Кровавый Космос. Дилогия

Константин Дроздов

Кровавый Космос

Дилогия

Кровавый Космос 1

Я танцую смерть

Часть 1

РАСХОДНЫЙ МАТЕРИАЛ

Расцвечено небо разрывом гранат,

И в темные брызги товарищей рвет.

Война не позволит вернуться назад,

Война перемелет, война крови ждет.

Из поэмы Гюнтера Риттера «Экспансия»

Глава 1

Вторжение захлебнулось. Вадим выкарабкался из-под навала мертвых тел и, липкими от крови руками сдвинув в сторону крышку переборочного люка, направился к выходу из разбитого десантного челнока. Контузия сдавила голову горячим обручем боли. Фильтры поврежденного взрывом шлема с трудом справлялись с ядовитым дымом, заполнившим все вокруг, и казалось, что легкие вот-вот лопнут от недостатка кислорода. Хотелось скорее щелкнуть его застежками и отбросить прочь.

Миновав шлюз, Вадим осторожно выглянул наружу. В ночном небе, подсвеченном заревом пожаров и сполохами взрывов, сновали вражеские штурмовики. Деловито и не спеша они добивали остатки пятитысячного десанта корпорации «Анкоридж». На западе уже появилась густая цепь пехотинцев, прочесывающих поле боя в поисках раненых и выживших одиночек. Пленных гвардейцы «Азиатского Дракона» не брали.

Чтобы успокоить сбивающееся от страха и боли дыхание, Вадим наконец-таки дрожащими руками снял с головы душный шлем, а затем отделался от штурмового бронежилета и шевронов со знаками различия лейтенанта десантного батальона «Кондор». Глоток свежего воздуха ослабил головную боль и придал бодрости. Сорвав пару плазменных гранат с пояса капитана, без признаков жизни скорчившегося на палубе, Вадим ползком выбрался из тлеющей коробки десантного корабля. Благодаря перепаханной сражением долине у него имелся шанс незаметно добраться до джунглей, начинающихся густым подлеском в трехстах метрах восточнее. Главное, не наткнуться на кого-нибудь из вражеских солдат или не попасть на экран сканера воздушного штурмовика.

«Какого черта меня занесло в треклятую армию «Анкоридж»? Надо было продолжать искать работу и дальше, еще и еще. Рано или поздно я подыскал бы что-нибудь подходящее, — метались мысли в голове. — Нет, с досье ренегата не нашел бы. Только в наемники и только на пушечное мясо. Три года без постоянного дела тому веское доказательство».

Когда до высокой травы оставалось метров пятьдесят, Вадим замер. Среди густо устилавших землю тел гвардейцев-«азиатов», волну которых накрыли плазменные пушки боевого челнока, он заметил движение. Выживший «дракон» поднялся на ноги. Медленно водя по сторонам ушастым шлемом, он оценивал обстановку. В руках у гвардейца виднелся «Хищник-100 °CС» — плазменный штурм-импульсатор со встроенным инфракрасным сканером и опознавателем «свой-чужой».

Вадим сглотнул. Оглядевшись, он заметил рядом труп вражеского солдата с развороченным животом и все еще дымящимися теплом внутренностями. Забыв об отвращении, Вадим притянул тело к себе и снова замер. Тем временем гвардеец «Дракона» понял, что поле боя осталось за его товарищами. Решив, что ему больше ничто не угрожает, он опустил ствол плазматора и двинулся навстречу дальней цепочке солдат. Вадим вытянул из кобуры свой офицерский импульсатор и затаил дыхание. Бряцнув доспехами, гвардеец прошел в двух шагах от притаившегося в полувыженной траве наемника. Но облегченно выдохнуть Вадим не успел. Опознаватель «хищника» противно щелкнул. Гвардеец развернулся, вскидывая плазматор, и Вадим нажал на спусковой крючок «Корсара». Он находился в отличной позиции, дающей ему шанс с одного выстрела поразить противника. А стрелять Вадим Ракитин умел очень хорошо еще с полицейской школы.

Полупрозрачный импульс снизу вверх беспрепятственно вошел в слабо защищенное место под подбородком закованного с ног до головы в броню солдата. Брызгаясь кровавыми ошметками, голова гвардейца отлетела прочь, а мощное тело, нелепо взмахнув руками, глухо шлепнулось спиной на выжженную дочерна землю. Сбросив с себя труп, Вадим бросился к спасительной чаще. Петляя и задыхаясь от страха перед близкой смертью, он в считанные секунды достиг леса. Но, даже скрывшись за его стволами, остановиться не смог — ужас толкал его все глубже и глубже в темноту. Раздирая в лохмотья одежду и в кровь лицо, он несся вперед, не разбирая дороги. Падая, перекатывался и, снова вскочив на ноги, продолжал свой безумный бег. Ему все казалось, что вот-вот лазерный луч или плазменный импульс настигнет его и разорвет в дымящееся кровавое месиво.

Ракитин упал только тогда, когда полностью обессилел и когда сквозь плотный полог влажного тропического леса стали пробиваться первые лучи Альтаира.

