Адмирал
1%

Читать онлайн "Адмирал"

Автор Поселягин Владимир Геннадьевич

Владимир Поселягин

Адмирал

Прошло восемь дней, чуть больше недели, но с того памятного вечера в Кремле, где произошло награждения фронтовиков и тружеников тыла, я себя больше причислял к последним, никаких подвижек не было. На студию радио меня так и не приглашали, поэтому я уже давно на них махнул рукой и с удовольствием занимался делами. Если на радио меня не приглашали, как обмолвился товарищ Сталин, то небольшое кустарное производство глушителей для оружия, его очень заинтересовало, так что на нас вышли уже на следующий день. Люди наркома Берии были. И вот я уже неделю как помогал деду налаживать производство под их патронажем. Был комсомольский набор, и у нас появилось шесть добровольцев от четырнадцати до шестнадцати лет, пять девушек и один крепкий паренёк. Он в основном грузчиком работал. Дед старшим мастерской, опыт у него был, так что наладил производство быстро и три дня назад первые глушители начали поступать на испытания. Сразу в войска их отправлять никто не собирался без госиспытаний.

Дед старший, дядя Стёпа, тот раненый танкист-фронтовик, стал старшим мастером, а он действительно был со станками на ты, шло обучение молодежи, трое из них были из местного ПТУ, но работами занимались пока старшие. Сейчас моя помощь уже не требовалась, я больше приглядывал и помогал с подготовкой материала. Естественно глушители мы делали не поточно, а под конкретное оружие. Нам доставили пять ящиков с «СВТ», поэтому мы на стволах накручивали резьбу и пробовали на милицейском стрельбище, проводили первичные испытания, так что в армейских я был уверен. Правда, из-за не очень хорошего качества резины, лучше просто не было, мембраны долго не продержатся, так что для винтовок было лимитирована количество выстрелов в тридцать единиц, для револьверов и пистолетов в пятьдесят, потом требовалось сменить мембраны. К каждому глушителю давался тройной запасной комплект. Две девочки, что занимались именно мембранами уже стали руки набивать в их изготовлении, косяча всё меньше и меньше. Вот их как раз я обучал, дед с дядей Стёпой занимались самими трубами глушителей и резьбой. Так что часть винтовок мы отправили на испытания, как и десять «Наганов». Ещё обещали прислать «ТТ» с удлинённым стволом, но дальше обещаний пока не зашло. А так нам именно «Наганы» выделили. Вполне неплохое оружие тихого боя, да её с накрученными глушителями. Качество выделки нас с дедом удовлетворило, поэтому и дали добро забрать на испытание. Дальше всё, контакты налажены, дед крепко на своём месте сидит, одна из сокурсниц Тани стала вести бухгалтерию на производстве, всё это не отрываясь от учёбы, так что пошло дело. Ждём крупного заказа после госиспытаний.

Возвращаясь с места производства я заглянул в музыкальную школу, мы там в течение полутора часов репетировали несколько песен с моим ансамблем, и двинул к тому дому где проживал. А так меня несколько не беспокоило, что производство было открыто на территории участка моей усадьбы больно уж удобно вести там работу. На месте, прихватив ведра, направился в соседнюю половину дома за водой. Нужно в свою натаскать, а потом исполнить просьбу Димки, обновить ледяную горку, что имела скат в огороде с выходом на речку. Все соседские детишки, что там скатывались на санках, набрав скорость, катались почти на триста метров, до противоположного берега. Так что горка у нас была одной из самых лучших на улице. Ну а я, натаскав воды в хату, где проживал с дедом и бабкой, подтопил печи, всё же зима на улице, минус двадцать два как показывает уличный термометр, сделал дела по хозяйству, и можно братишке с сестричками помочь. Маринка бегала по участку, животину кормила, бабушке помогала ужин готовить, а я шесть вёдер натаскал на горку. Мы там, в пробитых на горке ямах, снег набили и вот я из лейки всё это и проливал, чтобы за ночь замёрзло. Ха, у меня быстрее лейка замёрзла, горловина, чем горка схватилась. Дальше из вёдер отливал. Именно тут, у баркаса, возле левой подпорки меня и нашёл Лабутин.

– Доброго вечера, Константин Львович, меня ищите? – первым заметил я его, выходя из-за корпуса баркаса.

Темнело, четвёртый час только вступил в свои права, как я уже говорил, вечерело. Через час мы с моей музыкальной группой должны выступить в одном из госпиталей, главврач был в курсе и всё подготовит, поэтому время терять не хотелось, мне ещё собраться, приодеться было нужно. Интересно, что ему тут нужно?

Ветер бросил в лицо ключей вихрь снега, отчего я поморщился и поднял меховой ворот тёплого пальто. К зиме я успел подготовиться хорошо. У меня был ватник, вроде армейского, пальто для школы, тулуп для суровых морозов и потёртое старое пальто слегка не по размеру в котором я сейчас и находился. Оно у меня было вместо рабочей зимней куртки, тем более было слегка укорочено снизу для удобства. Немного повреждено, хоть и аккуратно заштопано, так что порвать его было не жаль. По двору и по хозяйству я работал именно в нём. А что удобно, и мне особенно нравился его высокий меховой воротник. Вот как сейчас надвинул пониже ушанку и поднял его, чтобы ветер не бросал в лицо жёсткий снег. Сам ветер недавно поднялся, с полчаса назад. Детишки что мне помогали, с его появлением моментально испарились, своих я сам прогнал, ещё не хватало застудиться, так что закончив, укрывшись от ветра за корпусом баркаса, смотрел на проделанную работу со стороны, придирчиво ища недоделки. Те места, где я проводил ремонт, были хорошо видны белыми пятнами набитого и намоченного снега который я сглаживал лопатой, чтобы при спуске у ребятишек не было проблем. Завтра можно будет уже кататься. Быстро схватится. Сегодня уже поздно, темнеет.

