Жернова войны

Сердитый Коротыш

Жернова войны

Глава 1

— Не дергай спусковой крючок, это тебе не х… дрочить! — Высокий, крепко сложенный инструктор стоял над курсантом военного училища, сложив на груди свои огромные ручищи и паренек его слегка побаивался, впрочем, как и весь курс.

Веса в том инструкторе было килограммов сто, если не больше, однако он не выглядел тучным и рыхлым, наоборот, под кожей перекатывались бугры мышц, двигался он с пластикой зверя, был резким и быстрым, отчего курсанты младших и старших курсов постоянно страдали на уроках рукопашного боя, которые он и проводил. Это сейчас на стрельбище инструктор отправился вместо их ротного офицера, который неожиданно заболел и сейчас, с высоты своего двухметрового роста четко следил за выполнением упражнения. Вместе с ним присутствовал прапорщик, ведущий учет стреляных гильз и выдающий патроны, два его помощника, притащившие ящик и использовавшиеся как тягловая сила, собственно, как и остальные курсанты, которых было чуть больше ста штук. Сейчас группы стояли в ожидании своей очереди «на пострелять» и терпеливо ждали, когда въедливый инструктор закончит с этой четверкой и займется следующией.

— Так, ноги раздвинь. — Пнул тот курсанта. — Да не так широко, не девка поди, — он даже не ухмыльнулся, оставшись угрюмым, хотя некоторые давили лыбу. — Упрись локтем в землю так, чтобы было удобно, совмести планку прицела с мушкой, выстави на «П», чтобы было проще. Сейчас ты не знаешь, куда полетят пули, поэтому выпусти пару патронов на одиночном огне, чтобы пристреляться. Узнай, как ведет себя автомат, куда у него ствол загнут. Это кто там смеется? — инструктор резко обернулся и узкими щелочками глаз всмотрелся в замершую группу.

Чурка долбанная, подумал кто-то из весельчаков-курсантов, затаившись, чтобы его не опознали, но уши предательски покраснели и по лбу протекла капелька пота, которую инструктор предпочел не заметить. Молодые еще, глупые, покачал он мысленно головой, не понимают, что от этого может зависеть их жизнь в бою. Воспоминания нахлынули лавиной, но он быстро выгнал их из головы — слишком страшно, жутко, чтобы демонстрировать и уж тем более рассказывать это курсантам. Лежавший перед ним поерзал и доложил:

— К стрельбе готов!

— Огонь. — Просто сказал инструктор и раздались резкие хлопки — автомат пару раз вздрогнул в потных ладошках курсанта и выпустил очередь по три патрона, которые славно разлетелись рядом с мишенью. — Я же сказал — одиночным! — напомнил нерадивому ученику инструктор. — Переключи планку и давай еще раз, патронов не жалеть.

— Как это не жалеть?! — взвился прапорщик. — У меня все по учету, на каждого по двенадцать штук! Отстрелял и свободен!

Инструктор повернулся к жмоту и оставил огневой рубеж, подойдя вплотную.

— Слушай сюда, чернильная душа, — произнес он своим хрипловато-скрипучим голосом, повредило связки в боестолкновении, хорошо, что удалось вообще спасти голос, а то бы пользовался речевым модулятором. — Я не для того сюда курсантов привел, чтобы они по двенадцать патронов выпустили и разбежались по училищу траву и бордюры красить! Я привел их сюда, чтобы каждый как минимум научился попадать в цель, а для этого двенадцати штук маловато, смекаешь? — Снова смешки, но редкие и негромкие, однако инструктор услышал, но не стал оборачиваться — он буравил взглядом прапорщика. — У тебя в ящике две тысячи с хреном патронов и ящиков таких ты взял с собой три штуки, значит уже списал все шесть четыреста, а у меня здесь сто пятнадцать человек и каждому по двенадцать патронов это получится… — инструктор на время задумался, — как раз чуть больше ящика. Так что каждому по магазину как минимум и чего ты жмешься, это твои личные патроны что ли?

— Есть норматив. — Начал упорствовать прапорщик.

— К черту норматив, нужно ребят стрелять научить, а не нормативы высчитывать! — взорвался инструктор. — Когда они под пулями лежать будут, то обязательно припомнят эти твои двенадцать патронов.

— Сбрендил что ли? — удивился прапор. — Какие пули? Кто в них стрелять будет?

— Идиот, всегда найдет тот, кто захочет тебя убить. — Мрачно произнес инструктор.

— Еб… ся? — ласково спросил его прапорщик, на что получил в харю и потерял сознание от одного удара, перелетев через стульчик. Инструктор потер сбитые костяшки пальцев и посмотрел на тело жирного жмота. Курсанты замерли и выпучили глаза, глядя на эту картину — никто не проронил ни слова. Инструктор мысленно вздохнул и подошел к прапору, чтобы проверить его здоровье, как вдруг понял, что тот мертв. Сердце бухнуло два раза и заспешило снова, но военный понимал, что сотворил нечто ужасное. Хорошо поставленный удар отправил прапорщика на небеса. Чтобы точно удостовериться в этом, инструктор присел и приложил пальцы к жилке на шее — та даже слабо не дергалась. Он посмотрел на одного из солдат, помощника прапорщика и сказал:

— Мертв. Звони начальнику училища. — После чего встал и развернулся к курсантам, которые чуть подались назад услышав его слова. — Стрельбы отменяются, всем отстегнуть магазины и разрядить автоматы.

