Похищенная

Похищенная

Eve Aurton

Пролог

Строить планы — хреновая привычка, хотя бы потому, что всем на них плевать. Ты можешь ложиться спать с довольной улыбкой и мечтами о том, что с утра ты съездишь в тренажерку, заскочишь к подруге и слопаешь с ней пиццу, взяв лучшие куски себе, конечно. Выпьешь парочку бокалов мартини, лежа в шезлонге у собственного бассейна и рассматривая загорелый торс маячащего вдалеке парня, вроде как волейболиста, ну или на крайний случай гольфиста, да хоть саксафониста в конце концов, хотя они вряд ли имеют такую подкачанную фигуру.

Ты можешь мечтать о том, что вечером пойдешь на вечеринку, где сможешь отомстить бывшему и сделать подсечку его нынешней, которая при падении сломает себе ногти, тем самым испортив маникюр за сотню баксов. Ты можешь представлять то, с какой победной ухмылкой будешь садиться в машину, чтобы вдарить по газам и свалить в неизвестном направлении под уничтожающие взгляды бывшего и его нынешней. Черт, да ты даже можешь планировать полёт в космос без благословения родителей, на пожертвования прихожан, заинтересованных, чтобы ты наконец исчезла, как можно дальше и как можно надольше. В общем, ты можешь всё: от глупых фантазий до реальных планов, но так или иначе вселенная всё равно тебя опередит, вырвется вперед и закажет направление, тем самым программируя твоё будущее, в моём случае — незавидное будущее, потому что сейчас я бы не сидела в этом богом забытом месте, сжимая скользкий от крови пистолет, с единственно оставшимся в нем патроном, который на крайний случай я собираюсь пустить себе в голову. Точно в висок, или в глаз, или... черт, мне страшно, если честно, и подбадривающая улыбка человека, по вине которого я влипла в такое дерьмо, мне нисколько не помогает. Впрочем, его вина — спорный вопрос, ведь всё началось задолго до нашего знакомства, очень задолго, точнее в тот момент, когда я ещё только родилась и подарила своему отцу недовольную гримасу, которая потом частенько появлялась на моём лице. Из вредности скорее, чем от истинного недовольства, и я удачно этим пользовалась, умело манипулируя своими родителями и зарабатывая себе репутацию избалованной суки.

Избалованная сука, к слову сказать, частенько выручала в сложных ситуациях, но в этой... даже она не в силах помочь. Тем более она. Ведь если бы я вела куда более скромный образ жизни, то никогда бы не оказалась на этой проклятой улице, напротив этого проклятого места, в этот проклятый час, минуту, секунду, когда какой-то придурок увидел в моей машине, а значит и во мне, спасение своей никудышной, подстреленной задницы, внезапно появившейся на заднем сидении моего Porche в тот самый момент, когда я нагнулась, чтобы поднять упавшую помаду, выскочившую из моих дрожащих от недосыпа пальцев.

И выпрямиться тогда я как-то не торопилась, потому что живо ощущала холодное дуло пистолета, грубо приставленного к моей скуле, вдруг побледневшей и будто онемевшей. А самое странное то, что в шаге от смерти я не думала о том, какое я на самом деле никудышное жалкое создание, которое вот-вот умрет, или о том как в этом мире будет не хватать моей персоны, или же кому достанется мой капитал, — а о том, что кровь с его пальцев, зажимавших рану на левом боку, капала прямо на мои белоснежные сиденья, только недавно доведенные до белизны симпатичным парнем из автосервиса. Диего, нет, Демьен, чёрт, даже не Дмитрий — просто парень из просто автосервиса, в котором я больше никогда не появлюсь по той простой причине, что мне запросто могли вышибить мозги. Могли... но не вышибли, опять же из-за моей недовольной гримасы, когда я наконец набралась смелости и повернула голову чуть вправо, чтобы увидеть кто же такой наглый посмел угрожать мне пистолетом в моей собственной машине.

И это был он — человек, из-за которого я попала в полную задницу, вернее... черт, а ведь мы это уже проходили — вопрос спорный.

И пока я считаю доносящиеся за дверью шаги, одной рукой сжимая пистолет, а другой пытаясь дотянуться до его холодных, Господи, холодных пальцев, я вспоминаю нашу маленькую историю, подошедшую к завершению в этой бетонной коробке из заброшенных складов заброшенного Детройта, который и стал нашим конечным пунктом.

Хреновое место для конца, правда? Но выбора мне не предоставляли, иначе я бы сейчас прощалась с жизнью эффектно, под громкие возгласы толпы где-нибудь в Лас-Вегасе, от удовольствия, перед этим отлично отдохнув и покурив хорошую травку. Что ж, если вторая жизнь, второй шанс, вторая вселенная существуют, то я обязательно постараюсь реабилитироваться и задать себе куда лучший сценарий, чем здесь, а пока... пока шагнем вместе, Ники. Прости-прости, Николас, я запомнила и больше не буду тебя так называть, хотя перед смертью можно.

Можно, слышишь?..

