Время перемен

Константин Владимирович Ежов

Время перемен

Роман

* * *

Выпуск произведения без разрешения издательства считается противоправным и преследуется по закону.

© Константин Ежов, 2019

© ООО «Издательство АСТ», 2019

* * *

Был солнечный тёплый день пятого сентября. Вчера был мой день рождения. Вот мне уже и тридцать. Только грустно в моей жизни. Хочется чего-то такого немыслимого. А есть обычные тягучие и заполненные всякой мелочью дни. Даже вот не женат. Да и где найти хорошую и красивую жену? Вокруг только красивые стервы или хорошие и добрые, но страшные.

Вот, я решил, пару дней, после дня рождения, не выходить на работу и взял отгулы. С утра показалось хорошей идеей взять палатку и всяких продуктов, да выехать с ночёвкой на реку. Сижу теперь, как дурак. И смакогон греется и шашлыки стынут, а не тянет пить. Думал так, нажрусь как свинья и отступит эта серая и унылая реальность. Нет, не подумайте, я не пьяница. Просто муторно на душе. Вот и сижу на раскладном стуле перед таким же столом.

На столе стоит запотевший стопарик чистейшей, как слеза, пока ещё холодной, самогоночки, шашлычок на шампуре и огурчик свежий порезан, и помидорчик. Рядом речка и тишина. Картина должна бы радовать, ан нет.

Душа бунтует и противится. Як тако возможно. Пить одному, как последнему забулдыжнику. Душа требовала общения. Ну, где ей найти напарника.

Но зря я так думал. Буквально тут же, на берегу нарисовался, такой колоритный дедок, с удочкой. Огромная, но аккуратно ухоженная, борода серебристого цвета, от седины. Идёт себе не спеша по берегу. Я тут понимаешь, погибаю уже.

– Извините, что спрашиваю, – только и успел сказать.

– Да ты не извиняйся милок, лучше говори.

– Э… Уважаемый.

– Ежели ты ко мне с уважением, так я завсегда рад помочь. Меня, кстати, Петром кличут.

– Э… Петр, вы о чём?

– Я про то, что пора уже наливать, а не лясы точить.

– А почему вы решили, что я вас приглашу?

– Я же вижу, ты человек с понятием. Вона как поляну накрыл, а сидишь один. По всему видно не алкаш какой-то, да и на бомжа не похошь. Значит, что?

– Что?

– Напарник тебе нужен, для беседы задушевной.

– Ну, Пётр, не знаю как по батюшке вас, ну, удивили. Присаживайтесь. С таким мудрым собеседником и поговорить не грех, ну, и выпить заодно. Меня Кириллом зовут.

– Назарович, я по батюшке. Наливай и мне. Хлопнем по рюмашечке.

Я не заставил себя ждать. Достал второй стопарик, да и налил по рубчик. В компании масть пошла и хорошо пошла.

Помолчали мы маленько, да и повторили, а затем уж и разговор пошёл.

– Вот смотрю я на тебя Кирилл и удивляюсь. Почто такой молодой здоровый и здесь один и оказался?

– Да, понимаете, Пётр Назарович. Устал от будничной серости. А хочется сделать великое.

– Да надо ли тебе это великое? Вон, смотрю, кольца на руке нет. Лучше бы женился, детишек завёл.

– Не встретил пока своей половинки. Хочется вот влюбиться, чтоб раз и навсегда. Да, вот не сподобился.

– Ну, а друзья как же?

– А что друзья. Друзья, как известно, познаются в беде. Вот и случилась однажды в моей жизни беда… Одним словом нет у меня человека, которого, я с чистой совестью, назвал бы другом.

– Да… Эк тебя жизнь то потрепала. А вот придут к тебе приключение и великое, не спужашся?

– Да, я бать, не из робкого десятка, только где оно немыслимое.

– Все-то вам молодым весь мир перевернуть. Нет, чтобы подумать. Если очень хочешь, может что и исполнится. Ладно, бывай.

Я и не заметил, как за степенным разговором завечерело. Хоть и выпили мы на двоих немного, но меня на солнце совсем развезло. Чтобы хоть как-то освежиться и развеять хмель, решил искупнуться.

Прямо с берега, и нырнул в реку, щучкой. Вода, неожиданно, оказалась обжигающе ледяной. Всё тело охватила судорога, и я бессильно стал тонуть. Хуже всего было то, что был на берегу-то один, и спасти меня просто было некому. Если и хватятся меня, то только завтра.

На какое-то мгновение я потерял сознание. Оно вернулось ко мне, когда в легкие попала вода, и мою грудь от этого стало буквально разрывать. Вдруг чьи-то сильные руки схватили меня и потащили наверх.

«Это, наверное, Пётр Назарович вернулся».

Сколько же радости было от этой мысли. От мысли, что хоть кому-то на этом свете, хоть чуть-чуть ещё нужен. Как же блаженен был вздох, который я втянул, когда меня вытащили на поверхность.

Глава 1

Тащил меня какой-то бородатый мужик огромного роста. Что за путешествие Гулливера в России? Почему он такой гигантский? Таких же не бывает. Я где вообще?

