Сияющая Друза

Сергей Иванов (II)

Сияющая Друза

…Немногие смельчаки могут похвастаться тем, что добыли Сияющую Друзу, так как водится она только на планетах Легантов. Мало осталось этих планет, и непохожи они друг на друга, но одинаково опасны для тех, кто осмелится нарушить многовековой покой. Неисчислимы опасности, которые подстерегают безумца, ступившего из звездолёта на планету Легантов, и нельзя их предусмотреть, потому что каждого ожидает Неведомое, всякий раз иное, но одинаково грозное и неумолимое…

Из Легенд Космоса Иелаллио Ко

Сэм Белавенц тяжело спрыгнул на землю. Ноги по щиколотку ушли в чёрное месиво. Сэм достал из кармана комбинезона сигарету — и закурил. В неподвижном воздухе дым не поднимался вверх, а висел белым облаком. Здесь, на Зелени, никогда не было ни малейшего ветерка.

Название планете — Зелень — дал Капитан Дингер ещё при облёте по круговой орбите. В редких просветах густых облаков поверхность планеты была одинакового изумрудно-зелёного цвета. Целая планета лесов, нескончаемых лесов. Огромные деревья в несколько сот футов, похожие на земные секвойи, деревья поменьше, деревья совсем маленькие, карликовые, но везде — деревья, деревья, деревья. Стволы разных размеров, между которыми стоит неподвижный воздух. Липкое месиво грязи под ногами, перемежающееся кое-где пятнами ядовитых лишайников. После посадки Капитан Дингер, который уже имел опыт в поисках Сияющих Друз, скептически отозвался о возможности существования месторождения. Однако уже на следующий день Искатель дал сигнал и координаты месторождения.

Это было неделю назад. А сейчас позади двухместного «Птенца» шёл «Буцефал» со всем экипажем и контейнером в транспортном отсеке. В контейнере была Сияющая Друза — долгожданное сокровище, на поиски которого они потратили несколько лет.

Сэм сплюнул и, тяжело переставляя ноги, обошёл вездеход. Джим Баттиски сидел, свесив ноги, в открытом люке и держал в руке откупоренную бутылку виски. Увидев Сэма, он неторопливо поскрёб заросший рыжей щетиной подбородок и, задрав голову, сделал большой глоток из бутылки. Маленькие колючие глазки его слезились.

— Ни просвета, — показал он бутылкой на смыкающиеся высоко над головой кроны деревьев. — Хотя бы краешек неба увидеть.

Сэм неодобрительно покосился на бутылку.

— Может, хлебнёшь? — сказал Баттиски и хрипло захохотал. — Ну ладно, ладно. Ты же знаешь, что мне это не мешает, только бодрости придаёт. Садись, поговорим.

— Не пил бы лучше, — запоздало сказал Сэм Белавенц и присел рядом с Джимом на крыло вездехода.

— Без виски я бы через день свихнулся на этой богом проклятой планете, — пробурчал Баттиски.

Он огляделся. Колонны стволов поднимались высоко, под самые небеса, но в неподвижном влажном воздухе не было слышно ни малейшего шороха. Между стволами вился след «Буцефала», по которому они возвращались к кораблю.

— Интересно, скоро ли здесь будет «Буцефал»? — сказал Сэм и покосился на Баттиски.

— Кончай трепаться! Ты же знаешь, что мы опережаем их на шесть часов. — Баттиски сплюнул и сделал порядочный глоток из бутылки. — На кой чёрт нужно это охранение, если ясно было с самого начала, что никто на нас нападать не собирается. Никого тут нет. Одни деревья и лишайники…

— И Сияющая Друза, — как бы невзначай бросил Сэм.

— …И Сияющая Друза, — повторил Баттиски и пристально посмотрел на Сэма. — Всё это сказки для малышей.

— Что?

— Опасности. Кто-то придумал страшную сказочку, а все ей верят… Просто Сияющих Друз очень мало, вот каждая находка и становится сенсацией. Поэтому такие оборванцы, как мы, и шастают по всему Космосу, чтобы найти её.

— А как же Пат Горофф? — повернулся к Джиму Бела вен и.

— Ты же слышал эту историю? Как он вырвался с Каранга один, полуобгоревший, на искалеченном звездолёте А где Джо Оборванец, Вилли Уилкинсон, Пауль Брайтнер? Где их корабли? Все они тоже надеялись найти планеты Легантов… Скажи спасибо, что наш звездолёт покрепче развалин этих ребят. Они же летали на таких кастрюлях, которые годились разве что на свалку. Где они? Космос большой. Но в одном я уверен — что ни до одной планеты они не добрались, рассыпались в Космосе. Что же касается Гороффа… Ты видел его? Встречался с ним?

— Нет. Ты же знаешь, он в лечебнице.

— А в какой?

— Известно, в какой… — пробурчал Сэм.

— Так вот, когда ты свихнёшься, Сэм, ещё и не такого наговоришь.

Баттиски снова приложился к бутылке.

— Капитан Мак-Маггой привёз Сияющую Друзу, — сказал Сэм Белавенц. — Их вернулось только четверо из двенадцати. Ты понимаешь, четверо! И они молчат. И лучше их не спрашивать о том, как им досталась Сияющая Друза. Трое из них поседели. Полностью. До последнего волоска. Да и Мак-Маггой, вероятно, поседел бы тоже, если бы не был лыс, как колено.