Какофония звуков, заполнившая все вокруг, заставила Вадима очнуться. Что-то влажное текло по щеке. Вадим приоткрыл глаза и обнаружил, что лежит в густой, но невысокой траве на берегу широкого ручья. Перевернувшись на спину, он провел рукой по щеке и посмотрел наверх. Высоко над ним на ветке примостилось странное существо, отдаленно напоминающее хамелеона, только величиной с крупную мартышку и более мощными лапами. С приоткрытой то ли от удивления, то ли в ожидании еды пастью со множеством маленьких и острых зубов, оно с интересом рассматривало чужака. Время от времени прозрачные слюни тягуче капали на землю рядом с головой распластавшегося в траве человека. Вадим расхохотался. Напряжение последних суток заставило его смеяться до слез, пока странное существо с недовольным видом не развернулось и, вихляя задом, не скрылось в густой кроне дерева. Усевшись на берегу ручья и закинув в рот таблетку биозащиты, Вадим зачерпнул горсть воды. Напившись, он наконец обрел способность ясно мыслить и задумался над тем положением, в котором оказался.

Уже третью сотню лет, как только земное человечество вышло за границы Солнечной системы и приступило к освоению дальнего космоса, земные корпорации ведут жестокие звездные войны, вырывая друг у друга планеты, богатые ресурсами, как ископаемыми, так и живыми. Их владельцам даже в космосе стало тесно. Юристы рвут глотки в судах, а наемники из бывших военных и полицейских кромсают друг друга в сражениях за далекие миры. Правительство Земли требует лишь исправно платить налоги и разрешать возникшие конфликты путем применения корпоративных армий только вне пределов центральных систем Земной Федерации. Выжить в рядах таких агрессивных корпораций, как «Анкоридж» или «Азиатский Дракон», было непросто, но ради денег, которые заработать становилось все сложнее, многие соглашались на вербовку. Согласился и Вадим Ракитин. Машины работали, а люди воевали. Человеческий материал обходился намного дешевле.

«Даже полученный аванс потратить не успел. Того и глади, заряд схлопочу в затылок», — безрадостно думал Вадим. Но горше всего становилось оттого, что ему, отлично понимающему, кто и как на костях таких, как он, делает большие деньги, все равно пришлось шагнуть в эту кровь и грязь. Промывая ссадины, он вспомнил ухоженное лицо Карлтона Файнберга — моложавого владельца корпорации «Анкоридж».

«Новые миры покоряются человечеству. Звезды стали совсем близко — только руку протяни. И корпорация «Анкоридж», обладая мощным научно-техническим потенциалом, поможет всем и каждому дотянуться до них», — сверкал белозубой улыбкой загорелый бизнесмен с экранов телевизоров.

Ракитин отлично понимал, что и Карлтону Файнбергу, и владельцу «Азиатского Дракона» Ричарду Ли было глубоко наплевать на всех и на каждого, а по большому счету, и на все человечество. Их интересовали только деньги и власть. Однако они продолжали сверкать холеными физиономиями на светских раутах, президентских приемах и экономических форумах, а он — все понимающий «умник» и некогда честный полицейский Вадим Ракитин — теперь соскабливает кровь с рук в шести парсеках от родного Марса и не знает, доживет ли до следующего утра.

— А ты смелый парень, как я погляжу. Сидишь себе на бережке как ни в чем не бывало, — застал Ракитина врасплох сиплый голос.

«Черт, совсем об осторожности забыл, дурак!» — зло подумал Вадим и попытался обернуться.

— Нет! — Предупреждающий щелчок плазматора неприятно резанул слух. — Сначала руки подними, парень, а потом можешь медленно, очень медленно повернуться.

Повинуясь приказу, Вадим поднялся и осторожно развернулся. Здоровенный двухметровый верзила с лысой, как коленка, головой держал его на прицеле «хищника» и криво улыбался. Ракитин мысленно облегченно вздохнул — на верзиле был камуфляж и бронежилет с эмблемой «Анкоридж».

— Я свой, — попытался опустить руки Вадим.

— Стой как стоишь, «свой», — нахмурил белые брови верзила и поднял ствол плазматора чуть выше, целясь Вадиму между глаз. — Что-то не вижу знаков различия, ловкач.

— На расцветку формы посмотри, — тоже нахмурился Вадим. — Я взводный из «Кондора». К тому же как я здесь, по-твоему, оказался?

— И где же твой взвод?

— Там же, где и вся рота. Нас при приземлении зенитки в решето превратили. Я, судя по всему, единственный, кто выжил.

— В «Кондоре» я всех ротных знаю.

— Капитан Луис Эсперанса.

— А тебя как зовут?

— Вадим Ракитин. Может, я все-таки опущу руки?

Верзила, словно нехотя, медленно отвел ствол и наконец-то признался:

— Сержант Хорхе Ортега — батальон «Гриф». Моих тоже всех покрошили в капусту. Будто ждали.

Вадим протянул сержанту ладонь. Тот за ...

Быстрая навигация назад: Ctrl+←, вперед Ctrl+→