Сергей Мякин

СВЕТ В ТОННЕЛЕ

До цели оставалось несколько метров. Пока всё шло по плану — ночь, самый трудный маршрут, ведущий через болото и густые заросли, и подкоп под колючей проволокой с сигнализацией позволили ему пройти незамеченным и вскарабкаться на насыпь рядом с местом назначения. Антон остановился и, глядя на рельсы, поблескивающие в лунном свете, в последний раз подумал о пройденном жизненном пути и всём том, что осталось позади…

Однообразно-будничная и вместе с тем рискованная работа капитана милиции. Кражи, грабежи, убийства… чаще на бытовой почве… пьяные драки с тяжкими телесными повреждениями… задержания… допросы… протоколы… тупая свинцовая усталость по вечерам в компании телевизора и бутылки уже полтора года с тех пор, как ушла Маша, не выдержав ненормированного рабочего дня и низкой зарплаты.

Он тяжело вздохнул, расставаясь с серым прошлым и глядя в будущее, которое раскрыло перед ним свою черную пасть…

… тоннеля длиной тысяча четыреста двадцать метров, разрезающего скалы и обеспечивающего кратчайший проезд в долину — места, из которого уже три месяца никто не возвращался. С тех пор, как в его недрах бесследно исчез фирменный московский поезд, здесь побывали две бригады спасателей и еще три экспедиции, но результат был одинаковым.

«Зловещий тоннель продолжает собирать свои жертвы. Вчера без вести пропала уже третья по счету спецгруппа численностью пятнадцать человек, в составе которой были спасатели МЧС, представители силовых структур и специалисты в области исследования аномальных явлений. Несмотря на беспрецедентные меры предосторожности и использование новейших технических средств, связь с экспедицией внезапно прервалась через полторы минуты после захода в тоннель и более не возобновлялась…», сообщалось по всем каналам телевидения две недели спустя.

После этого туда отправляли только технику, но не помогли ни бронированные дрезины, ни специальные роботы, предназначенные для исследования поверхности Марса и ведения боевых действий в экстремальных условиях — все эти устройства переставали функционировать и прекращали передавать сигналы вскоре после того, как скрывались из виду.

Потом были еще две группы контактеров и известный медиум, которые утверждали, что космические силы приглашают их в тоннель и хотят передать сверхценную информацию. Они умоляли руководство МВД и МЧС разрешить им доступ и угрожали, что в противном случае может наступить конец света. После долгих препирательств с них взяли подписку о том, что они предупреждены о возможных последствиях и действуют на свой страх и риск, и в сопровождении десятков корреспондентов провели к объекту. Больше их никто не видел, впрочем, как и конца света или чего-либо угрожающего, исходившего из тоннеля.

С тех пор аномальная зона стала одной из главных тем в прессе и на телевидении. Гипотезы о портале в параллельные миры, скрывающихся под землей доисторических цивилизациях, инопланетных наблюдателях, последствиях работы адронного коллайдера и искривлении пространственно-временного континуума выдвигались каждый день, однако желающих проверить их на практике не находилось. В каком-то из выпусков новостей говорилось о создании специальной комиссии при ООН, но дальше общих слов «о необходимости принятия комплексных мер по изучению и решению проблемы» дело не продвигалось… Объект закрыли, поставили оцепление и начали строительство новой железной дороги в обход горного массива…

«Ну зачем я сюда полез? Ведь скорее всего меня ждет не разгадка, а гибель или переход в другой мир

(впрочем, может быть, он окажется для меня лучше этого?)

если, конечно, я ошибаюсь. Хотя, если я окажусь прав, разве меня ждет лучшая участь?» мучительно думал Антон у самого входа в разверзшийся каменный свод. «Впрочем, моя версия и всё, что я уже сделал для подготовки

(его никто не звал заниматься этим делом, но город, в котором он жил, находился всего в ста пятидесяти километрах от зловещего места, и происшествие затронуло его непосредственно — сначала поговаривали об эвакуации, а потом просто ввели комендантский час, и количество преступлений значительно снизилось. Появившееся свободное время, природная любознательность и стремление докопаться до истины в сочетании со скукой от ежедневной рутины до предела заострили его внимание на происходящих событиях. Раньше Антон больше всего на свете любил разные головоломки и особенно кроссворды, но они постепенно надоели ему — относительно несложные удавалось легко разгадать за несколько минут, а те, которые были потруднее и содержали специфические термины, решать без специальных малополезных знаний все равно было бессмысленно. Еще он часто читал научную фантастику, но всегда предпочитал, чтобы всему происходящему находилось рациональное объяснение.

