Самородок

Александр Голиков

Самородок

П Р О Л О Г

Космос безграничен…

Обыватель, весьма далёкий от астрономии, а уж тем более от астронавигации, просто не в состоянии представить себе, что это такое на практике — тысячи световых лет с точки зрения их преодоления. Для него подобное чистейшей воды абстракция, ничего более. Непостижимые, за гранью земного и привычного расстояния, заполненные фактически пустотой. Но вот ведь парадокс: даже за эти колоссальные объёмы те немногие расы и цивилизации, что взялись их покорять и осваивать, вели между собой настоящую грызню, словно бродячие псы из-за случайно брошенной кости. А ведь та же аксиома гласит: можно десятки лет бороздить эти самые бездны, преодолевая их кто проводной биолоцией, кто джамп-прыжками, а кто используя и векторные проколы, но так ни разу никого и не встретить на своём пути. По одной простой и весьма банальной причине — места во Вселенной хватит всем и надолго. И ещё останется внукам и правнукам.

Только аксиома аксиомой, да вот на практике как раз выходило почему-то всё наоборот.

Всевозможные исследовательские, разведывательные, военные, грузовые, торговые и прочие спейсеры, рейдеры, крейсеры и модули различных типов, размеров, форм и модификаций в космосе отчего-то чуть ли не лбами сталкивались… Случайность? Парадокс? Нелепица?.. Возможно. Но, скорее, неосознанная закономерность; неисповедимы пути тех, кто не совсем до конца уверен, куда и зачем, собственно, идти. Но если столкнулись лоб в лоб… Тут уж альтруистское начало уходило на второй план (если не на третий), там у каждого имелась на сей счёт своя директива и логика. И, как правило, диктуемая собственными интересами, да плюс с военной точки зрения, да плюс подкреплённая внушительными эскадрами, штурм-дивизионами, силами быстрого реагирования и прочим, столь же внушительным и обязательным…

Вот почему, когда земной подпространственник «Финист», тип — лёгкий крейсер, оснащённый бортовыми эм-пушками залпового огня, десантными спускаемыми модулями, многоцелевыми истребителями класса «Алард», основная функция — боевая разведка и защита объектов приоритета «Two», к тому же способен решать оперативные и боевые задачи до полутора сотен парсек от орбитальной базы, вынырнул непосредственно в системе Датая, капитан «Финиста» Антон Гребнев не очень-то и удивился, когда после рекогносцировки, выброса десанта на планету и общей проверки всех систем, Марк Поли, главный оператор Центра наблюдения и слежения, не доложил ему по видеокому, что с другой стороны эклиптики кто-то здорово «гнёт» пространство. Другими словами, это означало, что в систему Датая, в которой сейчас уже находился земной разведкрейсер, рвётся кто-то ещё, причём, не чета «Финисту», а куда массивней и громадней землянина. Как выразился Поли, «ну о-о-очень большой дядя, чтоб его!». Время выхода чужого подпространственника в системе оценивалось часа через три-четыре. И перспективы с его появлением тут, у Датая, вырисовывались совсем не радужные.

— И кто же это? Есть предположения? — спросил Антон, у которого от нехороших предчувствий похолодело внутри.

Марк предчувствия не развеял.

— Векторные проколы пространства используют прежде всего алгойцы, что не удивительно, это ведь их изобретение. Суганцы с краогами тоже их практикуют, но к нам наверняка лезут именно алгойцы.

— Уверен?

— Да! И судя по массе носителя, к нам идёт корабль-матка, а только алгойцы таскаются так далеко в космос, используя мегатонники. Ну, пожалуй, ещё мы… Видели бы вы, как корежит метрику, приборы аж зашкаливает и масс-детекторы воют!

Гребнев задумался: было о чём. А холодок в груди не пропадал.

Миссия, с которой их направили к Датаю, неприметной планетке в Аргунском секторе, реально оказывалась под угрозой срыва, если не сказать больше. Воинственные алгойцы, ведущие свою родословную от рептилий (сейчас, правда, мало чем на них похожие), к землянам, да и не только к ним, относились как к расам второго сорта, считая себя на порядок выше остальных. Но единственный аргумент их превосходства, который ещё можно было как-то принять во внимание, заключался в том, что космос осваивать они начали чуть раньше других, где-то лет на сто. Ну и что? Земляне, да те же краоги с суганцами ни в мощи, ни в потенциале, ни в ресурсах, да и в решительности и смелости им нисколько не уступали, а, то и превосходили. А вот, поди ж ты!..

