Звездная Академия. Алька Верник и наследие предков

Ольга Райская

Звездная Академия. Алька Верник и наследие предков

Пролог

год 2427

Большой актовый зал Высшей летной школы Земного Содружества – сколько же у всех нас с ним связано. Путь от новобранца до выпускника начинается именно отсюда и заканчивается именно здесь. Конечно, все мы, бывшие кадеты этого славного учебного заведения, уже давно прошли этой извилистой и тернистой дорогой. Прошло два месяца с тех пор, как на наших шевронах над эмблемой вооруженных сил планеты Земля засияли золотые офицерские крылышки.

Три года назад политическая ситуация изменилась, закончилось трехсотлетнее противостояние колониальной экспансии тентурийцев и Земля стала полноправным членом МКН (Межгалактической Коалиции Наций). В свете последних событий четырем молодым офицерам предстояло пройти трехлетнее обучение в ВЗА (Высшая Звездная Академия) и приступить к службе в Межгалактическом Корпусе Мира.

Представлять свою планету перед лицом МКН – это великая честь. Пять тысяч человек претендовали всего на четыре вакантных места. В конкурсе участвовали почти все высшие военные училища Земли, но так уж вышло, что после трех жестких отборочных кругов наших кадетов осталось больше. На последних тестовых испытаниях сорок восемь счастливчиков, дошедших до финала, разделили странным образом на двенадцать боевых четверок, которые состояли из трех пилотов летной школы и еще одного курсанта другого ВВУ.

Два месяца бесконечных нормативов, тестов, зачетов. Чем дальше проходил участник отбора, тем сложнее задания он получал. Наконец, вчера нам объявили, что на торжественном собрании комиссия ВЗА объявит результаты и назовет четырех счастливчиков. И вот стоим мы, построенные по четыре человека в ряд, одетые в новенькую с иголочки, сияющую знаками отличия парадную форму и глупо таращимся на голографическую трансляцию собрания, которое, к слову сказать, идет уже полтора часа, а о нас не было сказано ни слова.

Я вижу, как нервничают кадеты, как переминаются с ноги на ногу, как ловят каждое слово, произносимое с трибуны. В их глазах горят нетерпение и жажда приключений, каждый хочет оказаться в числе избранных. Каждый. Я не исключение, я тоже хочу в этот чертов список, но несколько по иной причине. Да, моя причина важнее, главнее, она такая всеобъемлющая и глобальная. У моей причины светлые волнистые волосы, лукавые зеленые глаза и улыбка, от которой становится теплее. Мою причину зовут Денис Истархов и он адъютант гвардии полковника Вихрова, который назначен куратором земной группы кадетов ВЗА. Денис, Деничка, Дэн – мой мужчина и моя великая любовь, а ради любви можно не только в космос, но и на край вселенной.

Огромный зал полон высших военных чинов, в президиуме члены правительства и даже сам вице-канцлер, но никаких мистических членов невидимой и невиданной нами комиссии там не было. Словно они забыли основную причину собрания, а люди, собравшиеся там, обсуждают свои, совсем не касающиеся нас дела. Но вот очередной оратор закончил свою пламенную речь и к сцене подлетела платформа с которой сошли четверо высоких мужчин. На Землю, кроме тентурийцев и влаппи, мало кто прилетал, а эти расы почти не отличались от коренного населения, хотя за сто лет колонизации и трехсот лет противостояния мало найдется земных семей, в геноме которых не присутствует инопланетное ДНК. Члены комиссии ВЗА, а это были именно они, также мало отличались от обычных людей. Только если тщательно вглядеться в пришельцев, можно заметить незначительные признаки, отличающие их от обычных людей. Тентурийца, варга и ксури я угадала сразу, представители этих рас давно и плодотворно вели дела с Землей и часто мелькали в новостях. А вот четвертый мужчина оставался для меня загадкой, такую расу я видела впервые. Хотя вру, безбожно вру! Четвертый был эльф. Да-да! Самый настоящий эльф – высокий, гибкий, окруженный аурой надменности и власти, с длинными светлыми волосами, перевитыми тонкой золотой спиралью, с остроконечными ушами и раскосыми глазами. Ну разве что в плечах пошире, а в остальном все сходится. Я так увлеклась рассматриванием экзотической четверки, что вздрогнула, когда огромные резные двери зала распахнулись перед нашей колонной и громкий голос председателя собрания объявил:

– Курсантам, прошедшим третий тур отбора в Высшую Звездную Академию, прибыть для оглашения итоговых результатов конкурса.

И мы, вытянувшись в струну, маршируя и чеканя шаг, как на параде, проследовали к платформе в центре зала, которая благополучно перенесла нас к президиуму. Еще какое-то время звучали приветственные речи, заверения в дружбе и готовности к взаимопомощи и сотрудничеству, пока эльф не поднял руку. Вдруг наступила тишина, которую нарушил голос… Нет это был даже не голос – это был глас. Бархатный, с хрипотцой, казалось, он проникал под кожу заставляя выступать мурашки, его хотелось слушать и слушать, внимать ему, идти за ним… Я стиснула зубы и чуть прикусила щеку, чтобы прийти в себя. Бррр… Придет же такой бред в голову! Скосила глаза и поняла – бред пришел в голову не только мне, эльфу внимали все находящиеся в зале. Ну и мне ничего не оставалось, как тоже прислушаться к его словам.

