Оборотная сторона медали
1%

Читать онлайн "Оборотная сторона медали"

Автор Патрик О'Брайан

Патрик О'Брайан

Оборотная сторона медали

Хозяин морей - 11

Реквизиты переводчика

Переведено группой «Исторический роман» в 2017 году.

Книги, фильмы и сериалы.

Домашняя страница группы В Контакте: http://vk.com/translators_historicalnovel

Над переводом работали: acefalcon, nvs1408, Oigene, Elliadriar, mrs_owl, Sergeialyoshin, Photina, olesya_fedechkin, gojungle, Welington, Maere и Виктор Федин.

Редакция: gojungle, Oigene, acefalcon и Виктор Федин.

Иллюстрации: Анна Бужинская

Поддержите нас: подписывайтесь на нашу группу В Контакте!

Яндекс Деньги

410011291967296

WebMoney

рубли – R142755149665

доллары – Z309821822002

евро – E103339877377

Глава первая

У самых берегов Бриджтауна, укрытого от северных ветров и обогретого жарким солнцем, встала на якорь Вест-Индская эскадра. Вернее, её остатки, притом весьма скудные: допотопный «Неудержимый» под флагом сэра Уильяма Пеллью и с красным адмиральским полотнищем на фок-мачте, две-три видавших виды ветхих посудины, которым не хватало команды, да пара кораблей с грузом и продовольствием; все же прочие, мало-мальски пригодные к мореходству, бороздили просторы Атлантики или Карибского моря в поисках американских и французских военных кораблей, а также небезызвестных каперов — многочисленных, быстроходных, хорошо вооруженных и с умелыми командами, которые жадно рыскали по морям за добычей — торговыми судами Англии и её союзников.

Вопреки дряхлости, изношенности и всё чаще проявляющейся ржавчине, на фоне девственно-голубого моря эскадра представляла собой приятное зрелище (насколько позволяла вест-индская «полировка до блеска», скрывающая следы времени под слоем краски и воска, и надраенная медяшка). Хотя многие подхватили лихорадку на Ямайке и на испанском побережье Америки и едва хватало матросов, чтобы поднять якоря, на корабле, идущем галсами против свежего ветра, людей было предостаточно, и они явно хорошо знали свой корабль. Это был «Сюрприз» — двадцативосьмипушечный фрегат, отправленный в Южные моря для защиты британских китобоев от «Норфолка» — американского военного корабля, по мощи почти равного «Сюрпризу».

Сам же «Сюрприз» был еще древнее «Неудержимого» — его уже собирались отправить на слом в Англию, как вдруг дали задание, но в отличие от «Неудержимого», «Сюрприз» был отличным ходоком, особенно идя бейдевинд при заведенных булинях, и не буксируй он лишившийся мачт корабль, определенно присоединился бы к эскадре сразу после обеда. Однако при таком раскладе вряд ли кораблю суждено было добраться раньше сигнала вечерней пушки.

Адмирал склонялся к мысли, что это все же возможно, но он был несколько пристрастен из-за горячего желания узнать, преуспел ли «Сюрприз» в своей миссии и что за корабль у него на буксире: трофей, захваченный в подведомственных ему обширных водах, или просто потерпевший бедствие нейтрал, а то и британский китобой. В первом случае сэру Уильяму полагалась двенадцатая часть стоимости корабля, а во втором — совершенно ничего, даже парочку матросов не забрать, поскольку китобои Южных морей пользовались иммунитетом. Кроме того, ему не терпелось заняться вечерним музицированием.

Сэр Уильям, высокий костлявый старик с единственным устрашающего вида глазом и суровым решительным лицом, выглядел в точности как настоящий моряк, и на его мощной фигуре мундир сидел нескладно. Однако музыка очень много для него значила, и все на флоте знали, что он никогда не выходит в море, не захватив с собой хотя бы клавикорда, а также, что его стюарду пришлось обучаться настройке инструмента в Портсмуте, Валетте, Кейптауне и Мадрасе. Кроме того, известно было пристрастие адмирала к красивым молодым людям. Но поскольку оно проявлялось достаточно сдержанно и никогда не нарушало порядок и не вызывало скандалов, флотское руководство относилось к этому снисходительно, почти так же, как и к его более приемлемому, но столь же неуместному страстному увлечению Генделем.

Один из этих привлекательных молодых моряков, флаг-лейтенант, стоял сейчас около него на юте. Молодой человек начал свою жизнь — флотскую жизнь — гардемарином, столь прыщавым, что получил прозвище «Пятнистый Дик», но когда его кожа очистилась, внезапно расцвёл, превратившись в этакого морского Аполлона, абсолютно не подозревающего, однако, о своей красоте и приписывающего свое продвижение по службе исключительно служебному рвению и выдающимся профессиональным заслугам.

— Очень может быть, что это приз, — сказал адмирал. Он посмотрел в подзорную трубу, а потом добавил, уже о капитане «Сюрприза»: — В конце концов, его ведь называют Счастливчик Джек Обри. Помню, как он входил в ту чёртову узкую гавань Маона с целой вереницей захваченных торговых судов на хвосте, как комета Галлея. Средиземноморским флотом тогда командовал лорд Кейт, и Обри, должно быть, каждым плаванием приносил ему небольшое состояние — у Обри на добычу глаз наметанный, хотя... Но я забыл — вы же с ним плавали, да?

