В плену у любимого: Любовь исцеляет раны, которые не под силу излечить времени

Лора Райт

В плену у любимого

АМАДЕУС

Лучший способ поддаться очарованию приятного погружения в мир эмоций…

Отвлечься от будничных забот, окунуться в романтику глубоких чувств, пылких страстей и неповторимого наслаждения…

Женщины испытают восторженную радость от полноты эмоциональных ощущений, а мужчины предадутся смелым и безграничным фантазиям, оказавшись в мире самых невероятных приключений.

Каждую неделю!!!

Новый мир волнующего чтения…

Везде, где продается печатная продукция.

Амадеус

Лора Райт

В ПЛЕНУ У ЛЮБИМОГО

ГЛАВА ПЕРВАЯ

Посреди ночи Клинт Эндовер резко сел в кровати, как будто кто-то выстрелил у него над ухом. Глаза его были широко раскрыты, обнаженное тело покрывала испарина, дыхание со свистом вырывалось из груди.

Он провел рукой по мокрому лицу и с силой потряс головой, стараясь сбросить с себя остатки ночного кошмара.

И так — каждую ночь, три года подряд. Три года! Господи, когда же это кончится? Или ему суждено мучиться всю оставшуюся жизнь?

«Ночной кошмар?» — думал он, рассеянно обводя глазами шикарную спальню в принадлежащем ему пятиэтажном особняке. Нет, дорогой мой, никакой это не ночной кошмар, свидетельство тому — огромный шрам от ожога на твоей груди.

Сердцебиение постепенно приходило в норму, но Клинт и не думал снова ложиться на подушки: по печальному опыту последних трех лет он знал, что это бесполезно, все равно больше не уснет. Клинт откинул влажные простыни и как был, нагишом, спустился на второй этаж, где располагался его кабинет. Только здесь он сможет окончательно успокоиться.

Огромную комнату освещал льющийся из окна мягкий свет зарождающегося дня, но он не был нужен Клинту: ночные путешествия в кабинет давно уже стали для Клинта чем-то вроде ритуала.

Плеснув в широкий стакан виски, он выпил его залпом, потом снова наполнил стакан уже до середины, подошел к письменному столу и сел в кресло. Медленно огляделся по сторонам и криво ухмыльнулся. Вот ведь ирония судьбы! Кабинет был буквально напичкан всякой электронной техникой и новомодными прибамбасами — еще бы! Ведь он не кто-нибудь, а шеф крупнейшего охранного агентства в Западном Техасе! — но ничто не могло защитить его самого от страшных воспоминаний о той страшной ночи.

Когда он умер.

Когда он воскрес.

Клинт осушил стакан и посмотрел на графин. Может, выпить еще?

За что, за какие грехи его еженощно мучают эти кошмары? Неужели воспоминания, рвущие на части сердце и душу, не оставят его никогда? Разве он заслужил такие страдания?

Не отрывая глаз от графина, Клинт приложил ладонь к груди, ощутил под пальцами отвратительную бугристую плоть и скривился от боли, когда пальцы сильнее нажали на шрам.

Нет, больше никакого виски, лучше выпить чашку кофе, ведь ему предстоит тяжелая работа, от него ждут помощи его друзья, члены «Клуба техасских фермеров». Значит, ему потребуется трезвая голова. К тому же, только так, занимаясь любимым делом, он сможет отвлечься от тяжелых воспоминаний.

Есть женщина без имени, потерявшая память, и псих, который охотится за ней и ее дочерью. И он. Клинт Эндовер, поклялся защищать их обеих.

Он встал и уставился в огромное, от пола до потолка, окно. Из-за горизонта, разгоняя унылую серую мглу, медленно поднималось огненно-красное солнце.

ГЛАВА ВТОРАЯ

«Он пришел сегодня почему-то раньше обычного», — подумала Тара Робертс, провожая глазами черноволосого доктора, шагающего к лифту. Физиономия важная, брови насуплены — все как всегда. Этот человек, совсем недавно появившийся в их госпитале, никогда не удостаивал даже взглядом младший персонал. Общаться с медсестрами он считал ниже своего достоинства. Высокомерный выскочка!

Лифт пришел пустой, что бывает не часто, и Таре ужасно захотелось воспользоваться случаем и прокатиться с доктором Белденом до четвертого этажа. Тогда у нее появится возможность задать ему несколько вопросов. Эти вопросы буравили ее мозг с того самого дня, как ее впервые представили новому доктору.

Вопрос первый: почему у нее по спине пробегают неприятные мурашки всякий раз, как она видит его? Но гораздо важнее второй вопрос. Она хотела знать, кем он себя возомнил, почему позволяет себе обращаться с медсестрами с вопиющим пренебрежением, которое даже не считает нужным скрывать?

Ей еще не доводилось встречать таких трудяг, какие работали в их городской больнице. И никто из младшего персонала не вымещал на больных ни безумную усталость, ни семейные неурядицы, ни даже собственное неважное самочувствие — все это они оставляли за стенами больницы. К таким людям, к которым Тара причисляла и себя, следует относиться с уважением, а не обливать их холодным презрением, как это делает Белден.

