Литературная Газета 6618

Память неутолимая

Память неутолимая30 октября вспомнят о миллионах жертв политических репрессий

Литература / Первая полоса / Тема номера

В понедельник в Москве будет открыта «Стена скорби» – мемориал, автором которого стал скульптор Георгий Франгулян.

Фото: Евгений Федоровский

Теги: 30 октября , политические репрессии , жертвы , память

30 октября вспомнят о миллионах жертв политических репрессий

Ольга Берггольц

(1910–1975)

И я не могу иначе… Лютер

Нет, не из книжек наших скудных,

Подобья нищенской сумы,

Узнаете о том, как трудно,

Как невозможно жили мы.

Как мы любили горько, грубо,

Как обманулись мы любя,

Как на допросах, стиснув зубы,

Мы отрекались от себя.

Как в духоте бессонных камер

И дни, и ночи напролёт

Без слёз, разбитыми губами

Твердили «Родина», «Народ».

И находили оправданья

Жестокой матери своей,

На бесполезное страданье

Пославшей лучших сыновей.

О, дни позора и печали!

О, неужели даже мы

Тоски людской не исчерпали

В открытых копях Колымы!

А те, что вырвались случайно,

Осуждены ещё страшней.

На малодушное молчанье,

На недоверие друзей.

И молча, только тайно плача,

Зачем-то жили мы опять,

Затем, что не могли иначе

Ни жить, ни плакать, ни дышать.

И ежедневно, ежечасно,

Трудясь, страшилися тюрьмы,

Но не было людей бесстрашней

И горделивее, чем мы!

По следам Дон Кихота

По следам Дон Кихота

Книжный ряд / Первая полоса / Книга недели

Теги: Владимир Андреев , ЧелоВЕК из города Козлова

Владимир Андреев. ЧелоВЕК из города Козлова. Великий артист Владимир Зельдин. Тамбов: ООО «ТПС», 2017. 140 с., 1000 экз.

Год назад ушёл из жизни народный артист СССР Владимир Михайлович Зельдин.

«ЧелоВЕК из города Козлова» – первое научно-популярное издание о жизни и творчестве этого выдающегося деятеля культуры, представляющее собой одновременно краткую энциклопедию, хронограф и альбом.

В первой части читатель найдёт список основных ролей Владимира Зельдина в театре, а также его полную фильмографию, включая участие в документальных фильмах и телепередачах. Отдельного внимания заслуживает подробная библиография, содержащая не только краткие сведения о книгах и статьях самого Владимира Михайловича, но и максимально полный список интервью актёра и статей о нём, опубликованных как в крупнейших российских СМИ, так и в региональной прессе.

Вторая часть книги – красочный фотоальбом, который составили живые и трогательные любительские снимки из личного архива автора – литературоведа, историка театра, члена Союза журналистов России и Союза театральных деятелей РФ Владимира Андреева.

В книгу также вошла интересная биографическо-краеведческая статья «Век Владимира Зельдина начинался в Козлове», рассказывающая о глубокой связи «несравненного Дон Кихота» с его малой родиной.

В лучших традициях русской политики

В лучших традициях русской политики

Политика / Первая полоса / Эхо события

Сухомлинов Владимир

Юрий Кублановский

Теги: Юрий Кублановский , интервью , мнение

Поэт Юрий Кублановский оценил речь президента

Большой резонанс получила на минувшей неделе встреча президента Владимира Путина с участниками итогового заседания международного дискуссионного клуба «Валдай» в Сочи. «ЛГ» обратилась с просьбой дать свою оценку событию к поэту, публицисту, критику, искусствоведу Юрию Кублановскому. Он известен и как вдумчивый, не шумливый участник политических дискуссий на ведущих телеканалах страны. В советское время Кублановский печатался в основном в самиздате, а также за рубежом. В 1982-м вынужденно эмигрировал из СССР, но в 1990 году вернулся домой.

Юрий Михайлович, наш президент часто выступает в различных аудиториях. Но речь на заседании клуба «Валдай» и ответы на вопросы его участников вызвали особый интерес. Что лично вам показалось примечательным в этом общении?

– Выступление Путина в Сочи напомнило мне его знаменитую мюнхенскую речь. Казалось, тогда им были расставлены все точки над «i» в вопросах международных отношений. Тогда им было ясно заявлено: у России есть свой внешнеполитический курс, который отвечает её национальным интересам. Ведь прежде этого не наблюдалось. Мы прожили более пятнадцати лет после 1991 года практически в политической зависимости от Запада, почти полностью потеряли самостоятельность. Мы были бессильны, например, помочь Югославии, когда дошло до того, что натовская коалиция стала бомбить столицу суверенного государства. Казалось, ниже падать некуда и уже не подняться. И вдруг речь Путина в Мюнхене, когда он сформулировал самостоятельный внешнеполитический российский курс.

