Оскал дракона

Реквизиты переводчика

Переведено группой «Исторический роман» в 2017 году.

Книги, фильмы и сериалы.

Домашняя страница группы В Контакте: http://vk.com/translators_historicalnovel

Над переводом работали: gojungle, vasso79, Oigene, nvs1408 и olesya_fedechkin.

Поддержите нас: подписывайтесь на нашу группу В Контакте!

Яндекс Деньги

410011291967296

WebMoney

рубли – R142755149665

доллары – Z309821822002

евро – E103339877377

PayPal

istoricheskij.roman@gmail.com

VISA, MASTERCARD и др.:

https://vk.com/translators_historicalnovel?w=app5727453_-76316199

Восточный Гёталанд, 975 год

Солнце скрывалось за свинцовыми тучами с серебристыми просветами. Шелестел дождь, и черные волны лениво вздымались, подобно моржу на камне, ветер бросал легкую морось брызг мне в глаза.

— Сейчас бы шторм, — заявил Хаук-Торопыга, и конечно же, был прав. Шторм мог бы остановить наших врагов, входящих во фьорд с попутным ветром, под большим парусом в зеленую полосу. На носу корабля ощерился змей, и парус выглядел, будто крылья дракона. Именно так корабль и назывался.

Весла «Сохатого» погружались в воду, но двигались, только чтобы держать носовую фигуру по ветру, который нес наших врагов прямо на нас; не было смысла утомлять себя греблей — наша команда была неполной, а с их стороны нам противостоял полный хирд, облаченный в броню. Когда мы увидели, что они спускают парус, то поняли — они готовы к бою.

Тем временем воины занимались обыденными вещами — затягивали ремни, проверяли клинки, заплетали волосы в косы, так что они хлопали на ветру. С нами были все воины ярла Бранда с «Черного орла», за исключением шестерых, а также кузнеца Рефа и лекаря Бьяльфи, которые сопровождали женщин, детей и трэллей [1]; все они вышли из усадьбы Гестеринга и поднимались в горные долины с достаточным запасом пищи и старым парусом вместо палатки, захватив с собой все, что смогли унести. Прочь от гнева Рандра Стерки, спасаясь от жестоких воинов, находящихся на борту «Крыльев дракона».

Я надеялся, что Рандр Стерки удовлетворится обычным грабежом, сожжет Гестеринг и не продвинется далеко от берега. Я оставил ему добычу — кур, овец и свиней в загонах, но если он хотел напасть на Обетное Братство — то вот, мы здесь, ждем его на море.

Однако я знал, что подтолкнуло Рандра к этой атаке, и не мог винить его за это. Я чувствовал себя так, будто проглотил копье, а мои кишки расплавились, так всегда бывало перед битвой, когда предстояло сойтись лицом к лицу с воинами, которые хотят проткнуть тебя острым железом, но в этот раз я бы не хотел оказаться в другом месте. Я находился там, где должен быть, защищая себя и всех остальных, в том числе неоперившихся птенцов, еще не научившихся летать, от мести морских налетчиков.

Жестоких воинов, таких же, как и мы.

Гизур раскачивался от нетерпения, он напомнил мне маленькую бешеную обезьянку, однажды я видел такую в Серкланде, его обветренное лицо чем-то походило на ее мордашку, что заставило меня улыбнуться. Его озадачила моя улыбка, учитывая то, с чем нам скоро предстоит столкнуться, и он ухмыльнулся в ответ.

— Нужно убрать весла, ярл Орм, пока они не сломались при ударе.

Я кивнул. Когда корабли сталкиваются бортами, весла с этой стороны нужно втянуть, чтобы они не сломались. На борту началась суматоха, стоял грохот — весла втягивали и укладывали вдоль, воины громко ругались, когда рукояти весел били их по ногам, и только сейчас я отчетливо разглядел ощерившуюся носовую фигуру «Крыльев дракона», услышал пока еще нечеткие голоса и команды, увидел блеск их оружия.

Я наблюдал, как мои люди сворачивают и укладывают парус, а тем временем двое из команды ярла Бранда протиснулись через сгрудившихся воинов почти к самой носовой фигуре «Сохатого», на ходу накладывая стрелы и натягивая тетивы луков, переступая через уложенные весла и расталкивая всех в стороны. Они выстрелили; услышав вопли, мы одобрительно закричали, затем последовали проклятия, когда ответные стрелы вонзились в деревянную обшивку. Один из наших лучников, Калф Сигни, крутанулся и схватился за предплечье, пробитое стрелой.

— Промазали, как я и думал, — проревел Финн, взял щит и пошел на нос, толкнув плечом облаченного в кольчугу Нес-Бьорна, который направлялся туда же, они впились друг в друга свирепыми взглядами.

— Я лучший воин ярла Бранда на «Черном орле», — прорычал Нес-Бьорн.

— Сейчас ты не на «Черном орле», — заметил Финн, и здоровяк неохотно дал ему дорогу, позволяя занять свое место. На «Крыльях дракона» шагал его противник, лучший воин вражеского корабля, облаченный в кольчугу, на голове — шлем, в руке — щит, но в другой руке лишь обычный топор.

