Моя милая шпионка

Моя милая шпионка

Глава 1

Тимур

— Тимур, куда ты идёшь?! — отец подскакивает со своего кожаного стула и бьет кулаком по массивному столу, который достойно принимает удар.

— Домой. — мой голос спокоен. Его срывы давно уже не действую на меня так, как он хотел бы.

— Твой дом здесь! — голос явно рассержен. У-у-у-у, мне должно быть страшно.

— К себе домой.

Я уже год живу отдельно от отца. В жизни с ним нет ничего невыносимого. Вернее не было, пока он не решил привести мне новую "маму". Мама. Что плохого скажите вы? Начнём с того, что если вычесть мой возраст из возраста моей новоиспечённой мамочки, то получится -2. Но и это я мог стерпеть, если бы эта шлюшка не пыталась лечь ко мне в постель.

— Квартира, которую ты считаешь своей — куплена на мои деньги! — папочка встаёт и подходит ко мне. — Еда, машина, вещички твои модные — он хватает меня за ворот майки, но тут же отпускает. — даже туалетная бумага, которой ты подтираешь задницу, куплена на мои деньги!

— А вот без бумаги, мне реально было бы сложно жить. Спасибо, пап. — я кидаюсь его обнимать, но он отпихивает меня.

— Хватит строить из себя дебила, Тимур! — он делает глубокий вдох. Успокаивается. — я разве тебе в чем-нибудь отказывал? Сын хочет машину? Держи Тимур, — он тычет пальцем мне в грудь. — Хочет отдых за границей? Езжай! Квартиру? Получай! Самый престижный вуз? Зачислен!

— Что?! Да ты же засунул меня в эту задницу, чтоб собственный статус подтянуть! Че ты мне заливаешь сейчас?

— Я два года жертвую этому вузу на ручки, столы, шкафы, только чтоб тебя не выгнали! А что делаешь ты? — он замолкает. Да и мне нечего сказать ему. Весь этот диалог повторяется с периодичностью в месяц. Мы прекрасно знаем оба, что он поорет, я промолчу, и мы разойдёмся снова. Он в объятия к своей шлюхе, а я в объятия к папиной кредитке. Если любви отца не хватает- восполните ее деньгами. Способ, я вам скажу, просто ахеренный.

— Батюшка, вы сильно разгневаны. Ваш отпрыск откланяется, чтоб вы не отхлыстали его розгами. — я разворачиваюсь и иду к выходу.

— Значит так, завтра первое сентября. Начинается новый учебный год. И твоя новая жизнь. — эти слова заставляют остановиться и развернуться меня.

— Да меня и старая устраивала. — черт, отец настроен решительно. И что он подразумевает под " новой жизнью"? Он заставит ходить меня в воскресную школу? Женит на жирной дочке своего друга? Даже интересно, блять!

— Мне надоело. Во-первых, ты с завтрашнего дня начинаешь учиться САМ. Ходить на пары, сдавать экзамены. И даже не пытайся козырять моим именем!

— Но, пап… — я пытаюсь перебить его.

— Молчать! — он вскрикивает так, что у меня звенит в ушах. — Во-вторых, ты прекращаешь появляться в СМИ в колонках которые начинаются " Пьяный сын крупного банкира Дэнкеля.." — отец замолкает. Что же будет третьим? — В третьих, ты ведь не думаешь, что я не знаю, чем ты занимаешься?

— А ты знаешь? — спрашиваю у него с издёвкой.

— Тимур, я знаю, что то, чем ты занимаешься принесёт тебе больше проблем, чем пользы! — конечно, он ничего не знает. Иначе, его "во-первых", касалось бы далеко не учебы. — И ещё, если хоть с одним из пунктов будут проблемы — лишишься моего уважения. — я хмыкнул, — и кредитки. — а вот это уже реально страшно!

Я выхожу из дома отца и набираю Кирилла. Это мой друг, мой союзник по выбешиванию отца. Всю херню, которую я вытворяю, поддерживает он. Одному мне было бы слишком скучно.

— Алло, Тим, че тебе надо с утра в последний день каникул? — голос у Кирилла сонный. Видимо, высыпается перед первым днём учебы.

— Кир, ты спишь, что ли там? У нас остался последний день свободы, а ты дрыхнешь! Давай проводим лето достойно!

— Ладно, заезжай за мной через двадцать минут, — сдался он и отключил телефон.

Отлично! Компания найдена, осталось только продумать развлечения. Хотя, че тут думать? Клуб, девочки, алкоголь! Что ещё нужно для счастья? А-а. Ещё папины денежки.

Я подъезжаю к дому Кирилла, тот уже ждёт меня, прислонившись к своей калитке.

Вообще-то, отец Кирилла какой-то крутой военный, который тоже неплохо зарабатывает. У Кирилла есть машина, квартира, в общем, все, что есть у меня. Только за каждую провинность сына, строгий папаша отбирал «подарочки», чтоб нерадивый отпрыск " хлебнул жизни".

— Где тебя носило в такую рань? — спрашивает Кирилл, залезая на пассажирское сиденье.

— У меня сегодня с утра по плану была истерика отца.

— Сильно орал? — Кирилл почти улёгся на сиденье.

— Нет, он придумал что-то поинтереснее.

Кирилл встаёт и вопросительно смотрит на меня.