И в Сочи он ещё раз его подтвердил – очень чётко, уверенно, с достоинством. Это многополярный мир, это призыв отказаться от технологий цветных революций, которые не сеют ничего, кроме хаоса. Это вообще трезвый взгляд на вещи.

Если сравнить то, что говорит Путин, с тем, что говорят лидеры Запада (и Европы, и Штатов), то это… даже не скажу сразу, с чем можно сравнить. Но между ними такой же контраст, как между тем, что говорил в своё время Александр Исаевич Солженицын и что говорили тогда наши кремлёвские старцы. Абсолютно полярные вещи. И если на Западе сейчас все отношения и высказывания ведущих политиков всё более выстраиваются на двойных стандартах, то Путин называет всё своими именами, и это звучит как оглушительная новость.

Видимо, отчасти новость и то, что Путин много говорил о будущем человечества, необходимости повышения ответственности ведущих мировых игроков за перспективы развития, поиск возможностей регулировать сложные процессы в мире. Вопрос к вам как к поэту и мыслителю: почему его это волнует?

– Это волнует его потому, что Путин – очень национальный, русский политик, а русские не могут не задумываться о будущем. Это черта и русской философской мысли, и русской литературной мысли, и, безусловно, политической. Русский политик, русский мыслитель, русский литератор чувствуют свою ответственность за происходящее в мире. И очень остро чувствуют апокалиптичность, я бы так сказал, на­двигающейся катастрофы, боль и тревогу за будущее. И поэтому ищут ответы на те действительно глобальные вызовы, которые стоят перед нашей цивилизацией в ХХI веке. Это вызовы и экологические, и политические, и духовно-нравственные. Наша цивилизация в целом – потребительская цивилизация, мне кажется, катится к своему финишу. Она нуждается в значительных подвижках и изменениях. И Путин старается нащупывать новые пути, которые помогли бы без большой крови перейти цивилизации от потребительской идеологии к новой идеологии – идеологии самоограничения.

Вы коснулись темы нарастающего, бесстыдного лицемерия Запада, его приверженности двойным стандартам. Есть ли шанс найти общий язык с такими «партнёрами» или противостояние будет ужесточаться?

– Двояко могу ответить. С одной стороны, я убеждён, что противостояние будет обостряться, что уже примерно в 30-е годы нашего века человечество ждёт большая, я бы так выразился, линька, то есть грядёт перекрой мира. С другой стороны, несмотря на то, что шансы на перестройку цивилизации невелики, «мужайся, сердце, до конца», как сказал поэт. И любой уважающий себя и человечество крупный политик обязан до конца проводить ту линию, которую он считает единственно целительной для происходящих процессов.

Война за прошлое

Война за прошлое

Колумнисты ЛГ / Очевидец

Неменский Олег

Теги: Россия , Польша , политика , конфликт , геноцид

В начале октября президент Польши А. Дуда заявил, что Россия должна признать факт геноцида поляков в 30-х годах, имея в виду массовые репрессии 1937–1938 годов, в том числе граждан польского происхождения. В стране началась очередная «общественно-образовательная кампания», и мы скоро увидим, как эта тема станет одной из самых горячих в польском обществе. Хотя всё это и называется «исторической политикой», но скорее уже напоминает «историческую войну».

11 октября из Польши выдворили российского историка, специалиста по польской историографии XVI века Д.В. Карнаухова. Он преподавал в польских университетах и высказывал своё мнение, в том числе по вопросам трактовки исторических событий. И вот оказался «опасен» для польской государственности. Его обвиняют в «проведении гибридной войны» против Польши и в деятельности на пользу «вражеского государства»! Так теперь там называют Россию. Страна, увлечённая «исторической политикой», главными врагами готова видеть именно историков, а в любом мнении о прошлом, отличном от официального, распознавать враждебный замысел.

Однако проблема шире. Увы, на Западе всё чаще из истории делают своего рода идеологию, по сути, навязывая однозначные оценки, к каким событиям и фигурам как относиться. Это и есть так называемые национальные идеологии. И, заметьте, от нас они постоянно требуют того же ...

Быстрая навигация назад: Ctrl+←, вперед Ctrl+→