Наши дни.

Дамиан летел в самолете, на острова, которые они выбрали с Генри совершенно случайным образом. Да и какая к черту разница? Это все не играло абсолютно никакой роли, и возможно, уже больше ничего не сыграет ему на руку.

Через пару часов, он должен был начать свое развлечение.

В который раз.

Но это было единственное развлечение, которое могло привнести в жизнь Рэйма хоть какой -то вкус. Лакмусовая бумажка, которая с каждым опытом, все более блекло меняла оттенок.

Генри как никогда серьезно подошел к делу, отбирая из сотен достойных, всего лишь десятку. Это не веселая лотерея, не счастливый случай.

Нет.

Гейл руководствовался четкими указаниями , как всегда.

Голос главного пилота, оповестил о том, что самолет идет на посадку, и попросил снова пристегнуть ремни безопасности.

Дамиан пристегнулся и закрыл глаза. Его уже порядком тошнило от постоянных перелетов, от этого гула, от вида в иллюминаторе. Но мысль о том, что у него наступил небольшой отпуск, приятно грела. Он не взял с собой ни костюмов, никаких рубашек и галстуков. Хотелось просто почувствовать себя свободным.

Иллюзия того, что в далеке от всех проблем, можно сделать вид, что их не существует, была единственной мотивацией.

Он даже подумывал кардинально изменить свою жизнь, и никогда не возвращаться в проклятый город, но пока, это было только в планах. Попытки вылечить свою "особенность", как это называли доктора, нервируя Рэйма, он бросил.

Очередной мудрый старик в очках, уверял его, что он никак не может отпустить ситуацию, и все изменится, стоит ему только встретить девушку, которая превзойдет Кейт, и сможет помочь заглушить внутри него обиду, ломая выстроенный барьер.

Тогда, Дамиан едва не послал его прямым текстом, находясь в ярости. Он был уверен в своих чувствах к Вайлет, но заверения, подтвержденные медицинскими терминами, все равно не имели силы. Теперь же, он просто смирился.

Игры в любовь, ожидание того, что однажды утром ты проснешься новым человеком, были абсурдом. Дамиан принял себя, и теперь искал ту, которую устроит все, что он сможет предложить. Ни капли больше. Он не намеревался отходить от четко намеченного плана.

Он чувствовал себя паршиво, его все время преследовало гребанное чувство вины.

То, как он обошелся с Еленой, и то, как от этого пострадала Вайлет, разрушало его, медленно поедая внутренности. Но он больше не желал быть прощенным, и сам не желал кого-то прощать. Великодушие утратило всякий смысл, когда исчезла та самая последняя часть, отличающая человека от робота. Точнее, когда из него вырвали тот самый элемент, кровоточащий и инородный.

Рэйм смотрел на голубой океан, который неспокойно омывал песок и тоже ощущал себя таким же одиноким.

- Девушки прибудут завтра, - Генри положил на его плечо руку, всматриваясь в голубую воду. - Надеюсь, наш выбор не падет на одну и ту же претендентку.

- Я дам тебе право выбирать первому, ты заслужил.

Дамиан похлопал его по руке, разворачиваясь в сторону роскошной виллы.

Достойная клетка, для новых, ещё не сломанных душ. Пока ещё пустая, не изнывающая разбитыми планами и распятыми надеждами.

Скоро её наполнят тени тех, кто никогда не проникнет в ту черноту, из которой, отныне, целиком и полностью состоял Дамиан Рэйм. Тени тех, кто ещё не разучился мечтать.

Глупые мотыльки, летящие на свет его изумрудных глаз, чей отблеск смертельная приманка для любых чувств.

Дамиан перевернул огромные песочные часы, в длинной тонкой оправе, наблюдая как песчинки медленно создают холм, тем самым погребая любую надежду на то, что все изменится.

Завтра прибудет новая десятка, и теперь он был действительно готов.

ГЛАВА 1

Пол года назад.

Нежно-голубая комната, которая служила спальней, была для Рэйма скорее склепом, чем местом, где он должен чувствовать себя в безопасности, где должен отдыхать и видеть сны. Он лежал на огромной кровати, которую выбирал для это комнаты лично сам. Главное условие - чтобы она была как можно больше.

Дизайнеры неоднозначно переглядывались и каждый думал, что у богатых свои причуды.

- Мистер Рэйм, на какое количество человек вы желаете приобрести спальное место?

- Для двоих,- сухо отвечал он, сцепив зубы.

- Тогда у нас есть прекрасная двуспальная...

- Ты не понял меня?- Взревел Рэйм и своим пронзительным кошачьим взглядом, заставил мужчину закрыть рот.

Немного успокоившись и восстановив дыхание, он снова заговорил:

- Она должна быть огромной. Трехспальной, четырех-, главное, чтобы в ней было дохрена чертового свободного места.

Когда кровать все- таки привезли в его новую спальню, Дамиан, остался более менее довольным.

- Милый, ну зачем нам столько места?- После, недовольно щебетала Елена, с неодобрением поглядывая на внушительных размеров, ложе. Рэйм предпочитал молчать, ведь он знал, что она умная девочка, и сама придумает себе ответ на этот вопрос. При чем, именно такой, который посчитает выгодным для себя. Так и случилось.

