Второе пришествие Афродиты
<p>Наталья Швец</p> <p>Второе пришествие Афродиты</p>
<p>Часть первая</p>

Горючие слезы несчастной смешивались с брызгами морской воды, которые без устали бросал в лицо злой Посейдон.

– Не иначе делает это по поручению Геры, – устало подумалось Афродите.

Богиня промокла насквозь, дрожала от холода, и никак не могла понять отчего так солоно на губах – от собственных слез или морской воды. Влажные волосы противно прилипли к телу, но все это меркло на фоне обрушившихся на нее неприятностей.

– Ну, почему я такая разнесчастная, – тихонько завывала несчастная странница, – почему все обижают и норовят сделать гадость? В чем я провинилась? Если только в том, что красивее всех на Олимпе…

Один из дельфинов, запряженных в огромную белоснежную раковину, в ответ на стенания сочувственно вздохнул. Этот вздох красноречиво свидетельствовал – он ее любит и понимает! А дабы еще раз показать полноту своих чувств, что есть силы ударил хвостом по воде. Однако столь бурное выражение чувств не прибавило прелестной изгнаннице хорошего настроения. Она зарыдала в голос.

Второй дельфин, который в паре с первым, тащил на себе раковину-повозку, принялся успокаивающе посвистывать. К сожалению, Афродита не знала дельфиньего языка и ничего не поняла из высказанной тирады. Но это короткое происшествие несколько отвлекло от грустных мыслей. Внезапно Афродите стало очень стыдно. Занятая своими проблемами, она совершенно не озаботилась будущим дельфинов. А ведь им может быть несладко. Разъяренная Гера никогда не простит помощи, оказанной ими прелестной изгнаннице. «Как можно быть такой эгоисткой – заниматься только собой и не думать о других!» – сделала она сама себе замечание. Желая хоть как-то исправить ситуацию, наклонилась и похлопала морских лошадок по вспотевшим спинкам. Те в ответ несколько раз успокаивающе хрюкнули.

Внезапно Афродита задалась вопросом: откуда на земле появились эти добрые существа? Приветливые и добрые дельфины умудрялись быть в дружбе со всеми – людьми, богами, рыбами и другими морскими обитателями. Откровенно говоря, никогда не верила, что Дионис является причиной их возникновения. По слухам, он превратил в дельфинов пиратов, что его похитили. Даже, если факт имел место быть, все равно подобное невероятно. Не могли злобные флибустьеры превратиться в таких вот очаровашек, готовых всем и всегда прийти на помощь.

– Спасибо, что вы есть, – пропела своим хрустальным голоском Афродита. И тут же, не сдержавшись, издала глубокий стон.

– О-о-о! Нет, вы только послушайте, что обо мне говорят божественные мерзавки.

Богиня принялась вспоминать все, что за последнее время услышала в свой адрес из уст олимпийских небожительниц.

– Эти бессмертные сучки, – рыдала Афродита, – говорят, что я родилась из детородного органа Крона, который во время битвы был отрезан его сыном Зевсом. Если верить их словам, этот самый член носился по волнам и бился о морскую гладь. В итоге, из этого безумного коктейля появилась на свет я! Ну, разве не мерзость!

Афродита от злости сжала кулачки и вновь зарыдала. Официально ее отцом считается Зевс, повелитель Олимпа. Однако по всем законам природы должна быть еще и мать. А вот как раз ее-то она и не знает. Сколько раз валялась в ногах у строгих Мойр и умоляла назвать имя родительницы, но те лишь усмехались в ответ на все просьбы. Афродита не сомневалась в родстве с Громовержцем. В пользу этого говорила их похожесть, сразу бросавшаяся в глаза – рыжие волосы, яркие зеленые глаза, обаятельная улыбка, веснушки. Хотя с таким же успехом Афродиту можно было бы назвать дочерью Крона. Тем более, что Зевс, как известно, его сын. И следовательно сильно похож на своего отца, то бишь дедушку Афродиты.

Приоткрыть тайну рождения могла дать только мать. Но кто она, так никто и не сказал, в том числе и правитель Олимпа. Умом Афродита прекрасно понимала, почему молчит Громовержец. Если выяснится, что она его законная дочь, злобная Гера, не взирая на давность событий, обязательно расправится с соперницей, кем бы она не была – нимфой или простой смертной. Однако сердце подобный расклад принять никак не могло. Порой, так хочется прижаться к теплому материнскому боку и от души выплакаться, пожаловаться на все нанесенные обиды…

Бороться с отчаянием уже не было сил. Хотелось только одного – просто умереть. Однако доставить подобное удовольствие своим противникам очень не хотелось. Афродита взяла себя в руки, несколько раз глубоко вздохнула и представила себя стоящей под водопадом. Прохладная вода приятно освежала тело и подарила немного энергии.

– Я еще так молода, – прошептала изгнанница. – и хочу жить, хотя бы для того, чтобы увидеть, как восторжествует справедливость и эти злобные твари буду наказаны. Может это заставит их не придумывать обо мне разные гадости.

И тут она неожиданно захихикала, вспомнив, как застала своих врагов за разговором о себе.