ЧП всемирного масштаба стало для него отдушиной в виде необычной задачи, отвлекающей от жизненных проблем и алкоголя… впрочем, именно после трех бутылок пива в его голову пришла идея, которая впоследствии оформилась в четкую непротиворечивую картину, связывающую воедино все невероятные события. Последующие три недели ушли на составление плана действий и разведку обстановки — он внимательно ознакомился с самой подробной топографической картой области, тщательно изучил расположение блокпостов и до мелочей продумал маршрут. Еще неделя ушла на необходимые технические приготовления, а последние два дня — на окончательную проверку плана и мучительные сомнения)

все равно не даст мне спокойно жить и будет звать сюда каждую минуту, а если всё окажется именно так и я останусь в живых, то я стану героем», — окончательно сделав выбор, капитан Антон Смирницкий двумя большими глотками выпил для храбрости банку пива. В шаге от входа он споткнулся и, вполголоса матерясь, рухнул на насыпь, потом поднялся, пересек черту, отделяющую звездное небо от беспросветной черноты каменной ловушки, включил налобный фонарь и решительно двинулся вперед.

Волнение, тягостные сомнения и страх остались позади, сменившись любопытством исследователя и решимостью человека, добровольно идущего в бой. Пистолет привычно лежал в кармане, но Антон не надеялся на него — на этот раз предстояло использовать другое оружие. Первым козырем было то, что никто не знал о его планах, а вторым — фонарь, ярко горящий на лбу.

Вокруг не было ничего, кроме рельсов, стен, кабелей и спертого воздуха, который отдавал пыльной затхлостью и специфическим мазутным запахом тяжелой техники. Через минуту, когда в поле зрения появилась одиноко стоящая на путях дрезина, воздух изменился — стало тяжело дышать, голова закружилась, а ноги подкосились. «Этого следовало ожидать, главное, чтобы оно было усыпляющим, а не смертельным», — успел подумать Антон. Он уже не видел двоих людей в камуфляже и противогазах, вышедших из потайной двери, и не слышал их слов:

— Может грохнуть его?

— Ты чего, сдурел?! Тащим к шефу, пусть разбирается, что это за тип.

— Блин, откуда он вообще взялся — один, через все кордоны прошел.

— А может он из этих, которые летающие тарелки ищут, ну типа тех, которых мы месяц назад взяли, а они нас еще за демонов принимали?

— Да не, вроде не похож он на тех, просто дурак-одиночка любопытный.

— Ладно, хватит трепаться, потащили.

Впрочем, эти люди тоже не видели миниатюрной передающей камеры, вмонтированной в налобный фонарь. Им не пришло в голову включить систему подавления электромагнитных сигналов, которая полностью блокировала связь со всеми экспедициями — в этом не было смысла, потому что отправить какую-либо информацию из тоннеля при помощи обычных средств типа мобильника было невозможно — толща скальной породы изолировала находящихся внутри от окружающего мира. Камера ночного видения отчетливо показала, что он действовал в одиночку, пил пиво, шел нетвердой походкой и даже упал на насыпь, споткнувшись у самого входа. Передатчик-ретранслятор, спрятанный им между камнями при падении, остался незамеченным. Стражи подземелья не знали ни об еще одном аналогичном устройстве, купленном Антоном на черном рынке и оставленном в ближайшем райцентре, ни о письмах с указанием времени и частоты экстренного сообщения, лично переданных им накануне в представительства крупных международных информационных агентств…

— — —

Подробности он узнал уже потом, во время судебного процесса, ставшего самым громким в истории после Нюрнберга. Расплывчатые кадры, на которых его осматривал, а потом допрашивал руководитель специального технического отдела МЧС, по нескольку раз в день повторялись по всем информационным каналам.

— Кто вы? Как и зачем здесь оказались? Говорите правду, если хотите остаться в живых.

— Да я… просто из любопытства, скучно мне было, платили мало, жена ушла, и очень захотелось чего-то необычного, с инопланетянами вот может пообщаться, — косил он тогда под дурачка.

— Ну ладно, как говорится, любопытному на рынке прищемило нос в корзинке. Можешь теперь считать себя инопланетянином, потому что для большинства жителей Земли тебя больше не существует. А нам рабочие руки нужны…

Снятый со лба Антона фонарь еще долго лежал на столе, фиксируя и передавая то, что говорилось в маленькой комнате за стеной тоннеля:

— Откуда здесь взялся этот придурок? Куда эти гребаные блокпосты смотрят? Немедленно распорядитесь усилить оцепление!

— Так точно, товарищ генерал, все будет исполнено.

— И еще — скоро здесь комиссия ООН должна быть — распорядитесь об организации приема.< ...

Быстрая навигация назад: Ctrl+←, вперед Ctrl+→