— Да, их вернулось четверо из двенадцати, — зловеще улыбнулся Баттиски и наклонился к Сэму. — Один ты такой дурачок и ничего не понимаешь Они получили по миллиарду, а если бы их вернулось двенадцать, то доля бы уменьшилась в три раза. Так что арифметика простая. Я давно раскусил этого Мак-Маггоя.

Сэм отшатнулся.

— Так что арифметика простая, — повторил Джим, пристально глядя на Сэма. — И молчат они поэтому.

— Ты думаешь… — начал Сэм.

— Ладно… — прервал его Баттиски и посмотрел вверх Его заросший щетиной кадык задёргался. — Проклятая планета! Хотя бы клочок неба. Сидишь, как под крышей.

— У меня тоже такое чувство, — сказал Белавенц, — словно под колпаком. И кто-то наблюдает, рассматривает, как в микроскоп. А ничего не случилось. И засекли мы её сразу, и нашли быстро, и погрузили. Как-то странно всё это. Слишком гладко. Я-то надеялся, что будем с боем добывать, ну, там звери какие-нибудь, или извержение вулкана, или ещё что-нибудь..

— Ты видел её? — спросил Джим, по-прежнему глядя вверх. — Я-то даже не посмотрел — стоял на часах, сторожил неизвестно от кого…

— Видел.

— Какая она?

— Ну… Это не объяснишь, — замялся Сэм. — Это как свет.

Джим одним глотком допил виски и швырнул бутылку в сторону между стволов. Липкая грязь поглотила её без звука.

Сэм встал.

— Пора ехать.

— Погоди-ка, Сэм. — Баттиски схватил его за руку, колючими глазками впился в лицо. — Ты меня понял?

— Ты о чём?

— О том самом. Ты знаешь…

Неприятный холодок пополз у Сэма под рубашкой.

— Джим…

— Нет… Погоди. Дай я скажу… Сэм, отсюда до корабля два часа езды. Два часа. Нам ничто не помешает. Это сказки… Никого тут нет… Нам ничто не помешает. — Баттиски говорил всё быстрее, словно боялся, что его остановят. — Мы справимся вдвоём — ты и я. Два часа езды, знакомая дорога. Ты поведёшь корабль. Мы станем богачами. На двоих — это по два миллиарда.

Сэм стоял неподвижно, глядя на Баттиски. Этот человек прочитал все его тайные мысли. Когда он начал думать об этом? День назад, неделю? Когда работал подёнщиком на фотонных грузовиках или перебивался гнилыми овощами на свалках Венеры, когда трясся от холода в почтовых отделениях планетолётов ближнего следования или обливался п том, работая кочегаром на плазменных печах Фононных заводов? Всю жизнь он искал свой шанс. И вот теперь… Надо только переступить через шаткий барьерчик совести.

Сэм улыбнулся. Он всё же решил для себя.

Медленно поднял голову.

Баттиски смотрел на него, не отрывая маленьких глаз, и Сэм машинально отметил, что под мышкой у Джима был воронёный ствол протонострела. Предосторожность не помешает.

«Ну что же, Сэмюэль Белавенц, ты был хорошим парнем», — подумал Баттиски и разлепил непослушные губы.

— Сэм, старина, — он похлопал Белавенца по плечу. Тот брезгливо отстранился, но Баттиски не заметил этого, — я не сомневался в тебе. Ты парень что надо! Мы с тобой горы своротим. Прикинул я — одному мне никак не справиться… Корабль-то подниму, а вот рассчитать курс — с этим у меня плохо…

Белавенц сжал зубы.

— Так что же, Джим, — процедил он, — если бы ты мог справиться один, и меня бы уложил, не моргнув глазом? Так, что ли?

Баттиски снова захохотал:

— Вот как ты повернул! Ну, парень, ты мне нравишься, — и, внезапно став серьёзным, наклонился к Сэму и схватил его цепкими пальцами за воротник комбинезона. — Не бойся. Теперь-то нам вместе по одной дорожке идти. Вот так-то…

— Пусти, — рванулся Сэм.

— Нет, постой, послушай меня, — маленькие глазки Баттиски сверлили лицо Сэма, — я давно тебя приметил. Тогда — на Мицаре, помнишь? Ты пришёл без Коротышки Булля. Тогда-то я на тебя и положил глаз. Коротышка ведь поклялся мне пришить тебя, один я об этом знал. А он обычно свои обещания выполнял.

Сэм почувствовал, как кровь бросилась ему в лицо.

— Коротышка утонул в болоте, — пробормотал он.

— Ну и ладно, — тихо сказал Баттиски, не отводя глаз от лица Сэма. — Утонул и утонул. И хватит об этом. В двенадцать они делают привал. Сейчас на «Птенце» идём назад. Через два часа придётся его оставить и дальше пешком, чтобы не поднимать шум. По моим расчётам примерно в четверть первого мы до них доберёмся. Ну, а дальше…

Он достал из-под сиденья ещё одну бутылку виски, открыл. Запрокинув голову, сделал несколько глотков и неожиданно рявкнул:

— Ну, что стоишь? Заводи двигатель…

…Через два часа они въехали в густой подлесок. Огромные стволы по-прежнему уносились ввысь, но теперь между ними кустилась молодая поросль высотой в полтора-два человеческих роста. След «Буцефала» проходил сквозь неё, как широкая просека. Дальше пошли пешком. С собой взяли только протонострелы да Баттиски не забыл сунуть в задний карман комбинезона неизменную бутылку.

Быстрая навигация назад: Ctrl+←, вперед Ctrl+→