Они свернули парус, втянули весла, оставив «Крыльям дракона» достаточно скорости, чтобы столкнуться с нами, круша борт «Сохатого» и сбивая с ног не готовых к столкновению людей. Команда Рандра взревела, в наш борт вонзились топоры, их владельцев прикрывали щитами, потом враги потянули за веревки на рукоятях топоров, железными зубами впившихся в «Сохатого», и начали притягивать корабли, словно любовники в объятьях.

Один воин завопил, когда топор притянул его за ногу к борту, загнав в капкан, как лису. Он дергался, пытаясь освободиться. Пока он вопил во все горло, я вспомнил его имя — Хольгейр. Его зовут Хольгейр.

По мачте позади моей головы чиркнула стрела. Я не надел кольчугу — потому что не был уверен, смогу ли сбросить ее, если окажусь за бортом. Ботольв, стоящий справа от меня, услышал мои проклятия и усмехнулся.

— Теперь ты знаешь, каково приходится мне, — прокричал он, а я улыбнулся его безумному восторгу. То была старая шутка — что великан Ботольв никогда не найдет кольчугу, которая пришлась бы ему впору. Затем он запрокинул голову и громко проревел свое имя. Люди Рандра Стерки кричали и завывали; корабли ударились бортами, и воины бросились вперед, оба корабля заскрипели и покачнулись.

Самое страшное в бою — первые мгновения, первое кровопролитие, потом страх уходит и начинается тяжелая работа. Смрад, ужас, скручивающий кишки в узел, и дикая ненависть были привычными для меня ощущениями, но этот грязный и непосильный труд всегда заставлял меня попотеть. Будто ты вспахиваешь каменистую землю, плуг выворачивает все новые камни, ты спотыкаешься о них, мышцы дрожат от усталости и все тело ноет от натуги Хотя ярл не обязан находиться в самой гуще схватки, по крайней мере не всегда, но всегда должен твердо стоять на своем месте, как дерево посреди бушующего водного потока, и быть спокойным и невозмутимым.

Я стоял как скала, за щитом Ботольва, наблюдая за командой «Крыльев дракона». Всей толпой в яростном порыве они бросились вперед, так что под их весом оба корабля накренились и почти коснулись кромками бортов воды. Они сражались, рубились, умирали, а я отправил нескольких воинов резать веревки, которыми были стянуты корабли, наши лучники стреляли в людей на «Крыльях дракона», крепко держащих веревки.

С раззявленными в крике ртами воины Рандра кололи копьями и размахивали топорами, кто-то из них облачен в кожаные доспехи, а некоторые и вовсе в самодельные нагрудники, просто обмотавшись веревкой с узлами. Среди многообразия их шлемов я не заметил ни одного искусной работы, их мечи в зазубринах походили на собачьи челюсти; даже лучший боец Рандра Стерки, стоящий на носу и облаченный в кольчугу, орудовал обычным топором. Тем не менее, они были полны ярости в стремлении отомстить, и это придавало их рукам силу, а клинкам — остроту.

Сам Рандр стоял в центре корабля и сыпал невнятными проклятиями, он находился в окружении воинов, которые выделялись на фоне остальных, как овечий помет на снегу. Мои колени подогнулись при взгляде на этих людей в грубо выделанных звериных шкурах — их вытаращенные глаза ничего не видят, по бородам течет пена, на руках кровью намалеваны защитные руны, они мастерски владеют оружием. Некоторые вооружены мечами, и я заметил, что клинки сильно изношены и применяются часто.

— Медвежьи шкуры! — проорал мне в ухо Ботольв. — У него есть берсерки, Орм…

Я и так смотрел на них, их было двенадцать, они выглядели как волчья стая в предвкушении резни. Берсеркеров раньше не было в команде Рандра Стерки. Где он их взял? У меня пересохло во рту; я видел как они рычат и завывают, расталкивают своих же, кто не убирался с их пути.

Первый из них — белобрысый, со спутанной бородой, добрался до борта и завыл, задрав голову к небу, затем в прыжке бросился на моих воинов еще до того, как ослабли жилы на его шее; они рубились с ним с отчаянной яростью людей, которым некуда бежать. Остальная стая последовала за белобрысым, их подбадривал своим ревом Рандр Стерки, стоя возле мачты, в пылу боя его лицо побагровело и исказилось от ярости.

— Мы должны убить свинорылого, — прорычал внезапно оказавшийся с другой стороны от меня Нес-Бьорн, указывая на Рандра. Если он и проклинал ярла Бранда за то, что оставил их служить мне в этот роковой день и час, то его каменное лицо ничего не выражало.

— Сначала остановим берсеркеров, — сказал я как можно спокойнее, наблюдая за белобрысым. Он продвигался вперед, оставляя за собой кровавый след и вопли раненых. Ботольв приподнял щит, перехватил копье с тяжелым наконечником и бросился вперед, ковыляя на единственной ноге. Я приподнял меч, нацелив его врагу в горло, мое сердце упало в пятки и беше ...

Быстрая навигация назад: Ctrl+←, вперед Ctrl+→