Читать онлайн "Становление и первичное расселение рода «Homo»"

Автор Александр Александрович Зубов

А. А. Зубов

Становление и первичное расселение рода «Homo»

Работа над рукописью и публикация монографии были выполнены при финансовой поддержке проекта фундаментальных исследований президиума РАН «Историко-культурное наследие и духовные ценности России» и грантов РФФИ № 09-06-00114а и № 09-06-07125д

Введение

Теме возникновения и эволюции человека посвящаются бесчисленные труды ученых во многих странах мира, что вызывает иногда у людей, далеких от антропологии, скептицизм относительно новизны самой темы, которая на первый взгляд кажется давно исчерпанной. Однако, принимаясь за очередную работу в этой области, специалист сразу же ощущает необъятность и возрастающую актуальность задач, встающих на этом пути перед исследователем. Всюду сталкиваешься с чем-нибудь новым, стремительно меняющимся, с чем-то знакомым и незнакомым, безграничным как сам Человек, как его прошлое и будущее. Я по специальности антрополог и в основу своих рассуждений положил данные физической антропологии, хотя неизбежно приходится обращаться к результатам исследований в области других наук и, прежде всего, археологии, которая внесла и продолжает вносить важнейший вклад в разработку задач реставрации картины жизни древнего и древнейшего человечества. Многие известные отечественные и зарубежные ученые проявляют интерес к проблеме самых ранних миграций первых популяций человечества в позднем плиоцене — раннем плейстоцене: X. А. Амирханов (Россия), А. А. Величко (Россия), А. П. Деревянко (Россия), Р. Деннелл (Великобритания), С. Митен и М. Рид (Великобритания), О. Бар-Йозеф (США), А. Тернер (США), Дж. Манци (Италия), П. Никитас и Э. Никита (Греция), Т. Пилорж (Франция). Анализируются постоянно поступающие материалы, не прекращается дискуссия о путях древних миграций гоминин, применяются новейшие методы исследований, в частности — компьютерное моделирование предполагаемой картины расселения древних представителей рода Homo.

Мне эта тематика близка, можно сказать, со студенческой скамьи: моя первая опубликованная работа (1963 г., М. Географгиз) озаглавленная «Человек заселяет свою планету», описывает в популярной форме процесс первоначального расселения древнего человечества. При этом я, как и в данной монографии, ограничиваю круг рассматриваемых вопросов самыми ранними эпизодами появления людей в различных точках планеты. Именно поэтому я вначале хотел назвать упомянутую выше работу «Открытие планеты Земля», т. е. представить древнейших Homo в роли первооткрывателей новых земель. Я, разумеется, не хотел ставить знак равенства между плио-плейстоценовыми людьми и цивилизованными путешественниками, понимая, что географическое открытие — сложное, сознательное действие, базирующееся на данных науки ряда последних веков, но рецензент настоял на своем (и был, конечно, в строго научном смысле прав), так что название работы было изменено, несмотря на мое предложение взять слово «открытие» в кавычки, и до сих пор немного сожалею, т. к. это слово как нельзя лучше отражало и отражает сущность интересующего меня явления. Многие исследователи постоянно подчеркивают различие между понятиями «заселение» («occupation», «substantial settlement») и «посещение» («первичное проникновение»). В моей работе делается акцент именно на второй вид миграционной активности, который, пусть условно, можно интерпретировать как «открытие» земель.

Не могу сказать, что суть моей работы — анализ процесса миграций гоминин: главным для антрополога всегда остается сам человек, его биологическая эволюция, его взаимодействие со средой. Поэтому первая глава целиком посвящена становлению рода Homo, определению места и времени возникновения этого рода. В первой половине XX века достаточно сильны были еще позиции ученых, считавших, что «колыбель» человечества следует искать в Юго-Восточной Азии, и только к концу века гипотеза «африканской прародины» человека стала практически общепринятой. Но не было сначала единства и по вопросу о конкретном месте возникновения первой человеческой популяции в пределах Африки. В частности «колыбелью человека» иногда называли Южную Африку.