— Да, сэр, — воскликнул Аполлон. — Да, именно так. Это он научил меня всему, что я знаю из математики, и замечательно нас натаскал в мореходной практике. Другого такого моряка не найдешь, сэр, ну... то есть, среди пост-капитанов.

Адмирал снисходительно улыбнулся энтузиазму молодого человека и его искреннему восхищению. Снова посмотрев в подзорную трубу на «Сюрприз», Пеллью сказал:

— А ещё он вполне сносно играет на скрипке. Мы всё время играли вместе, когда надолго застряли в карантине.

Но не все разделяли восторг флаг-лейтенанта. В нескольких футах под ними, в просторной кормовой каюте, капитан «Неудержимого» объяснял жене, что Джек Обри совсем не так уж хорош, как, впрочем, и его корабль.

— Все эти старые двадцативосьмипушечные фрегаты давно пора отправить на слом, анахронизм прошлого века. Мы выглядим полными дураками, когда американский сорокачетырехпушечный фрегат захватывает такой вот «Сюрприз». Оба называются фрегатами, а разницы сухопутные крысы не видят. Вот они и кричат: «Подумать только, американский фрегат захватил наш — наш флот пошёл к чертям, наш флот больше никуда не годится».

— Наверное, это тяжкое испытание, дорогой, — сказала его жена.

— Двадцатичетырехфунтовые орудия и прочный корпус, как у линейного корабля, — продолжал капитан Гул, который терпеть не мог американских побед. — А что до Обри — ну да, его прозвали «Счастливчик Джек», он и впрямь захватил великое множество трофеев в Средиземном море, а Кейт ему возмутительно покровительствовал, раз за разом отправляя в крейсерство, многие возмущались. И опять же, в Индийском океане, когда взяли Маврикий, в девятом году. Или в десятом? Но с тех пор я ничего больше не слышал. Ничего. По-моему, он переусердствовал — загнал свою удачу до смерти. В делах людских тоже есть свои приливы... — он запнулся.

— Именно так, дорогой, — сказала его жена.

— Харриет, прошу, не прерывай меня всякий раз, как я открываю рот, — прикрикнул капитан Гул. — Ну вот, ты опять сбила меня с мысли.

— Мне так жаль, дорогой, — ответила миссис Гул, прикрывая глаза. Она прибыла с Ямайки чтобы поправить здоровье после перенесённой лихорадки и избежать участи быть похороненной там, где полно сухопутных крабов, но иногда она задавалась вопросом, разумно ли поступила.

— Однако, как гласит поговорка, куй железо, пока горячо, но не гони лошадей. Когда от тебя отворачивается удача, нужно немедленно спустить брам-стеньги на палубу, зарифить марсели, задраить люки и оставить только штормовые паруса на случай, если разыграется шторм. А что сделал Джек Обри? Он гнал вперед так, будто удача с ним навсегда. Он должен был получить кучу денег после той кампании на Маврикии, и это помимо Средиземноморья. И думаешь, он вложил их в надёжные облигации под два с половиной процента и спокойно стал жить на доходы? Ничего подобного. Он кутил, завёл скаковых лошадей, развлекался, как вице-король, засыпал жену бриллиантами и платьями из тафты...

— Платьями из тафты, капитан Гул? — воскликнула его жена.

— Из дорогих тканей. Из падесоя, это тонкий индийский шелк, и прочих в таком роде. И меховыми манто.

Я бы не отказалась от парочки бриллиантов и мехового манто, отметила про себя миссис Гул, составив весьма благоприятное мнение о капитане Обри.

— Он к тому же ещё и игрок, — продолжал её муж. — Я своими глазами видел, как он просадил тысячу гиней в заведении Уиллиса. А затем попытался поправить дела с помощью безумного плана — добычи серебра из отработанной породы в древнем свинцовом руднике — доверился какому-то сомнительному прожектёру, пока сам был в море. Я слышал, у него сейчас большие затруднения.

— Бедный капитан Обри, — пробормотала миссис Гул.

— Но настоящая проблема Обри, — продолжил капитан после длинной паузы, во время которой он наблюдал, как далекий фрегат ложится на левый галс, направляясь к мысу Нидхэм-Пойнт, — в том, что он не может удержать на месте штаны.

Похоже, на флоте это был всеобщий недостаток, поскольку подобную характеристику муж миссис Гул давал очень многим своим сослуживцам-офицерам, и в первые дни брака она решила, что флот в основном укомплектован похотливыми сатирами. Однако никто из них ни разу ее так и не побеспокоил, как будто штаны были к ним просто приклеены.

Гул понял, что еще не вполне у ...




Вернувшись в Англию, Джек Обри переживает худший период своей жизни. Ему предъявляют сфабрикованное
1%
Вернувшись в Англию, Джек Обри переживает худший период своей жизни. Ему предъявляют сфабрикованное
1%