Ну и попытался извернуться и посмотреть на берег. Это удалось. От чего мне поплохело. Это был чужой берег. Где палатка? Кто сожрал шашлык!?

В этот момент я увидел берёзы. Самые обыкновенные берёзы. Вот тогда до меня дошло. Это не мужик был большой, а я маленький. Более того, я был трезв.

– Прочистил мозги, называется. – Пронеслась мысль.

По берегу бегала куча народу. Какой-то мужик причитал. Бабы, так вообще голосили. Вся эта толпа хаотично передвигалась из стороны в сторону. Видно, что мужику, вытаскивающему меня, дают какие-то советы. По-каковски говорят, было не понятно.

Чьи-то сильные руки подхватили и вытащили. Меня начало колотить. Тут же, кто-то стал укутывать, но всё равно зуб на зуб не попадал.

«Господи, да где же я? Куда меня занесло? Кто это вокруг? Почему я маленький!?»

Я попытался спросить, но из уст вырвался только вопль. Тут-то и упала адреналиновая волна. В глазах потемнело, и я провалился в краткое забвение.

Когда же очнулся, мы уже куда-то ехали. Я толком не мог даже пошевелиться. Все мои рефлексы, были рефлексами взрослого человека. Управлять же мне нужно было детским телом. По этой же причине не получалось толком говорить. От бессилия я разревелся, как сопливый мальчишка, кем собственно и был.

Плачь не плачь, а мысль о том, что надо всё-таки определиться, где нахожусь, помогла собраться. Да и собственно, кем я стал? Сколько же мне лет!?

Стал прислушиваться к разговору. Редкие фразы были отдаленно похожи на русский.

– Точно, это же русский. Только старый. – Понял я.

Это, в какие же времена так говорили. Лингвистом я не был. По речи, в какое время меня занесло, догадаться не мог.

– Может это сектанты какие, а время наше. Тогда почему я маленький?

Мы въехали в какую-то деревушку. Окружающие назвали её почему-то Москва. Гонят наверно. Что я, в Москве не был.

– А может это и правда Москва. Только старая, ну до того… До чего, не мог придумать. – Одно слово, запутался в своих мыслях.

– Должно же быть хоть что-то узнаваемое – С тоской подумал я.

Сначала мы преодолели ров с водой и проехали земляной вал. Было видно, что на месте земляного вала уже начали возводить кирпичные стены. Частично они даже его заменили. Странное зрелище. Новые укрепления уже строятся, а старые ещё не снесены. Жизнь явно кипела в этом городе.

Что-то смутное забрезжило, когда я увидел крепость из красного кирпича. Чем-то она походила на Московский Кремль. Только вот башни были не остроконечные. Соответственно не то, что звёзд не было, даже перспектив орлов не наблюдалось. Башни были покрыты простым деревянным шатром.

– Может, в какую параллельную реальность попал. – Тут же подумал я.

В пользу этой версии говорило отсутствие Красной площади. Там, где она вроде должна была быть, был глубокий ров, заполненный водой. Попасть в эту крепость можно было только по подъемным мостам, проездных башен.

Весь вид у крепости скорее был суровым, а не открыточным, как у Московского Кремля. Однако она не имела угрюмого вида, как многие европейские замки, благодаря своим новым храмам с блестящими главами и нарядным дворцовым палатам с пестрыми кровлями, живописно поднимавшимися за укреплениями.

Весь наш не маленький караван проследовал к каменным палатам. Из них выбежали ещё люди, и поднялась безумная суета. Меня подхватили и куда-то потащили. Кто-то всё время причитал, и наконец, внесли в какие-то покои. Тут же, появился какой-то мужчина, по виду иностранец, который стал ощупывать тело.

– Что я ему, девка! Чего меня щупать! – Хотел возмутиться, но только опять промычал, что-то нечленораздельное.

– Может это доктор? Тогда ладно, пущай. – С грустью подумал я.

По словам доктора, Великий князь был здоров. Только слегка не в себе, но это пройдёт, и он снова заговорит. Эх, мне бы его уверенность.

В палату ворвалась какая-то красивая и стройная женщина. В миг все перед нею расступились. Быстрым шагом, приблизившись ко мне, она, порывистым движением опустилась на колени, и заглянула мне в глаза.

По-видимому, найдя в них то, что искала, крепко прижала меня к своей груди. Если вы помните ощущение от прикосновения своей матери, вы поймёте, что я испытал, в тот момент. Это была она, моя МАМА. Я расплакался, от охватившего меня счастья.

В последующие дни, наконец, узнал, кем оказался. Моей матерью была Елена Глинская, а я соответственно её сыном. Звали меня Иван. ИВАН IV, но ещё далеко не «Грозный», а совсем ещё ребёнок, пяти лет отроду.

Попал я в этот мир 26 августа 1535 года от Рождества Христова по Юлианскому календарю.

Мы с будущим царём родились в один день, подозреваю, что и в один час, только через столетия.

Ох Пётр…Ох Назаров сын… Чуяло моё сердце ещё тогда неладное. Не обошлось здесь без него. Только вот беда, что я мог т ...

Быстрая навигация назад: Ctrl+←, вперед Ctrl+→