В настоящее время накопленный антропологический и археологический материал позволяет уточнить сложившееся в науке представление о времени и географической локализации популяции древних гоминин, которых мы с достаточным основанием могли бы назвать первыми людьми. Для этого нужно проанализировать всю сумму древнейших костных остатков, принадлежащих к роду Homo, а также каменных орудий, относящихся к плио-плейстоцену и, постепенно ограничивая круг находок все более древними датами, определить, наконец, тот регион, в котором наиболее высока концентрация экземпляров, датируемых периодом 2,4–2,0 млн. лет до современности. Таких находок немного и, как показали материалы раскопок, все они сосредоточены на современных территориях Эфиопии и Кении. Именно в этом регионе по современным данным сформировалась первая популяция человеческих существ 2,4 млн. лет назад или несколько ранее.

Несколько сотен тысяч лет, проведенных первыми Homo в «колыбели», имели чрезвычайно важное эволюционное значение для человечества. Это было время становления морфофизиологического и поведенческого комплекса, присущего людям и определившего дальнейший ход развития, дифференциации и адаптации рода Homo. Радикальные изменения пищевой стратегии, увеличение размеров тела, совершенствование мозга и увеличение его объема, развитие каменной индустрии, позволили группе ранних гоминин преодолеть самый опасный за всю историю человечества «экологический кризис» и не просто выжить, но и во многих отношениях стать доминирующим таксоном в Восточной, а затем — Южной Африке.

Особое внимание в работе уделяется вопросам адаптации в специфической ее форме, названной мною «адаптивной инверсией», выразившейся в прогрессирующей тенденции к изменению некоторых параметров внешней среды вместо морфофизиологического «ответа» на воздействие последней. Однако, в период «колыбели» человеческий организм претерпел еще очень существенные модификации, в частности значительную перестройку пропорций тела: увеличение длины ног явилось ценным ароморфным приобретением, позволившим преодолевать большие расстояния двигаясь широким шагом, а впоследствии — бегом. Это стало залогом перехода от обитания в пределах ограниченного ареала к освоению обширных пространств.

Останки ранних Homo в Южной Африке и каменные орудия в Магрибе имеют примерно одинаковую древность — 1,8 млн. лет, из чего можно сделать вывод, что к этому времени человек широко расселился по всей территории Африки — от крайнего юга до северо-запада. Эта волна внутриафриканской дисперсии показала, что 1,8 млн. лет назад вполне сформировался новый таксон, характерной чертой которого явился не только хорошо адаптированный к тропической зоне морфофизиологический статус, но и активная, соответствующая этому статусу форма поведения, подготовившая переход к освоению больших территорий. Такой таксон рано или поздно неизбежно должен был выйти за пределы Африканской прародины. И движущей силой здесь был не полумистический «wanderlust» — охота к перемене мест, якобы изначально свойственная человеку, а вполне материальный комплекс внешних условий (климат, пищевая стратегия, размеры популяции) в сочетании с морфофизиологическим потенциалом возникшего нового рода гоминин.

Событием первостепенной важности в эволюционной истории человека стала дисперсия рода Homo на земли Евразии, как часто говорят теперь исследователи — «исход» из Африки. Во второй главе я рассматриваю дискуссию по нескольким вопросам, связанным с этим эпизодом. Разные мнения сложились у специалистов по вопросу о месте и времени «пересечения границы» Африки. Я придерживаюсь мнения, что самый первый момент «исхода» связан с областью Баб-эль-Мандебского пролива. Думаю, что альтернативная точка зрения; — переход через Синайский перешеек, — также вполне резонна, но отражает несколько более поздние события. Дискуссия о времени первого «исхода» во многом зависит от известных науке датировок самых древних находок остатков человека в Индонезии и Китае. Вместе с некоторыми исследователями этих проблем я считаю, что дата прихода человека на остров Ява (1,8 млн. лет назад) просто обязывает сделать вывод, что «исход» из Африки должен был иметь место по крайней мере 2,0 млн. лет до современности, если не раньше (2+Х млн. лет).

