Арктика-2020

Петр Заспа

Арктика-2020

© Заспа П., 2017

© ИК «Крылов», 2017

* * *

В арктическом шельфе сконцентрирована треть всех мировых залежей углеводородов.

Геологическая служба США Ernst & Young

Мы сами определяем последнюю границу Канады. Северный полюс находится на исконно канадской территории, потому что является естественным продолжением канадского острова Элсмир, только под водой.

Министр окружающей среды Канады

Леон Аглуккак

Я провозглашаю норвежский город Тромсё (население 67 тыс. чел.) столицей Арктики! А США – ведущим государством в Арктике!

Министр иностранных дел Норвегии

Йонас Сторе

Арктика – неотъемлемая часть Российской Федерации, находящаяся под нашим суверенитетом в течение нескольких веков. Так оно и будет во все последующие времена.

Из выступления Президента Российской Федерации

Владимира Путина

Вопрос из зала: «Как вы относитесь к предложению профессора Высшей школы экономики Сергея Медведева передать управление Арктикой под контроль международному сообществу?»

Владимир Путин: «Придурок!»

Глава первая

Игры настоящих мужчин

1 июня 2020 г. Баренцево море.

Солнце брызнуло в блистер ярким сполохом и заиграло в плексигласе, рассыпавшись спектром цветных полос. Глаза будто ослепило белой дугой электросварки, цифры и стрелки на приборной панели померкли. Сконцентрированный через выпуклый фонарь, словно через лупу, в лицо ударил горячий луч – неприятное ощущение. Макс нехотя опустил светофильтр. На очередном поворотном[1] он сменил курс на юго-восток, и утреннее солнце уселось аккурат на белый обтекатель РЛС. С таким неудобством придётся мириться ещё не меньше пяти минут. Затем, замкнув круг патрулирования – курс на юг, и можно возвращаться на «Кузю». Рядовое задание, каких за плечами десятки. Всё обыденно, тягуче прозаично и по-житейски скучно. Ни тебе перехватов, ни боевых стрельб, ни упражнений на высший пилотаж.

– Восемьсот пятьдесят третий? – напомнил о себе штурман наведения.

– Ответил, – нажал кнопку внешней радиосвязи Макс.

– У вас по курсу засветка. Не помешает?

Штурман у себя на корабельном экране заметил грозовой фронт и хотел уточнить его высоту. Су-33 летел на девяти тысячах, а поднявшийся тёмным столбом сгусток облаков явно превышал эшелон километра на три.

– Помешает, – Макс едва не зевнул.

– Курс сто восемьдесят! – тут же отреагировал штурман, уводя его на безопасное расстояние от снежных зарядов.

– Выполняю.

Теперь хотя бы солнце ушло в сторону, а в остальном… тоска! Далеко внизу плотным покрывалом скрывшее Баренцево море белое одеяло облаков. Над головой отливающее чернотой бездонное небо. И никого. Скукотище до ломоты в зубах….

– Восемьсот пятьдесят третий?

Макс уже потянулся, чтобы, упреждая вопрос, доложить, что занял заданный курс, но взволнованный голос штурмана подсказал, что с догадкой он поторопился. Не тратя время на ожидание ответной квитанции, штурман наведения спросил:

– Постороннего наблюдаете?

А вот это уже интересно!

Макс завертел головой, затем заложил крен вправо-влево. Далеко позади, рядом с вытянувшейся ниткой инверсионного следа, оставшегося за его истребителем, бежала ещё одна, точно такая же линия – белое копьё с тёмным наконечником.

– Наблюдаю!

– Посторонний, предположительно со Шпицбергена.

Конечно, со Шпицбергена! Откуда же ему ещё взяться? После того, как Норвегия выдавила с островов российскую компанию «Арктикуголь», то тут же забыла, что когда-то объявила архипелаг демилитаризованной зоной, и на аэродроме посёлка Лонгьир разместила свои истребители F-16. Теперь в северном небе такие встречи редкостью не были. Конечно же, сие «миролюбивое» решение было ответом исключительно на «осуждаемую прогрессивной общественностью и возглавляемую Соединёнными Штатами агрессивную политику России в Арктике». И лишь только ради безопасности шныряли в нейтральных водах высоких широт норвежские корабли береговой охраны, перебазировавшись с материка на северные острова. Исключительно ради безопасности! И как только у России поворачиваться язык заявлять, что всему причиной презренные углеводороды?!

– Дистанция сокращается, – подсказал штурман.

– Отрабатывает перехват, – подтвердил Макс, скосив глаз на вспыхнувшую лампу «П», предупреждающую об облучении локатором F-16.

– Приказ старшего – не провоцировать! – напомнил штурман.

– По-омню, – нехотя протянул Макс, не желая вступать со штурманом в бесполезные пререкания. Но изображать безобидную мишень он тоже не собирался. – Посмотрю на постороннего и обратно.