* * *

Афродита медленно шла по длинному коридору дворца на Олимпе и внимательно разглядывала стену, украшенную мозаикой. Гефест сказал ей, что в зарослях, трудолюбиво выложенных из кусочков смальты, скрывается столько птиц, сколько дней в году. Она уже много раз пыталась пересчитать всех пернатых, но дальше сорока дело не доходило.

Богиня всегда восхищалась этим творением рук Гефеста. Того и гляди, причудливые птицы вспорхнут с малахитовых веток и запоют на все голоса… Кроме стен в этом помещении ее очень занимал разноцветный пол. На первый взгляд ничего особенного – просто квадратики. Но никогда не знаешь какого цвета плитка окажется под ногами. Наступаешь на голубую, она вдруг на глазах становится оранжевой. Увидишь желтую, подбежишь, а эта плиточка приобретает красный оттенок. Игра «Угадай, куда наступишь!» стала одной из любимых. Вот и сейчас она решила немного развлечься. И, воспользовавшись тем, что никто не видит, принялась перебегать с места на место, загадывая цвет. Назвать точно никогда не получалось, что очень веселило. Развлекалась так богиня, развлекалась, как вдруг услышала женские голоса.

Афродита остановилась и прислушалась. Звуки доносились из искусно замаскированной ниши в стене. Геру не сложно было узнать по диадеме, скорее похожей на рога коровы, чем на украшение. Другая, судя по тени от лука, была Артемида. Афродите захотелось пошалить. Она набрала в грудь побольше воздуха и с криком собралась подбежать дабы напугать болтушек, как услышала свое имя. Она замерла. «Странно, чем моя скромная особа так заинтересовала великих небожительниц?» – подумалось ей. Замерла и стала слушать разговор. Сейчас сожалеет, что не разогнала сразу сплетниц. По крайней мере, огорчать бы потом не пришлось.

– Эта потаскуха без роду и племени, невесть каким образом попавшая на Олимп, – вещала хранительница очага, – на заднем дворе храма устраивает безумные оргии.

Последующая тирада, выданная Охотницей, и вовсе сбила с ног, словно прямое попадание стрелы из ее незнающего промаха лука. Обычно сдержанная Артемида даже подпрыгивала на месте от нетерпения.

– А я слышала иное! Одевается блудницей и идет продавать себя в порту морякам! И как только Гефест смотрит на это?!

– Да что там моряки, – чувствовалось, Гера вошла в раж, – она отдается своему любовнику Аресу на глазах его воинов, а те громкими криками и ударами мечей о щиты подбадривают парочку во время процесса соития.

Подобного Афродита стерпеть не смогла. Она двинулась вперед, нарочито громко стуча каблучками своих туфелек. Вопреки ожиданиям сплетницы не смутились. Приветливо заулыбались и в один голос нежно пропели:

– Кто к нам пришел! Краса наша ненаглядная! Где так долго пропадала! Не любишь нас, редко появляешься на Олимпе! Ты ведь знаешь, как нам плохо жить без любви!

Афродита с трудом сдержалась от желания плюнуть им под ноги. Только высокое звание богини любви заставило сдержаться и приветливо кивнуть головой. Так что история с отрезанным членом цветочки на фоне всего, что ей в тот день довелось услышать. Успокоив себя подобным образом, несчастная путешественница приободрилась и горделиво тряхнула вколоченной головой. Она еще повоюет! Пусть не надеются – не сдастся! Прекрасно понимая, что ее могут подслушивать, принялась рассуждать вслух:

– Скажите на милость, – поинтересовалась у своих добровольных спутников, – как может молодая, красивая и здоровая девка, а хилой Артемиду никак не назовешь, жить в одиночестве в глухом лесу? Нет, я, конечно, не возражаю – иногда очень приятно прогуляться по лесу, поваляться в зеленой траве, послушать пение птиц, поохотиться… Но делать это каждый божий день! Разве нормально для женщины постоянно заниматься охотой? Подобная страсть говорит о больной психике.

Выпалив последнее, Афродита почувствовала, что настроение заметно улучшилось. А дабы еще раз показать, насколько стало лучше, несколько раз топнула ногой по раковине. Как оказалось, сделала зря. Хлипкая посудина угрожающе качнулась, и богиня с трудом удержала равновесие. Это происшествие снова подвергло странницу в уныние.

* * *

Справедливости ради следует отметить, поначалу они очень подружились с Артемидой. Мускулистая, загорелая до черноты, богиня охоты с огромными выразительными карими глазами, делающими ее похожими на горную серну, и стройная, рыжеволосая, с кожей похожей на нежный шелк, с нежной улыбкой на губах, богиня любви вместе смотрелись очень эффектно. Красивая пара всегда привлекала внимание окружающих. Поначалу взоры останавливались на высокой груди Артемиды, потом падали на томно вздыхающую Афродиту.

Но вскоре Охотница довольно резко высказалась в адрес своей подруги. Ей, видите ли, не понравились многочисленные романы на стороне. Собственно говоря, какое ей дело? Афродита не осталась в долгу и заметила: твоя страсть к убийствам бедных животных настораживает.

Слова за слово и тут выяснилось, что Артемиде противны мужские ласки. Она счи ...

Быстрая навигация назад: Ctrl+←, вперед Ctrl+→

По решению правообладателя книга «Второе пришествие Афродиты» представлена в виде фрагмента