Но сегодня Таре не удалось поговорить с ним с глазу на глаз: пока она раздумывала, створки лифта беззвучно затворились, скрыв за собой заносчивого Белдена.

Закусив губу от досады, Тара снова принялась заполнять истории болезни, но мысли ее по-прежнему кружились вокруг доктора Белдена. По натуре она не была подозрительной, однако этот человек ее раздражал, даже при упоминании его имени у Тары появлялось ощущение, будто ее гладят против шерсти.

А может быть, это связано с тайной, которой окружила ее пациентка Джейн Доу. На самом деле женщину звали вовсе не Джейн Доу, но так назвали ее парни из «Клуба техасских фермеров», после того как она, выйдя из комы, не смогла вспомнить свое настоящее имя.

Ах, эти ребята из «Клуба»!

Дрожь совсем иного рода пробежала по спине Тары, когда она подумала о самых состоятельных, самых привлекательных и сексуальных жителях Рояла. По ним томились женщины, их уважали мужчины. Они были настоящими альтруистами и всегда приходили на помощь ко всем, кто в ней нуждался.

Джейн Доу тоже понадобилась их помощь.

«Бедняжка Джейн!» — думала Тара, заполняя карту очередного пациента. Две недели назад женщина переступила порог городского кафе, держа на руках ребенка, покачнулась и вдруг рухнула на пол. К счастью, в кафе оказались ребята из «Клуба». Они быстро взяли ситуацию под свой контроль и приняли на себя заботы о матери и ребенке.

Тара восхищалась ими, но совсем не так, как остальные женщины городка. Никаких ахов и охов, никаких томных взглядов — таких глупостей она себе не позволяла. Она умела держать себя в руках. Пока была жива ее мама, ирландка по происхождению, она повторяла ей: «Жизнь — это служение». Значит, в ней нет места бездумным развлечениям, пустому флирту и…

— Сегодня ты тоже намерена доставлять мне одни неприятности. Тара? — прервал ее размышления низкий мужской голос.

Тара сквозь зубы втянула в себя воздух. Она была не из тех, кто валится со стула или подскакивает до небес, когда кто-то неожиданно подкрадывается к ним из-за спины. Просто этот бархатный баритон всегда действовал ей на нервы, вот и все.

Справившись с дыханием, Тара медленно повернулась. В двух шагах от нее стоял самый потрясающий мужчина из тех, кого ей доводилось встречать в жизни.

Клинт Эндовер.

Со школьных времен Клинт, конечно, изменился. Правда, уже тогда он обладал привлекательной внешностью, убийственными синими глазами и умопомрачительной улыбкой. Сейчас же, когда женщины смотрели вслед этому статному темноволосому красавцу, в их глазах явственно читалось вожделение и немедленная готовность прыгнуть к нему в постель. Изгиб его губ стал тверже, тело обросло грудой рельефных мышц. А глаза… Любая, заглянувшая в них, сразу же теряла способность соображать.

К сожалению, и Тара попала под действие его чар.

Всмотревшись в его фантастические глаза, она заметила, что теперь в их глубине прячется боль. Этого человека преследует чувство вины и… смерть.

И неудивительно, с грустью подумала Тара. Весь Роял знал, что Клинту многое пришлось пережить.

— Доставлять неприятности — это не ко мне, — вступила она в их обычную утреннюю перепалку.

— Да что ты говоришь! С каких это пор ты стала пай-девочкой?

— Я была ею всегда.

— Сомневаюсь. — Клинт оперся о стол дежурной сестры и кивнул сотруднице, отвечавшей на телефонные звонки.

— Не надо корчить из себя всезнайку, Эндовер, — тихо произнесла Тара. — Ты меня совершенно не знаешь.

Он сделал то, что неизменно делал со всеми женщинами: одним-единственным взглядом приковал ее к месту.

— У меня исключительная память, Тара, Я знаю тебя как свои пять пальцев.

Тара замерла, ощущая нехватку воздуха в легких. Впрочем, что это она так разволновалась? В его словах не было никаких намеков, одна голая констатация фактов.

Увы! В присутствии Клинта Эндовера ей было трудно держать себя в руках. Рядом с ним она, холодная и рассудочная, становилась обыкновенной женщиной.

Женщиной, которая никак не могла справиться со своими воспоминаниями…

…Юный Клинт, еще совсем подросток, обнимает ее в городском парке, прижимает к себе и целует, обдавая запахом отцовского одеколона…

— Это было тысячу лет назад, — усмехнулась Тара.

Он склонился над ней.

— Как я уже сказал, у меня хорошая память. И ты доставляла мне неприятности даже тысячу лет назад.

Тара покосилась на сотрудницу, потом встала со стула и произнесла, сильно понизив голос:

— Юношеский поцелуй — это совсем не неприятность.

— А для меня о ...

Быстрая навигация назад: Ctrl+←, вперед Ctrl+→