Свою вселенную вожу с собой

Борис Руденко

Свою вселенную вожу с собой

• Как это устроено •

«Наука и жизнь» № 8, 2012.

Сборно-разборный чабанский дом-юрту можно увидеть в предгорьях Средней Азии, на юге Сибири, на Алтае, в Башкирии, Бурятии, Монголии…

…Род был небольшой. Шесть тяжело нагруженных верблюдов мерно шагали за конём проводника каравана. За ними на невысоких, но крепких и выносливых степных лошадках ехали женщины с маленькими детьми. Мужчины с подростками, тоже верхом, сопровождали сбившуюся плотным гуртом отару. Несколько пастушьих собак помогали им, немедленно пресекая попытки молодых барашков вырваться из общей массы. День клонился к закату, порывы холодного ветра поднимали столбики пыли, бросали в лицо колючие снежинки начинавшегося снегопада.

Миновав гряду холмов, караван начал спускаться в ложбину. Почуяв знакомые места, воду и скорый отдых, верблюды пошли веселее. Посреди небольшой котловины проводник — глава рода — остановил коня и поднял руку. В этом месте людям и животным предстояло провести очередную зиму…

Чтобы выжить в постоянном противостоянии силам природы, человеку нужны вода, пища, одежда, огонь. И конечно же кров над головой. Дом, в котором можно укрыться от ливня и снегопада, пронизывающих ветров и морозов.

Чабанская юрта в Киргизии, покрытая цветными войлочными кошмами. На переднем плане женщины заняты валянием одной из них.

В горах люди селились в пещерах, а потом научились возводить дома из камня. В лесах — строить шалаши, а затем прочные и тёплые дома из дерева. Но у кочевых племён, бродивших по бескрайним, ровным, как стол, и лишённым даже кустарника степям, таких материалов для жилища не было. Да и не нужен постоянный дом тем, кому приходится передвигаться со своим скотом с пастбища на пастбище, преодолевая в течение лета десятки и сотни километров.

До «открытия» земледелия кочевали — переходили с места на место, — покидая истощённые охотой территории, все племена: и те, кто обитал в лесах, и те, кто населял просторы безлесных равнин — саванн, степей и тундры. Равнинные кочевники сооружали свои жилища из того, что было под рукой — шкур домашних и диких животных, и при перемене места забирали свои дома с собой. В Северной Америке такие сооружения назывались типи, у азиатских северных народов — чум, яранга. Но самым совершенным переносным жилищем степных обитателей следует считать конечно же юрту.

Когда люди научились делать юрты — точно неизвестно. Письменности в то время не существовало, иных источников нет. Кто-то считает, что 1,5 тысячи лет назад, кто-то — все 3 тысячи. Старейшей юрте, которую удалось обнаружить археологам, чуть более тысячи лет, да и то, что она сохранилась столько времени, — просто удача. Ясно одно: если инженерная мысль у наших предков могла проснуться когда угодно, то построить первую юрту удалось не раньше чем появились породы домашних овец, а их хозяева научились валять из их шерсти войлок…

Юрта — сооружение из деревянного каркаса (решёток, верхнего обода- шанырака и соединяющих их жердей), покрытого войлочными кошмами. Без войлока юрта — не юрта. Это он хранит зимой тепло жилища, защищает от холодного ветра, а летом — от палящих солнечных лучей. Войлок же изготавливают в основном из овечьей шерсти. Шерстинки домашних овец, покрытые чешуйками, сцепляются друг с другом подобно застёжке-«липучке», образуя в процессе обработки прочную структуру. У шерсти диких баранов таких чешуек нет, для изготовления войлока она не годится.

…Все были заняты работой. Мужчины развьючивали верблюдов и распрягали лошадей, загоняли отару на ночь в сложенный из камней загон, детишки кожаными вёдрами таскали воду из бившего неподалёку родника, наполняя подвешенные на треноге над кострищами казаны, в которых будет готовиться пища и чай, а женщины привычно раскатывали кошмы, городили и связывали решётки, устанавливали, собирали юрты, куда заносили домашнюю утварь. Очень скоро посреди котловины уже стояли три приземистых купола. Вкусно пахло варёным мясом. Люди сходились к кострам ужинать…

В «походном» состоянии юрту средних размеров (4-6 м в диаметре) перевозили всего два вьючных животных — верблюды, яки или лошади. А собирали и разбирали мобильное жилище в казахски родах действительно только женщины. И дел весьма умело и быстро: вдвоём справлялись всего за час-полтора. Сначала связывали ремнями решётки остова, крепили на жердях верхний обод, покрывали каркас тканью, а затем — толстым войлоком. Отверстие вверху оставалось незакрытым. Оно служило дымоходом для костра, который разводили посреди юрты, чтобы согреться и приготовить пищу, а также совершенно необходимой вентиляцией. Однако следует признать, что эта самая дыра в потолке не позволяла жилищу как следует хранить тепло.