В проблеме «исхода» меня, опять-таки больше всего интересует момент, связанный с физическим типом человека. Считается, что инвазию за пределы Африки осуществил Homo erectus (ergaster). Я считаю, что в данном вопросе требуются некоторые уточнения. На основании датировок, можно заключить, что к моменту «исхода» из Африки Homo erectus еще не был окончательно сложившейся формой и имел ряд черт предшествующего вида — Н. habilis. Это доказывается конкретными находками черепов из географически периферийных местонахождений в ареале распространения ранних Homo. Я ставлю рядом черепа из Дманиси D2700 (Грузия) и SK847 из Южной Африки: на мой взгляд их сходство очень велико. Исследователи находят общие черты между черепами из Дманиси и некоторыми экземплярами из Индонезии. Мне представляется, что черепа раннего Homo из Нариокотоме, а возможно даже известного «Хоббита» (Homo floresiensis), несут в своем морфологическом облике сходство с черепами из Дманиси и SK847. Т. о. вырисовывается отдельный, довольно четко очерченный таксон древнейших людей, который можно назвать Homo habilis pre-ehectus. Пересматривая систематику ранних Homo, я ставлю в ряд ископаемые формы, начиная с черепа KNM-ER 1470, который я предпочитаю включать в состав упомянутого выше подвида. В одном ряду с ним, в эволюционной последовательности располагаются D2700 (Дманиси) и KNM-WT 15000 (Нариокотоме), который в латеральной норме особенно явно укладывается в единый таксон первых людей. Если завершить этот эволюционный ряд черепом KNM-ER 3733, то перед нами будет последовательность, отражающая превращение раннего подвида Н habilis pre-erectus в «законченного» эректуса-эргастера (3733), которого я обозначил бы в систематике как подвид Homo erectus ergaster, противопоставляющийся среди азиатских эректусов форме Homo erectus erectus. Снижение таксономического уровня Н. ergaster до подвидового уровня я счел логичным ввиду учета специфики формообразования на линии Homo, а именно свойства, определяемого зарубежными коллегами как «эластичность», а в моих работах названного «сдерживанием адаптивной радиации» под влиянием культурных факторов и, в частности, эффекта «адаптивной инверсии».

Именно выделенный таксон ранних Homo, с моей точки зрения, первым предпринял «исход» из Африки, стал «первооткрывателем» Евразии и осуществил «Великую миграцию» от Эфиопии до Явы, — путь длиной около 8 тысяч километров, изобилующий экстремальными участками.

Реставрация условий и направлений этого уникального перехода является отдельным предметом исследования антропологов, археологов, геологов, географов и порождает постоянные научные дискуссии по целому ряду аспектов. К спорным моментам относятся: численность групп переселенцев, средняя скорость движения, предпочитаемые виды ландшафта (равнина, плоскогорье, береговая зона), время прибытия первых групп в «финальные» точки, пищевая стратегия в пути, перерывы движения, включая длительные остановки и возможные эпизоды смены направления на обратное, длительность перехода в целом, морфологические перестройки за время миграции и таксономический статус гоминин, пришедших в Восточную и Юго-восточную Азию, возможности преодоления переселенцами водных пространств.

Естественно, гипотетическая траектория расселения древнейших гоминин в Евразии выстраивается в соответствии с локализацией антропологических и археологических находок в промежутке между Африкой и Юго-Восточной ...

Неослабевающий интерес к проблеме происхождения человека породил и продолжает порождать обширную спе
1 стр.
Неослабевающий интерес к проблеме происхождения человека породил и продолжает порождать обширную спе
1 стр.