Нервозность штурмана наведения можно понять. Старшим на тяжёлом авианесущем крейсере «Адмирал Флота Советского Союза Кузнецов» вышел сам Командующий Северным флотом. И это давление ощущалось на всех – от командира крейсера до группы руководства полётами. Все старались делать свою работу чётко, строго следуя букве руководящих документов, и без свободной самодеятельности. Хотя, с другой стороны, и осторожность Командующего тоже понятна. Уж слишком накалилась в последнее время международная обстановка. По всему миру один за другим, то тут, то там, как грибы после дождя, вспыхивали многочисленные локальные конфликты. Они разгорались по планете как рассыпавшиеся угли из печи на пересохшем поле. Но при этом никто не признавал открытых войн, предпочитая не доводить до ядерного коллапса по-соседски вспыхнувшую ссору. Сакраментальное «Иду на Вы!» давно ушло в прошлое. Ныне ненавидящие друг друга главы государств продолжали встречаться на форумах и дипломатических раутах, расточали друг другу фальшивые улыбки, при этом хладнокровно просчитывая – какой бы ещё удар вогнать оппоненту под дых. Мир словно сошёл с ума. Так пришедшаяся по душе державам, возомнившим себя хозяевами мира, теория управляемого хаоса частенько давала сбой, и выпущенный из бутылки джин становился неуправляемым. Дымил Ближний Восток. Китай откровенно провоцировал Филиппины, Северная Корея – Японию. Южная Америка сплошь покрылась язвами кокаиновых войн. Европа сотрясалась в терактах, которые устраивали объявившие ей джихад «Братья мусульмане». Неспокойно было и в Арктике. Пока ещё не переступая красную черту, пыталась потеснить Россию Норвегия. Делала она это довольно грубо, каждый раз демонстрируя свою решимость – ну уж на этот раз точно довести дело до ещё одного горячего конфликта. Но каждый раз обе стороны успевали остановиться, пройдясь по опасному краю, заканчивая на грани фола и не дальше. Пока…

Конечно, Норвегия ещё не сошла с ума и не горела желанием опробовать на собственной шкуре российский военный каток, даже если наградой манят новые буровые скважины. Но плох тот енот, который не позволит себе тявкнуть на медведя, если чувствует за спиной волчью стаю. Тем более если эта стая настойчиво подталкивает его вперёд и требует показывать зубы.

F-16 заметил разворот российского истребителя и отвернул обратно на Шпицберген. Макс ехидно представил, как теперь нервничает норвежский пилот, подставив спину. Однако, наверное, и у него было указание – не входить в близкий контакт и не испытывать вероятному противнику нервы. Но одно дело указание тех, кто остался на земле, в небе же, где они одни, часто происходит другое. Дух здорового соперничества присущ лётчикам во всём мире. И если есть возможность, то редко кто её упустит.

«И куда ты собрался? – хмыкнул Макс, немного двинув РУД вперёд. – Ты мужик или баба? Так и не покажешь, на что способен?»

Су-33 быстро догонял F-16, и норвежец, не выдержав, нырнул вниз, к облакам. Макс не отставал. Позади норвежского истребителя вспыхнул форсажный факел, и норвежец попытался оторваться энергичным разворотом, с неожиданным набором высоты.

«Ну что ж, – подумал Макс. – Эта игра мне известна. Называется – удержись на хвосте. Сейчас я тебя погоняю, потом поменяемся!»

Снизившись, они неслись над облаками, и сейчас во всей красе ощущалась стремительная скорость проносившейся под крылом белой пушистой равнины. Теперь истребитель Макса держался за норвежцем как привязанный. F-16, с красными треугольниками в синих кругах, бросался из стороны в сторону, вверх-вниз, на его крыльях то и дело закручивался спиралью срывающийся поток. При этом на Су-33 угол атаки ни разу не превысил 18 градусов. Довольно быстро и легко Макс поймал норвежца в прицел. Конечно, положа руку на сердце, он понимал, что борьба была неравной. Не ровня F-16 для Су-33. И маневренность не та, и тяговооружённость далека от равенства. Такая борьба подобна гонкам болида формулы один с автомобилем, созданным для ралли. Но хороший лётчик сможет показать мастерство даже верхом на табуретке! Это всегда чувствуется, несмотря на то, чем он управляет. Пока что Максим никак не мог понять – кто перед ним, ас или новичок? Чтобы окончательно это осознать, нужно поменяться местами. Макс нырнул под F-16, и норвежский лётчик потерял его из виду. Затем, дав полный форсаж, Макс свечой взмыл у норвежца перед носом, тряхнув чужой истребитель возмущённой воздушной струёй. Манёвр опасный, дерзкий и вызывающий – я тебя взял, теперь ты меня попробуй!

Норвежец вызов не принял. Он неожиданно нырнул вниз и исчез в облаках.

– Эй! Да ты просто трус! – возмутившись, выкрикнул ему вслед Макс. – А я ещё хотел с тобой потягаться на малых скоростях?!

Не любят л ...

Быстрая навигация назад: Ctrl+←, вперед Ctrl+→