Великие психологи

ВЕЛИКИЕ ПСИХОЛОГИ

*

Серия «ИСТОРИЧЕСКИЕ СИЛУЭТЫ»

© Составление: Самыгин С. И., Столяренко Л. Д., 2000

© Оформление: Изд-во «Феникс». 2000

ПРЕДИСЛОВИЕ

Эта книга адресована тем, кто интересуется историей психологии, и в первую очередь студентам, изучающим ее в высших учебных заведениях. Она представляет собой серию биографических очерков, посвященных жизни и научному творчеству крупнейших психологов конца XIX и XX века, основателей известных психологических направлений и школ.

Среди множества самых разнообразных концепций и имен зарубежных психологов составители данного сборника постарались отобрать только те, что составляют общепризнанное достояние современного психологического знания. Имена Вундта, Фрейда, Юнга, Келера, Пиаже и других великих психологов не нуждаются в представлении.

Мы не ставим своей целью дать авторскую версию биографий выдающихся психологов или по-новому оценить их взгляды. Задачей составителей было подобрать наиболее интересные материалы, ознакомить читателя со свидетельствами людей, лично близко знавших героев книги.

Нами были использованы тексты Барбары Росс, Ирвинга Э. Александера, Роберта Л. Торндайка, Майкла Вертхеймера, Томаса Бласса, Генри Глейтмана, Роберта Шеррила-младшего, Курта Шлезингера, Даниеля В. Бьорка, Артура Л. Блументаля и других.

Составители выражают благодарность Т. В. Ковалевой, О. А. Ковалеву и Т. И. Чемпоеш за помощь в переводе материалов.

УИЛЬЯМ ДЖЕЙМС: ИСПОРЧЕННЫЙ РЕБЕНОК

АМЕРИКАНСКОЙ ПСИХОЛОГИИ

Примерно за полтора года до смерти Уильям Джеймс удостоился следующей характеристики от Лайтнера Уитмера (1909):

«Философ-психолог, страстно интересующийся мистицизмом, профессионально занимающийся философией и временно принимающий на себя роль психолога… испорченный ребенок американской психологии, свободный от какой-либо серьезной критики, и любимый идеал широкого и образованного круга…, [который] с момента публикации его «Принципов психологии» безусловно ослабил традиционные интеллектуальные поводья, призванные обуздывать человеческие желания».

Хотя современники Джеймса никогда не считали его абсолютно непогрешимым, они в некотором смысле «избаловали» его. Несмотря на то, что Джеймс неоднократно подвергал критике большую часть экспериментальных работ, проводившихся в лабораториях Германии и США на ранних этапах развития классической психологии, коллеги Джеймса в течение всей его научной карьеры одаривали его самыми высокими профессиональными наградами. Он был избран президентом Американской Ассоциации психологов в 1895 году, президентом Американской Ассоциации философов в 1906 году и получил степень доктора права от Гарварда в 1903 году.

МОЛОДЫЕ ГОДЫ

Джеймс и ребенком был избалованным, но в более привычном смысле этого слова. Он вырос в состоятельной семье и был старшим из пятерых детей. Между Уильямом и его младшим братом, Генри, ставшим впоследствии известным романистом, было всего 15 месяцев разницы, и братья оставались близки в течение всей своей жизни, изобиловавшей событиями. Братья пользовались благами, которые обеспечивало им состояние их отца, Генри Джеймса-старшего.

Генри Джеймс-старший вырос в большой семье в Олбани, штат Нью-Йорк; он был сыном Уильяма Джеймса, деда и тезки героя нашего повествования. Первый Уильям Джеймс был ирландским иммигрантом, к началу XIX века ставшим вторым по состоятельности человеком в штате Нью-Йорк после Джона Джейкоба Астора. Генри-старший описывал свою мать как демократичную и добрую женщину, а отца — как сурового человека, следившего за тем, чтобы его дети строго придерживались канонов пресвитерианской церкви, главными из которых считались благочестие и умеренность. Генри-старший отверг религию своего отца вскоре после поступления в Юнион-Колледж. Он бежал в Бостон, где несколько месяцев перебивался самостоятельно. После этого он помирился с отцом, вернулся в Юнион-Колледж и в 1830 году получил степень. Два года спустя его отец умер, оставив своим детям достаточно средств для того, чтобы ни у одного из них не было необходимости зарабатывать на жизнь.

Хотя Генри-старший отверг кальвинистские убеждения своего отца, он не отказался от религии полностью. Примерно в возрасте 20 лет его познакомили с трудами «примитивных христианских мистиков», и он начал верить в то, что спасение души каждого отдельного человека зависит от спасения общества. Он посвятил свои зрелые годы писанию книг, в которых говорилось в основном о неудовлетворительности традиционной морали и официального института церкви. Для него не имел никакого значения тот факт, что его произведения не пользовались успехом — было продано всего несколько экземпляров его книг.

