию, то мы говорим о необходимости поставить за станки не просто грамотных рабочих - вчерашних крестьян, а рабочих - творцов, рабочих - поэтов, рабочих - инженеров. А до той поры все подобные игрушки, изобретения, - Александр Александрович указал на самолетик, - не впрок, штучное производство, которое невозможно воспроизвести на конвейере.

- Я бы назвал вас утопистом, - сказал Алексей Николаевич.

- Я не утопист, я строю будущее в мысли и тем создаю предпосылки для материализации этого будущего.

- Тогда почему вы неоднократно отказывались от предложения занять пост председателя правительства? У вас появилось бы гораздо больше возможностей реализовать идеи тектологии и научных монастырей! Николай Иванович неоднократно отказывал в увеличении финансирования науки, ссылаясь на приоритетность расходов по аграрному сектору и социальным программам. Но встав во главе.

- Еще раз вынужден отказаться, Алексей Николаевич, - сказал Малиновский.

Государь нахмурился, щелкнул рычажком, который опрокинул крошечную капсулу внутри модельки, и самолетик опустился на стол, больше не делая попыток взмыть в воздух.

Покушение на миражи

25 октября 1929 года, 18:00

Известие о вотуме недоверия Государственной думой VII созыва правительству и внесенном на подпись Государя высочайшего указа об

Быстрая навигация назад: Ctrl+←, вперед Ctrl+→