Деревянный каркас купола крепят к боковым решёткам с помощью верхнего обода.

Решётчатый каркас юрты с прикреплённым к нему жердями верхним ободом и каркасом купола.

Незакрытое отверстие в центре купола служит дымоходом и одновременно используется для вентиляции.

В каркас юрты встраивают дверной проём, который тоже завешивают кошмой из войлока.

Женская (правая) половина юрты, устланная красивым ковром.

Традиционное убранство юрты.

Зимние морозы в степи свирепы да к тому же часто сопровождаются пронизывающим ветром. Утепляя юрту, её укрывали дополнительным слоем войлока, обкапывали землёй, обкладывали вязанками камыша, которые затем засыпали снегом, застилали пол толстыми войлочными кошмами, а сверху — коврами (если семья была достаточно богата). Круглыми сутками в юрте поддерживали огонь. Однако помогало это не всегда. И богатые и бедные в самые сильные морозы не снимали в юрте верхней одежды, а то и шуб.

Юрта — очень прочное жилище. Она легко выдерживает тяжесть снега и успешно противостоит напору ветра. Но если налетал степной ураган, установленную в чистом поле юрту могло сорвать с места, опрокинуть, унести. Поэтому, располагаясь на зимовку, кочевники старались ставить юрты под защитой холмов или складок рельефа.

Зато знойным летом юрте было намного комфортней, чем снаружи: прогреть войлочную «насквозь» солнечные лучи не могли. Нижние слои войлока поднимали, обеспечивая сквозь решётку доступ ветерку. Да и пищу летом готовили не в жилище, а на улице.

Вообще, юрту вполне можно назвать первым набором строительного конструктора. Её диаметр, площадь, вместимость зависели от числа решёток, из которых она собиралась. Самая распространённая у казахов — шестиканатная — из шести решёток (решётка по-казахски называется кереге). Богатые казахи жили в десятиканатных жилищах. А ханские юрты были огромны, как передвижной цирк-шапито, и могли вместить до 500 человек.

Решётки в походном положении весьма компактны, но устроены таким образом, что при установке юрты могут растягиваться, словно гармошка. А о потолочном ободе юрты (он называется шанырак), образующем дымовое отверстие, следует рассказать особо. Шанырак почитали в казахских семьях как святыню. Его делали из берёзы или чёрного тальника и передавали из поколения в поколение как символ дома, домашнего очага и продолжения рода. Даже клятву в серьёзных случаях казаху следовало произносить, глядя на шанырак, — тогда она считалась нерушимой. Этот символ изображён на государственном гербе современного Казахстана.

Внутреннее убранство юрты, расположение утвари и всяческого имущества семьи подчинялось сложившимся поколениями обычаям. Чаще всего, если позволяли господствующие на местности ветра, юрту устанавливали входом на восток. Правая половина жилища — северная — считалась женской, левая — южная — мужской. На женской половине размещались посуда и съестные припасы, на мужской — сёдла и сбруя, оружие и инструменты. У дальней от входа стенки юрты, за очагом, горкой укладывали запасную одежду, подушки и всё самое ценное в семье. Это место считалось самым лучшим и почётным. Обычно там располагался глава рода. Туда же усаживали дорогих гостей. За соблюдением установленного порядка расположения вещей в юрте её хозяева следили с невероятной тщательностью. Писатель и журналист Людмила Синицына рассказывала, что как-то раз, посещая юрту семьи скотоводов на Памире, сняла обувь и оставила её у входа. Вроде бы там же, где и хозяева. Оказалось, однако, что это не так. Тут же подбежавшая старшая дочь хозяина, передвинула её туфли влево буквально на несколько сантиметров. Вот теперь обувь гостьи находилась на своём месте!

Юрта — изобретение в инженерном плане настолько удачное, что до сих пор с успехом конкурирует с любыми переносными жилищами. Во всяком случае, и в наши дни скотоводы Киргизии, Казахстана, Монголии предпочитают всему прочему разборный дом из дерева и войлока с тысячелетней историей. Разумеется, в современной юрте намного теплей и комфортней. Для обогрева, приготовления пищи, вентиляции используется энергия переносного электрогенератора. Холодильник, телевизор, прочая бытовая техника в юрте ныне столь же обычны, как и в городской квартире.

Но всегда остаётся неизменной неповторимая, совершенно особая атмосфера этой маленькой вселенной посреди бескрайней степи, тысячелетия ...

Быстрая навигация назад: Ctrl+←, вперед Ctrl+→