Два первенца Генри-старшего, его сыновья Уильям и Генри-младший, родились в Нью-Йорке в 1842 и 1943 годах. Позже у них появились еще два младших брата и сестра. Возможно, по причине расхождений во взглядах со своим отцом, Генри-старший создал в собственной семье духовно и социально демократичную атмосферу. Дети были окружены любовью и не сдерживались запретами. Их отец потакал им, храня «внутреннюю уверенность в том, что характер его детей невозможно испортить».

Семейство Джеймсов отличала любовь к путешествиям. Они много раз пересекали Атлантический океан. Первое путешествие семья совершила, когда Уильяму Джеймсу не было еще и двух лет. Дети Джеймсов не получили систематического школьного образования, они время от времени посещали частные школы в тех городах, где на разные сроки селился их неугомонный отец — в Нью-Йорке, Олбани, Ньюпорте, Лондоне, Женеве, Париже и в нескольких городах Германии.

За исключением психически уравновешенной матери Уильяма, все прочие члены семьи в тот или иной период своей жизни испытывали приступы ипохондрии. Когда Уильяму было 2 года, его отец пережил необъяснимое, мистическое, катастрофическое состояние, которое без успеха пытались вылечить ведущие врачи и которое служило причиной расстройства всей семьи в течение почти двух лет. Наконец, в творчестве шведского мистика Эмануэля Сведенборга Генри-старший нашел исцеление и основу для своих последующих духовных книг, писанию которых Генри-старший и посвятил весь остаток своей жизни. Не по годам эмоционально развитый Уильям, вероятно, осознавал трудности, испытываемые его отцом. В возрасте 20 лет Уильям тоже пережил трудное время, даже помышлял о самоубийстве. Годы спустя, после самостоятельного исследования чувства беспокойства, Уильям пришел к выводу, что невротическое состояние его отца проистекало из его подавленного детского чувства вины за бунт против собственного отца и его религии.

Мальчиком Уильям проводил химические опыты и собирал коллекцию мелких морских животных. Его отец прочил ему карьеру ученого. Возможно, по причине своего бессистемного свободного образования и общей неусидчивости Уильям долго и трудно искал свой путь в жизни. Сначала он кратко познакомился с искусством. Несмотря на разочарование Генри-старшего по поводу того, что сын не избрал стезю науки, отец разрешил Уильяму учиться живописи под руководством ньюпортского художника Джона Ла Фаржа в 1860 и 1861 годах. Интерес к живописи продлился недолго.

ПОРА ВЗРОСЛЕНИЯ И СТРЕМЛЕНИЕ К САМООСОЗНАНИЮ

К началу гражданской войны 1861 года Уильяму и Генри было почти по 20 лет, — подходящий возраст для вступления в армию, однако ни один из братьев не испытывал наклонности к этому.

У Генри было заболевание спины, а у Уильяма — проблемы с нервами. В течение всей своей взрослой жизни Уильям испытывал повторяющиеся приступы болезни, которую в наши дни, возможно, определили бы как психосоматическое заболевание. Генри-старший не стал бы возражать, если бы его сыновья захотели записаться в армию, но, поскольку он был убежден в том, что и у Уильяма и у Генри-младшего имеются склонности к интеллектуальному труду, он поддержал их желание остаться в стороне от военных действий.

Осенью 1861 года, возможно, потому, что он чувствовал, что должен совершить нечто конструктивное — и к восторгу своего отца, — Уильям поступил в Научную Школу Лоуренса в Гарварде. Там он изучал химию под руководством Чарльза У. Элиота, соседа Джеймсов по Кембриджу, который, как выяснилось, оказался гораздо более талантливым администратором и организатором, чем ученым. Позднее Элиот стал президентом Гарвардского Колледжа и сыграл значительную роль в карьере Уильяма.

На втором году обучения в Школе Лоуренса боли, которые испытывал Уильям, и необъяснимая нервозность вынудили его взять академический отпуск на 8 месяцев или около того. Вернувшись в Школу, он переметнулся с химии на сравнительную анатомию, но его цели все еще не были определены. После обычных для него мучительных раздумий о собственном месте в жизни он решил попробовать заняться медициной и в 1864 году поступил в Гарвардскую Медицинскую Школу. Однако, вполне естественно, что вскоре внимание Уильяма оказалось поглощенным предстоящей экспедицией в Бразилию, которую собирался возглавить знаменитый гарвардский профессор зоологии и геологии Луис Агассиз. Уильям Джеймс принял участие в этой экспедиции. К тому времени ему было уже 23 года, и он надеялся, что путешествие даст ему возможность разобраться в себе и определить свои жизненные цели, — но этого не произошло. Хотя временами Уильям получал удовольствие от экспедиции, он вернулся из нее домой измученным физ ...

Быстрая навигация назад: Ctrl+←, вперед Ctrl+→