Рэйм лежал на самом краю своей законной половины и читал книгу. Время двигалось к полуночи, глаза давила неприятная тяжесть, а холодный шелк, скорее раздражал, чем приносил приятную прохладу.

- Милый, ты еще не спишь?- В комнату тихо вошла Элен, и застав Рэйма за чтением, приятно улыбнулась.

Беременность совсем ее не портила, и находясь на третьем месяце, девушка выглядела сногсшибательно. Рэйм перевел на нее взгляд, отмечая про себя, что она идеальна, и тоже улыбнулся в ответ.

Больше никто и никогда не узнает, что он чувствует на самом деле. Все оказалось именно так, как Дамиан и предполагал. Любовь- никому не нужное, никчемное чувство. Оно несет разрушение, боль, страдание, заставляя душу покрыться леденящим холодом.

- Как тебе Достоевский?- Спросила Елена, сбрасывая с себя легкий халатик.

- " Преуступлениэ и накасание"- заплетающимся языком, с диким акцентом, попытался выговорить название по- русски, Дамиан.

Элен захлопала в ладоши, радуясь первым успехам будущего мужа.

Он уже знал парочку матерных слов, научился здороваться, а теперь , пытался научиться большему.

Елена иногда, преподавала ему коротенькие уроки, смеясь над тем, как мило он кривляется, не в силах выговорить те, или иные слова. Девушка обязательно, хотела слетать с Дамианом в Россию, показать места, где она родилась и познакомить его с родителями.

- Мне нравится,- ответил на ее вопрос Дамиан.

Он себя сейчас чувствовал примерно так же, как и Раскольников, только тот, совершил преступление намеренно, тщательно обдумывая детали. Дамиан же, собственноручно зарубил себя, искромсал свою душу и сердце, и сделал это то же самое с Вайлет.

С его Вайлет.

Наказание последовало еще до того, как он совершил это странное преступление. Изначально, запрограмировав себя на самоуничтожение, Рэйм, не смог предотвратить этого.

Громко захлопнув книгу, он выключил небольшое бра, которое находилось над его головой.

- Тяжелый день?- Коротко кинула Елена, опасаясь нарваться на грубость.

Ей с самого первого дня, приходилось " фильтровать" темы для разговоров и выражения, сказанные в адрес своего жениха.

- Да,- ответил он так же коротко и попытался отвернуться от девушки, но она не дала ему этого сделать, резко положив свою голову ему на грудь.

- Может, нужно взять выходной? Забыть обо всем , и расслабиться вместе? Я с этой подготовкой вся вымоталась, да и ты...

- Конечно, милая.

Рэйм коснулся рукой ее мягких волос, и начал медленно погружать свои пальцы в её локоны.

- Может, слетаем в Чикаго? Я так хочу там побывать. И ты как то говорил, что жена Фэрвора тоже в положении. Думаю, нам будет о чем поговорить, пока вы обсуждаете свои дела.

- Это неплохая мысль,- кивнул Дамиан, вспоминая своего лучшего и наверное, единственного друга.

Рука Елены нежно гладила грудь мужчины, медленно опускаясь все ниже и ниже.

- Давай спать,- прервал ее действия он и одним движением, убрал руку девушки, со своего тела.

Отвернувшись наконец, на бок, Рэйм с облегчением закрыл глаза. Каждая ночь, была для него настоящей пыткой. Он словно находился в камере, в которую в любую минуту пустят газ. И хоть Элен, молча принимала все его отказы, он понимал, что долго так продолжаться не может.

Еще несколько минут и Рэйму уже снилось, что сейчас, он одинокий камень, лежащий где- нибудь на краю земли. Ветра обдувают его, солнце беспощадно жарит, а дождь наотмашь бьет по самому больному. Но все это никак не могло задушить в нем вселенское чувство одиночества и обреченности. Рэйму казалось, что в скором времени пойдет снег, и это вовсе накроет его и заморозит. Но разве бесчувственный камень ощущает холод? Разве способен он хоть на какие- то чувства?

Конечно же нет. И Дамиан это знал. Иногда, он думал, что все, что казалось ему счастьем, он просто искусственно создал в своем мозгу. Выстроил не существующие детали в мыслях и попробовал перенести в реальность. Но кто- то сверху, был совсем не согласен с его выдуманными воздушными замками. Поэтому произошло то, что и должно было произойти. Воздушные замки растворились в воздухе, словно их и не было никогда , а Рэйм был спущен с небес на землю. Вместе со своим заледенелым сердцем.

Дамиану вдруг стало холодно, снег падал огромными хлопьями и не таял, накрывая его.

Еще минуту или же вечность (Рэйм не мог понять, дезориентировавшись во времени), он совсем перестал ощущать себя. Он был потерян. Бесследно исчез, растворился, канул в бездну, под непробиваемой толщей льда.

Звонкий писк, выдернул парня из кошмара и он, открыл глаза.

- Милый, выключи будильник,- сонно протянула Элен, и Рэйм, схватил с прикроватной тумбочки телефон. Часы показывали время собират ...

Быстрая навигация назад: Ctrl+←, вперед Ctrl+→