Доверься демону. Любовь инкуба

Екатерина Севастьянова

Доверься демону. Любовь инкуба

ГЛАВА 1

Ринар Марш.

У меня нет когтей и рогов,

и совсем не видно хвоста.

Я не сын чертей или богов,

я могу касаться креста.

Это странно —

но я вампир,

никогда не вкушавший кровь.

С первых дней, как родился мир,

чтобы выжить, я ем любовь…

Игнац Деннер.

Тьма и голод.

Пожалуй, это две неизменные составляющие моей жизни, которые постоянно чередуются, заменяя друг друга или просто сливаясь воедино. Обычно — тьма диктует свои условия, подстрекая к неудержимому голоду, а голод в свою очередь заставляет наслаждаться тьмой, даже если она пожирает изнутри, убивая ту небольшую долю человечности, которую может воспитать в себе тысячелетний демон. Но в целом это довольно простой механизм жизни для каждого инкуба — достаточно периодически получать энергию от людей, чтобы не обращать внимания на пожирающий голод. Другое дело, когда ты отказываешься питаться людьми, а твоя мирна — безответственная ошибка человечества.

Я раздраженно захлопнул багажник машины.

— Мне нужна неделя.

— Весь дом в твоем полном распоряжении, — в телефонной трубке послышался недовольный голос Лукаса. — Можешь хоть там поселиться, только зверюшек моих не забывай кормить.

Я взбежал по лестнице, открывая двери резиденции.

— Ты хотел сказать людей?

Лукас фыркнул:

— Называй их как хочешь, но кормить не забывай. Особенно сейчас, когда родились щенята…

— Это не щенята, Лукас, — зарычал я, на ходу скидывая с себя плащ. — Это дети. Человеческие дети.

— Ну я так и сказал, — рассмеялся он, — человеческие щенята.

Меня передернуло от его смеха.

Сбросив вызов, я прошелся по дому, пытаясь найти свою управляющую. Но, видимо, такая мелочь, как приезд хозяина, в этом доме не считалась за уважительную причину спуститься в холл.

— Черт! — от подступившей волны раздражения я закричал, до треска сжав в руке телефон. — Шанни!

Тьма захлестнула моментально. Поборов в себе желание кого-нибудь придушить или на худой конец — съесть, я рухнул в кресло, рассматривая испуганную служанку, сбегающую ко мне по лестнице.

И это была не Шанни.

— Где Шанни? — спросил я, окидывая молодую девчонку голодным взглядом.

Она вздрогнула и, остановившись у подножия лестницы, опасливо на меня покосилась.

— Вы сегодня все сговорились? — огрызнулся я, когда она, заметив мое лицо и полностью проступившие вены, свидетельствующие о последней стадии голода, нервно отступила назад и, споткнувшись о ступеньку, грохнулась на задницу. — Прелесть! — я поджал губы, наблюдая как это недоразумение, по ошибке попавшее ко мне на работу, пытается подняться на ноги. — Просто прелесть!

— Мистер Марш? — девушка, которую вроде как звали Идели, наконец обрела дар речи. — Мы не ждали вас сегодня…

Мои брови медленно поползли вверх.

— Я что, сейчас ослышался? — служанка побледнела ещё сильнее. — С какого это момента моей жизни — хозяина резиденции не ждут в его собственной резиденции?

Девушка в немом исступлении сглотнула, а я с разочарованным вздохом лишний раз убедился, что пора заканчивать набирать на работу людей. Толку от них меньше, чем от собак.

— Вас не было неделю… — попыталась оправдаться она, — поэтому мы и сегодня вас не ожидали…

Я выдавил из себя нечто похожее на улыбку и, судя по эмоциям, отразившимся на лице девушки, я подумал, что она сейчас схватится за сердце и снова грохнется на пол, только на этот раз — навсегда.

К счастью, этого не произошло, и уже в следующую секунду я увидел Шанни, которая второпях завязывала на себе передник.

— Надо же! — я развел руками. — Кто почтил меня своим присутствием? Я не помешал тебе, Шанни, дорогая?

— Мистер Марш? — она поклонилась, незаметно оттолкнув Идели назад, недвусмысленно намекая той уйти. — Простите, я не знала, что вы приедете.

— Я это уже слышал, — повернувшись к Идели, я устало проследил, как новенькая служанка, обрадовавшись внезапной подмоге, юркнула под лестницу, скрываясь в темноте служебного коридора.

Бессмысленная служанка, от которой придется избавиться.

Вздохнув, я выжидающе уставился на Шанни, пытаясь вернуть своей внешности немного человечности. Не получилось. Голод был настолько силен, что уже просто не позволял принять обычный человеческий облик.

— Где моя мирна?

Единственное, что я хотел сделать в завершение этого проклятого дня — увидеть мирну. Мою мирну. Ту, ради которой все это и затевается.

— Мисс Фрост в гостиной, — Шанни осмотрительно налила воды в высокий стакан и протянула его мне. — Она совсем недавно заснула. Мне ее разбудить?