– Здравствуй, Александр, – поздоровался тот сверху спуска, ища взглядом возможность спустится.

Под снегом были деревянные ступени подъёма, но зимой они никому не нужны и их не чистили, а детишки и так в стороне прорубили лопатами в снегу ступени и им хватало. Спуститься можно по горке. Тот видимо сверху ступени в снегу у горки не заметил, поэтому предложил свой выход:

– Может, ты поднимешься? Неудобно говорить, крича друг другу.

Молча кивнув, я подхватил оба пустых ведра и лопату, лейку ранее на кухню унёс оттаивать, так что грузу не так и много. Поднявшись наверх по ступеням, я поручковался с помредактора, и мы направились к дому. Там я разложил вещи по местам в сенях, а мы прошли в половину дома мамы, именно здесь в основном и царила жизнь, во второй половине мы просто спали. Мамы ещё не было, училась, и Марина, бабушка кормила Киру кашей, накидала нам на стол. Лабухин схватил стакан с горячим чаем и начал греть руки. Ну да в его пальто особо не согреешься. Может оно и стильно выглядело, но скорее было для осени или весны, а уж никак не для такой зимы как у нас. Это ещё ничего, пару дней назад вообще морозы стояли, сегодня было полегче.

Я же сделав бутерброды из сала, копчёное, мы с дедом недавно коптили, и стал его есть, прихлёбывая чай. Наконец когда гость отогрелся, шумно отхлёбывая крутого кипятка под названием чай, что ему налила Марина, по его же просьбе, то заговорил:

– Ну что Александр, идём?

– Куда? – рассеянно спросил я у него, прожевав кусок бутерброда.

– На радио, конечно же.

– А что мне там делать? – так же спокойно и без особых эмоций поинтересовался я. Интереса в моём вопросе так же не прослеживалось.

– Как так что там делать?! Выступать.

– С какой это радости? – наконец показал я эмоции, с интересом посмотрев на гостя. – Сами отказались от меня. А я за это время заполнил свободное время, и у меня его нет. Через сорок минут у меня выступление в госпитале. Уже ждут.

– Подожди, Александр, ты серьёзно? – несколько растерянно поинтересовался тот, такого ответа он явно не ожидал.

Я же продолжал свою игру, нужно было поставить их на место. То, что меня уговорят вернуться, это понятно. Но вот так по-барски прийти, мол, возвращайся, мы тебя прощаем, это они зря. Сами и отказались, прямо мне сказали, что в моих услугах не нуждаются, от этого и будем отталкиваться, так что на этом лёгком противостоянии я надейся что-нибудь поиметь. Что, пока сам не знаю, но поставить их на место просто хотел. Считайте это капризом, но вот так бежать по первому же зову виляя хвостом, я не собирался. Пусть уговаривают. Да и реально у меня времени не было.

– Серьёзно, – так же спокойно ответил я. – Если раньше я был малоизвестен и такие выступления мне были нужны, чтобы продвинуть свои песни и остальное, то сейчас без надобности. Имя я себе сделал, меня все знают. Возможно, через пару лет и забудут, так я и не против. Стартовый толчок был, больше мне от вас ничего не нужно. Конечно, если бы вы сами не отказались от моих услуг, мы бы так и продолжили сотрудничество, а сейчас это вряд ли будет. У меня слишком плотный график. Втиснуть в него ещё вас, невозможно.

– А завтра?

– Занят, – коротко был мой ответ. – Всю ту и следующую неделю тоже занят. Я спать прихожу домой пол одиннадцатого. В школе приходиться задерживаться на час другой, потому что домашнее задание делать дома я просто не успеваю.

Марина что активно грела уши у разделочного стола, что-то там делая, только фыркнула. Ну да, тут я немного преувеличил, школьные задания мы выполняли дома с ней вместе вечерами. Она не знала, чего я добиваюсь, не просвещал в суть, поэтому понятно, что сейчас её с кухни и метлой не выгонишь, пока не узнает, к чему я вообще веду этот разговор. Правда к её большой досаде Марину окликнула бабушка из зала, где и шло кормление моего младшего братишки, и та убежала к большому своему горю.

– Александр, – мягко, как ребёнку сказал Лабухин. – Это ведь не наше пожелание, а решение сверху. Его нужно выполнить, причём в короткие сроки.

– Не мои проблемы. Это вы попросили меня больше у вас не появлят ...




Фронт в тылу напрягая все свои силы ведёт работу. Запускаются заводы, эвакуированные на Урал, по жел
1%
Фронт в тылу напрягая все свои силы ведёт работу. Запускаются заводы, эвакуированные на Урал, по жел
1%