Курсанты завозились, парочка встала с земли и начала отсоединять магазины, как инструктор заметил непорядок.

— Балда, куда направил автомат?! В землю или на стрельбище!

Курсант, напуганный произошедшим, совершенно ничего не соображая от окрика инструктора, который шел к нему, чтобы отобрать оружие, наконец-то отстегнул магазин, но оставил патрон в патроннике. Увидев, что к нему приближается убийца, ученик запаниковал, он и так боялся здорового дядьку, а тут тот еще и шел к нему, так что курсант, сам того не понимая, что делает, направил оружие в сторону инструктора.

— Блять, опусти ствол, дебил! — резко выкрикнул тот и запоздалая мысль возникла в голове, что не надо было этого делать, как напуганный окриком курсант спустил крючок. Пуля медленно вылетела из ствола, инструктор видел ее как в замедленном кино. Он попытался уклониться, включились инстинкты и рефлексы выживания в бою, но расстояние было небольшим и времени совсем не оставалось, тело просто не успевало среагировать и осознание смерти пришло само собой — стальное жало попало ему точно в лоб и вышло с другой стороны черепа, проделав аккуратную дырочку в голове. Тело инструктора стало падать и лицом уткнулось в землю — он был мертв, хотя бы в этом ему повезло. Курсант выронил автомат и завыл так пронзительно и дико, как воет зверь, когда ему больно и страшно. Никто не решился подойти к нему, чтобы успокоить — то, что произошло на стрельбище, все запомнили надолго.

— Хи-хи. — Произнес кто-то в темноте на грани сознания. — Человеческий воин, хи-хи, сладкая добыча, но еще слабая… хи-хи, станешь сильным — умрешь в муках… хи-хи-хи… вкусно… и приведешь еще более сильного… ням-ням…

Свет включили внезапно и сразу. Инструктор открыл глаза и осмотрелся — полутемный свод пещеры, освещенный резкими всполохами огня, языки которого метались, то разгоняя тени, то снова сгущая их, не позволяя как следует осмотреться. Он покряхтел, пытаясь встать и понял, что тело ему плохо подчиняется, оно словно какое-то неуклюжее, слабое и неповоротливое, словно его спеленали. Впрочем, так оно и было — он лежал в каком-то свертке из шкур и не мог в нем пошевелиться. Плен, тут же возникла мысль и пропала, потому что мозг вспомнил последнее, что произошло с ним. Смерть жирного прапора, пуля в голову и темнота, в которой кто-то насмехался над ним, однако его смешки не пугали инструктора, бывшего офицера спецподразделения разведки, который успел повоевать там, где были интересы его страны, отдавая свой долг родине и выполняя приказы командиров. Однако, после стольких лет службы его «списали на берег» за чрезмерную жестокость по отношению к пленным и террористам, а также прочим криминальным элементам. Хотя, к тому времени у инструктора сложилось впечатление, что он просто сделал что-то неправильное и ликвидировал того, с кем элиты собирались дружить, поставляя ему оружие. Ведь подогревать обе стороны конфликта это всегда выгодно, получая прибыль с того и другого. Только он, наивный дурачок, этого не понимал. Ликвидировать его не успели или не смогли, он не знал, хотя, может быть, за него вступились высшие силы в лице сотрудников главка и бойца просто уволили из подразделения, предложив место инструктора в армейском училище, приказав нос не высовывать. Ну, вот он и не высовывал, пока не ухлопал этого придурка-прапорщика, который своим необдуманным словом вызвал такую бурную реакцию у бывшего капитана разведки. Сейчас он корил себя за это поспешное действие, приведшее к такому печальному результату, однако большее его удивление и любопытство вызывало то, что как он остался жив, ведь пуля попала точно в лоб, а таким ранением не живут в принципе. И что это за место, может быть он был без сознания и его тело отдали тем самым моджахедам, лидера которых он и хлопнул? В качестве примера для показательной казни? Ну а что, вполне могли это сделать, ума у них на это хватит. Капитан прекратил пока ворочаться и попытался прислушаться, чтобы понять, о чем толкуют бородатые товарищи, которые наверняка сидят возле костра, пьют свою «чачу» или еще какой «архыз» и горланят непонятную тарабарщину. Но пока все было тихо и инструктор попытался повернуться, чтобы разглядеть тех, кто сидел возле костра, хотя бы какое у них оружие, во что одеты и кто таковы. Но то, что он увидел, заставило его усомниться в том, где он находится.

Во-первых, костер горел не на дровах, а на углях, то есть горючих камнях, сложенных пирамидкой, над которыми был подвешен котел, а вот рядом с ним находилось нечто, одетое в шкуры, подвязанное ремнем, на котором были удобно размещены подсумки с различным содержимым, которое скрывалось внутри. Од ...

Быстрая навигация назад: Ctrl+←, вперед Ctrl+→