Глава 1

Я до последнего верила, что это розыгрыш, пранк, быть может, оплаченный моими друзьями, неудачная шутка, прикол, недоразумение, но это недоразумение было слишком серьёзным и смотрело на меня равнодушно отрешенным взглядом льдисто серых глаз, с необычно расширенными зрачками, выдающими, что боль его была вовсе неподдельной. Впрочем за те секунды, что я тупо пялилась на него, я смогла сделать ещё кое-какие выводы — например то, что он был достаточно привлекательным, болезненно бледным, но привлекательным, с упрямо поджатыми губами и хмурой складкой на лбу, появляющейся в моменты, когда боль давала о себе знать. Тёмные волосы, на удивление идеально уложенные, зафиксированные гелем, выраженные скулы и модная трехдневная щетина — всё как в самых лучших романах, где герой — очаровательный мужчина, только и жаждущий твоей любви.

И пока я об этом думала кровь всё продолжала капать, просачиваясь между его пальцев и издавая глухие звуки падающих капель, разбивающихся о кожаную обивку сиденья.

— Поехали, — дуло пистолета ощутимей ткнулось в мою скулу, и я согласно моргнула, боясь произнести хотя бы звук или сделать резкое движение. Медленно-медленно нащупала ключ зажигания и, повернув его, нажала на педаль газа. Машина съехала с места, и я наконец набралась наглости отвернуться и теперь уже уставиться на дорогу, заваленную по бокам мусором и имеющую одно направление — вперед, между высокими кирпичными зданиями, повернувшимися к нам задними глухими фасадами.

Молчание продолжалось ровно до тех пор, пока я не доехала до пересечения улиц и не затормозила, тут же почувствовав толчок долбанного пистолета, теперь направленного в мой затылок.

Костяшки пальцев, сжимающих руль, побелели ещё больше, и я резко выдохнула, инстинктивно вжимая голову в плечи.

— Это ведь шутка, да?

— Я разве... похож на клоуна? Теперь направо, и... чем быстрее ты привезёшь меня на место, тем больше у тебя... шансов, — он говорил это слегка запинаясь, иногда шипя сквозь зубы, но продолжая крепко удерживать оружие на моём затылке. Я глянула в зеркало заднего вида и вновь послушно моргнула, давая резко вправо и заставляя его поморщиться. Если сделать это ещё резче, а лучше резко остановиться, перед этим неплохо разогнавшись, я смогла бы выиграть для себя несколько секунд, пока он будет удерживать равновесие или собирать свои зубы на подголовнике моего сиденья. И, будто читая мои мысли, он отрицательно помотал головой, для пущей убедительности цокнув языком и почти продырявливая мой череп дулом. — Мне хватит секунды.

Я это знала и так и, судя по его решительному взгляду, он сделает это без заминок, просто спустит курок и вышибет мне мозги. В конце концов, он всё же упоминал о каком-то шансе, так что чисто теоретически он у меня был. Поэтому я не стала вытворять глупостей и поехала в нужном направлении, иногда получая тихие, но четкие приказы, ведущие меня прочь от окраин города, через центр, вглубь промышленной зоны со множеством складов и заброшенных зданий, чаще всего с разбитыми окнами, обшарпанными лицами и настолько убогим видом, что это ещё более удручало ситуацию, в которой я оказалась. Потому что если он решит убить меня здесь, то моё тело найдут дай Бог через несколько недель, месяцев, лет?

Если вообще найдут.

— Остановись.

Мне, блин, не страшно, и последняя надежда, что он отключится от потери крови упорхнула вместе с его "остановись", сказанным довольно твердым голосом, не терпящим отказа.

— Выходи. — Его лицо перекосила болезненная гримаса и он глухо выругался, втягивая воздух сквозь стиснутые зубы и всего на миг прикрывая глаза.— Живо.

Хотелось сказать "слушаюсь, сэр", но это было бы последнее, что я сказала в своей жизни, поэтому я покорно заглушила движок и открыла дверцу, всё ещё находясь под пристальным вниманием пистолета. Он вышел тоже, припадая на одну ногу сделал несколько шагов в сторону, и направил пистолет в мой лоб.

Я закрыла глаза и попрощалась с жизнью. До боли прикусила губу, ожидая выстрела, и даже забыла сделать вдох, который, в принципе, мне уже не понадобится.

— Твою мать, — обронил он, и я громко вздохнула, открыв глаза и испуганно уставившись на него. Мистер сама привлекательность побледнел ещё больше и неестественно изогнулся, отчего его пистолет поменял траекторию и теперь уже пялился на мою грудь, чуть ли не тыкаясь в неё из-за рваных вздохов хозяина. — Помоги мне.

Блядь, это определенно шутка. Это определенно самый ебанутый день в моей жизни и самая нелепая ситуация, в которой я когда-либо оказывалась. Человек, который угрожал мне оружием и хотел, а может даже до сих пор хочет убить, просил моей помощи.

Я продолжала неверяще смотреть на него, изумленно хлопая ресницами и совершенно не зная, что делать.

На его лбу выступила испарина, и он крепко сжал челюсти, сверкая раздраженным взглядом. ...

Быстрая навигация назад: Ctrl+←, вперед Ctrl+→