— Нет.

— Как скажете, господин.

Я задумчиво постучал пальцами по кожаному подлокотнику.

— Лучше собери ее вещи, — спустя минуту приказал я, облизывая пересохшие губы и делая небольшой глоток безвкусной воды. — Мои тоже собери. Нас не будет какое-то время. Неделю, может больше.

Шанни замерла. Я лишь успел уловить ее секундную растерянность, когда она опустила руки, в непонимании посмотрев на меня.

— Но… — служанка запнулась, нахмурилась и опустила глаза в пол. — Мне подготовить комнату для новой мирны?

— Не стоит.

Обычно я не выпускаю своих мирн дальше территории резиденции, предпочитаю, чтобы они всегда оставались под тотальным контролем и присмотром со стороны прислуги. Поэтому удивление Шанни мне понятно. Если я увожу мирну, то, как правило, обратно она уже не возвращается. Но сегодня придется сделать исключение.

— Просто собери ее вещи, — повторил я, рассматривая свою бледную руку, покрытую паутиной вен.

Однажды я услышал, что инкубы обязаны быть нежными, страстными любовниками, иметь обворожительную внешность и набор фирменных сладострастных речей для соблазнения. Что ж… этим людям не помешало бы познакомиться со мной. Инкубам не свойственны ни нежность, ни страсть — это сказка. А внешность красива лишь при условии, что полностью утолен голод.

— В мои планы не входит искать себе новую мирну, — после короткой паузы пояснил я. — Меня устраивает та, что есть.

Шанни кивнула, а я уже собирался подняться на ноги, как голову пронзила тугая раздражающая боль, сдавливая и разрывая виски, заставляя снова осесть в кресло.

— Плохой день! — я схватился за голову, не позволяя тьме проникнуть под кожу, подобно смертельному яду. — До чего же плохой день!

Я зарычал, но все же поднялся и, покачнувшись, уверенно направился в сторону гостиной.

— Мистер Марш! — обеспокоенно окрикнула меня Шанни. — Вам нужно поесть, мистер Марш.

Я ничего не ответил, только молча вышел в коридор, попутно опираясь на стены, чтобы удержать равновесие.

— Поесть… — еле слышно прошептал я, останавливаясь возле приоткрытых дверей в гостиную, — какой ценный совет…

ГЛАВА 2

Дийана Фрост

Последняя неделя выдалась на удивление спокойной. Не только для меня, но и для всей прислуги в резиденции. Конечно, основная причина этого спокойствия скрывалась в Ринаре. Демон уехал, и никто не знает куда. Как сказала Шанни, в тот вечер, когда мы виделись с ним в последний раз, он забрал какие-то документы из своего кабинета, приказал за мной приглядывать, а сам сел в машину и…просто уехал. Злой и раздраженный. Оставалась лишь надежда, что вернется он с более располагающим настроением и без желания сожрать меня на свой завтрак. Правда, интуиция подсказывала обратное, да и подсознание нашептывало не самые радужные перспективы, поэтому сколько бы я не пыталась настроить себя на возвращение Ринара, сколько бы не внушала себе, что доверие не такая уж сложная вещь — успокоиться категорически не получалось. Подсознание напрочь отвергало все мои надежды о нормальном будущем, намекая, что будущее может и будет, но явно не то, которое я ожидаю, и нормальным его назвать тоже будет сложно.

А ещё Шанни, которая при каждом удобном случае пыталась объяснить мне, какой их мистер Марш хороший. Если ее послушать, то Ринар вовсе не дьявол, а ангел во плоти и никак иначе. Ну подумаешь, крылья где-то свои потерял, а его звериные глаза и манера хищника — это так, ерунда.

— Вы не понимаете, мисс Фрост, — говорила она, — мистер Марш не такой, как все. Он заботится о своих мирнах и очень винит себя, когда кто-то умирает. Некоторые мирны смогли найти с ним общий язык, особенно когда хозяин сам этого хотел. Пожалуйста, подумайте над этим, пока не стало слишком поздно.

И я думала. Честно. На это у меня была целая неделя в полном одиночестве в окружении четырех стен и десятка сотен книг на незнакомом языке. Как я ещё только не свихнулась… Помогали лишь редкие разговоры с Идели и иногда с Шанни, но ни та, ни другая не позволяли уделять мне больше пятнадцати минут своего времени. Поэтому каждый вечер я незаметно перетаскивала из библиотеки несколько книг, запиралась в гостиной и медленно пыталась ломать себе язык, переводя непереводимый шан-ринский язык, на котором говорит Ринар. А в последние дни я и вовсе перестала возвращаться в свою мрачную комнату, засыпая прямо в гостиной. Все же здесь лучше, нежели в маленькой коморке, где все ещё лежат вещи старой умершей мирны — лишнее напоминание о том, что в итоге должно случиться со мной.

Быстрая навигация назад: Ctrl+←, вперед Ctrl+→