– Я, Белиготар Сорг, как легар Высшей Звездной Академии, хотя для вас, наверное, привычнее называть мою должность – ректор, рад приветствовать всех, собравшихся в этом зале от имени Межгалактической Коалиции Наций, – длинноволосый пережиток древних мифов и сказок Земли даже не потрудился встать со своего гравикресла, – в обязанности возглавляемой мною комиссии входило отобрать четырех самых достойных молодых офицеров Земли. С этого дня их служба будет проходить в ВЗА, а затем и в Корпусе Мира. Все вышедшие в финал кадеты были поделены на четверки с самым высоким коэффициентом взаимодействия. Это обычная практика. Таким составом они будут проходить учебу и в ВЗА, а затем службу в Корпусе. Четыре человека – это стандартный экипаж звездного эсминца класса Нова-5. Это новейшая и секретная разработка ученых МКН, не каждая раса способна взаимодействовать с данным классом кораблей и я безмерно рад, что на Земле есть такие кадры.

Зал взорвался аплодисментами, а я как-то напряглась от слов белобрысого. Да мне, собственно, и на родной планете раздолье. Эх… Если бы не Истархов… Эльф вновь поднял ладонь с длинными ухоженными пальцами, призывая к тишине.

– Итак, по результатам нашего конкурса, комиссия признала лучшими четверку номер семь, – у меня задрожали колени и похолодело все внутри. Это же наша четверка! Но как такое может быть, по количеству баллов мы были лишь третьи! Хотя… Даже если это и ошибка, то ошиблись явно в нашу пользу.

– Погодин Станислав, выйти из строя для получения нагрудного знака ВЗА! – звучит торжественный голос эльфа и собранный Стасян делает твердый шаг, лишь пунцовый румянец на его щеках выдает волнение. Стас – мой друг и соратник по всем проказам с первого курса, неистощимый генератор идей и просто хороший человек. Он подходит к эльфу, секунда и на его груди уже блестит девятиконечная звезда – символ ВЗА, а зал вновь взрывается бурей аплодисментов.

– Ткхшшшарсинсит Фархунда, выйти из строя для получения нагрудного знака ВЗА! – вновь оглашает остроухий пережиток, а я удивлена. Нет, правда! Я искренне удивлена, потому что новую фамилию моей лучшей подруги Хуньки вот так вот с первого раза без запинки и ругательств не произносил еще никто из преподавателей. На самом деле, фамилия у нее всегда была Кары-Ниязова, по матери. Воспитывала ее тетя Саида одна и об отце Хунька до определенного момента в жизни не слышала. История простая – тентуриец и землянка слегка полюбили друг друга, он – улетел, она – залетела, и в результате на свет появилась моя любимая подруженция, вполне себе человеческая девочка. Инопланетные гены в ней выдавали только слегка выступающие надбровные дуги и не по-человечески желтые, а в некоторые моменты ярко оранжевые глаза. И жила бы она – не тужила, но договорной брак ее залетного родителя на родной планете потерпел полный крах, полное фиаско в плане деторождения. И в один прекрасный, а может быть и не очень, день явился ее дед тентуриец, долго вещал о генах, крови и семейных связях, а после его отлета семья Хуньки получила почти неограниченный лимит галокредитов, а сама она получила совершенно непроизносимую с первого раза фамилию. Ну, я думала, что непроизносимую, пока ее вот так вот взяли и не произнесли, точнее произнесли с первого раза…

– Верник Алевтина, выйти из строя для получения нагрудного знака ВЗА! – голос эльфа звучит несколько отстраненно, словно издалека.

– Алька! Чего застыла? Чеши давай! – шипит на меня Хунька, вырывая из раздумий.

Я вздрагиваю и строевым шагом марширую к по-прежнему сидящему остроухому. Мужчина подносит к моей груди звезду и вдруг замирает, пристально и долго вглядываясь в мои глаза. А я что? Я смотрю в его – раскосые, зелененькие такие. У моего Дэна тоже зеленые, но не такие. У белобрысого ректора они, как молодая зелень – неестественно яркие, а у Дениски – больше болотные, земные, обычные. Но разве в этом дело? Дело не в цвете глаз, а в человеке и в твоем к нему отношении.

– Поздравляю Вас, кадет Верник! – произносит эльф бархатным голосом и смотрит на мою реакцию. А реакции-то нет, нету реакции! Кон-чи-лась! Поэтому улыбаюсь ему вежливо так, не отводя глаз, и улыбка становится все шире при виде опешившего эльфа, с которого от неожиданности слетела вся аура власти и высокомерия.

– Служу Отечеству! – рявкаю я и мужчина вздрагивает, приходя а себя.

– Вернитесь в строй, кадет, – уже спокойно произносит он, а я разворачиваюсь и марширую, но чувствую, как спину сверлит изучающий взгляд сказочного пережи ...

Быстрая навигация назад: Ctrl+←, вперед Ctrl+→