— Он сказала, что я должен учиться сам, не влипать в истории, и ещё не заниматься тем, чем он пока не знает. А иначе отберёт кредитку. — я сосредоточен на дороге, на даже боковым зрением вижу, как глаза Кирилла увеличились до размера груди моей мамочка. 4 по-моему.

— Добро пожаловать в клуб хлебнувших жизни. — он хлопает меня по плечу и злорадно смеётся.

— Ну ты и тварь, — кидаю я через плечо, хохочущему другу. — напомни на кого я учусь? — конечно, я знал, просто решил напомнить, что пока он каждый день просиживал свои штаны на парах, я гулял.

— Юрист, Тим. Ты, сука, чертов юрист.

— Не плохо. Напомни мне завтра, что я останусь без папиного уважения, если я захочу сбежать оттуда. А я, блять, захочу!

Я был в своём вузе раза три от силы. Первый раз, когда мой папочка притянул меня туда за руку и сообщил, что я тут буду учиться. Второй — когда папочка давал интервью журналистам, какой у него молодец сын, и как он гордится его самостоятельным выбором учебного заведения и бла бла бла. Клоун, сука! Третий раз зашёл чисто по-приколу, скучно было.

Я ещё удивлён, почему юрист, а не банковское дело? Мой папаша крупный банкир. Или он решил не доверять мне свой бизнес? В любом случае, что банкир, что юрист — не для меня.

Вообще-то, я с самого детства мечтал быть доктором. Спасать кошечек, собачек, зверюшек всяких. Шучу, каким, нахер, доктором? Хотя доля правды в этом есть. Отец никогда не поддерживал моих стремлений. И все мои желания решить самому кем мне стать в этой чертовой жизни, он рубил на корню.

Мария

Я еле волоку домой ноги. Сегодня пришлось отрабатывать две смены, чтоб заработать больше. Ведь с завтрашнего дня начинается учеба, а значит работать я смогу только по ночам, и иногда по вечерам.

Открываю дверь своей квартиры. Несёт привычным запахом алкоголя, табака и рвотных масс. Я закрываю нос рукой и прохожу на кухню. Мама уснула, прям на столе, в окружении стопок, бутылок водки и окурков. Мой отчим валяется на полу. Надеюсь, он сдох там.

Я выключаю им свет и иду в свою комнату. Закрываю дверь на два шпингалета. Просто привычка уже.

Сегодня, я могу сказать, у меня выдался приятный вечер. Ведь бывает, что с работы я прихожу в разгар пьянки. И тогда друзья моего отчима начинают ломиться ко мне в комнату, чтоб высказать мне какая я "зачётная телка".

Тело ноет от усталости. Сейчас бы принять тёплый душ. Только не хочу случайно их разбудить. Опять начнутся претензии, какая я херовая дочь, не люблю свою мать, не уважаю отчима, а он ведь любит меня, как родную… Ага, знаю я, как он меня любит! Пылкие речи заканчиваются лишь тогда, когда я даю им деньги. После они уходят в ближайший ларек, а потом к своим друзьям. Или с друзьями к нам.

Иногда они пропадают на неделю. Поначалу я дико переживала за маму. Но она всегда возвращалась, когда заканчивались деньги. Теперь, я ценю каждую минуту, когда их нет. Вылизываю квартиру так, что та даже становится похожей на обычный дом. Если не считать этого запаха, который уже впитался в каждый квадратный сантиметр стен и полов.

Моя жизнь не всегда была такой ужасной. Когда-то мы были счастливой семьёй. Когда ещё был жив мой отец. Но после того, как его не стало, моя мать связалась с этим Пётром. Он пил, как черт, бил ее. Мама пыталась его кадировать, пыталась заставить бросить пьянствовать, а в итоге спилась сама. Они бросили работу, в доме не было еды. Сначала меня подкармливали соседи, но им вскоре это надоело. Мне приходилось идти на улицу и воровать. Да, я воровка. Но чтоб завтра мне покушать, сегодня нужно украсть хоть сто рублей. Несколько раз меня ловили. Детская комната милиции была вторым родным домом.

Когда мне исполнилось 16, я смогла найти нормальную работу. Зарабатывала, конечно, не много. Главное, хватало на еду. Иногда деньги отбирал отчим, тогда приходилось и голодать.

Даже при такой жизни у меня никогда не было мысли, что в детдоме мне будет лучше. Не будет. Я любила свою маму, и знала, что она любит меня. Просто ей нужно помочь. Я вот соберу достаточное количество денег и она вылечится. И мы будем жить как раньше. Я уверена.

Так как из досуга у нас дома был лишь сломанный телевизор, то я развлекала себя чтением учебников, решением сложных задач. Даже выполнение домашней работы казалось мне невероятно увлекательным делом. В школе я была отличницей. Отличницей, которую все местные участковые знают лично. Экзамены сдала я все отлично, что позволило поступить мне в один из самых престижных вузов.

Я на ботан, вернее даже сказать антиботан. Просто мне нравится учеба. Хотя из-за того, что я ношу очки и учусь на отлично, все нарекли меня именно этим противным словом. И плевать, что я украла денег больше, чем они сказали «косинус». Я уже привыкла к тому, что люди судят по внешнему виду. Да и мне это было на руку. Пусть лучше я для всех буду занудой, чем преступницей.

Все лето я работала в кафе. Собралась уже приличная сумма. Ещё немного и я смогу отвести маму в больни ...

Быстрая навигация назад: Ctrl+←, вперед Ctrl+→