Но было и ещё кое-что, касающееся непосредственно землян. Алгойцы почему-то невзлюбили именно людей, вид хомо сапиенс, единственных из млекопитающих, что осваивали сейчас галактические просторы и которые чувствовали себя на них весьма и весьма уверенно. Почему-то именно землян алгойцы считали недоразвитыми выскочками, какой-то забавной игрой природы, её казусом, нонсенсом — надо же, в ходе эволюции усиленно развивать тело и конечности, а попутно, в качестве довеска, заполучить и разум! Бред!.. И отношение у них к землянам было соответствующим: от брезгливо-снисходительного до откровенно враждебного. ВКС, Высший Координационный Совет Земли, такой порядок вещей, конечно же, не устраивал, но вот что до простого гражданина, то там было всё просто и внятно: уродами и недоносками он-то как раз считал всех остальных, на него, любимого, не похожего. Но это по-большому и в масштабе глобальном. А частность была такова: сейчас, за сто пятьдесят парсек от базы и почти за две тысячи от Земли, элементарно мог произойти вооружённый конфликт, который потом бы неминуемо привёл к самым непредсказуемым последствиям. К полномасштабной войне, например, для начала которой алгойцы давно ищут более-менее приемлемый повод. А чем Датай не повод? Если там, к тому же, находится тот древний артефакт, информацию о котором они и прибыли сюда проверить? А если артефакт этот к тому же ещё и в рабочем состоянии, исправно функционирует?.. М-да. Не одинокий разведспейсер надо было гнать сюда, а такую же «матку», да не одну, если на этом Датае может быть то, что… Что может быть.

— Что будем делать? — спросил Марк, вполне понимавший капитана.

Тот передёрнул плечами и отогнал мрачные мысли. Чёрт, только алгойцев тут сейчас и не хватало! Но как они узнали?!..

— Что там у Кнутса?

Пару часов назад батальон десантников-бейберов под командованием Арно Кнутса высадился на Датай, к окраине большого города, единственного, обнаруженного с орбиты. Информация поступала согласно графику и незамедлительно обрабатывалась Центром наблюдения.

— Кое-что есть, я как раз собирался доложить, но тут этот алгоец… Короче, потомки тех, кто когда-то построили город, к сожалению, полностью деградировали. Но у аборигенов всё же удалось выяснить, что в центре города имеется некий загадочный объект, называемый ими приблизительно как «трезубец». Забавно? Это, пожалуй, самое главное. Ребята как раз выдвигаются к центру, дать картинку?

— Позже, когда действительно найдут что-то стоящее. Пусть не отвлекаются, сейчас каждая минута на счету и многое решает. Кнутсу передай об алгойцах, пусть наращивают темп. И срочно поднимай резерв и к ним, и два звена «Алардов» к ним же для прикрытия с воздуха, пусть кружат над городом. Чувствую, скоро там будет жарко… Эх, времени бы побольше, хотя бы пару суток, хотя бы сутки! А тут, похоже, и двух часов в запасе нет… Трезубец, говоришь? Возможно, зуниты не врали и тут, на Датае, и в самом деле находится тот самый канал внепространственной транспортировки, как думаешь?

— Согласен. Но вам не кажется, капитан, что зуниты продали эту информацию не только нам, но и алгойцам? Иначе с какой стати они так шустро сюда бы примчались?

— Кажется, — хмуро подтвердил Антон. Зуниты не мелочились и делали деньги на чём угодно — от слива стратегически важной информации до продажи собственных детей, за что презирались всеми без исключения. Эдакие аферисты и Остапы Бендеры галактического масштаба. Но при определённых обстоятельствах с ними можно было иметь дело. Но сейчас капитан «Финиста» очень пожалел, что кто-то из Службы Контроля Безопасности Земли связался с таким вот сволочным и насквозь продажным источником информации, в результате чего их разведспейсер и оказался тут, у Датая, буквально завис между жизнью и смертью. Но проверить информацию необходимо, узнать, существует ли он, этот датайский артефакт, и если да, то немедленно сообщить об этом на Землю. Или наоборот, что нет тут ни черта, и также сообщить.

Но алгойский корабль-матка… Это очень и очень серьезно, он путал все планы. Разве алгойцы позволят за здорово живёшь завладеть подобным сокровищем? Нет, конечно. Сжуёт их алгойская «матка» и вряд ли подавится!

Хотя посмотрим. «Финист» при благоприятных обстоятельствах и костью в горле может застрять.

— Но ведь мы-то здесь первые оказались, если на то пошло, и артефакт по праву наш, — неизвестно к кому апеллируя, пробормотал Антон. Лезть в драку, из которой выйти победителем шансов практически никаких, видит бог, не хотелось. А хотелось, наоборот, сохранив и экипаж, и бейберов, и пилотов пяти звеньев, и сам «Финист», договориться как-нибудь по-мирному.

— Ха! Когда это алгойцев интересовали чьи-то там права! Особенно — наши! — Марк тоже понимал, что мирно вряд ли получится, да ещё с такой дурой, что лезет сейчас из-за «барьера». — Сколько мы продержимся? Час, полтора?

Но Гребнев уже взял себя в руки, минутное замешательство и растерянность улетучились, как и не было их. А на смену им пришла злость — та, что перед боем. Сражаться? Что ж, будем сражаться, мы это умеем!

Он вызвал дежурную вахту, вгляделся в спокойно-сосредоточенное лицо вахтенного офицера.

— Да, капитан?

— Всем постам — боевая тревога, приоритет «экстра»! Операторам эм-пушек — отслеживать и ...

Быстрая навигация назад: Ctrl+←, вперед Ctrl+→