Фестиваль

Вильям Цветков

Фестиваль

Пролог

Темнота была настолько явственной, что казалось, стоит протянуть руку и можно пощупать черную непроницаемую вату, окружившую ее со всех сторон.

Она прошла немного вперед, во всю силу напрягая зрение. Холодный казенный пол леденил босые ступни, но она этого не замечала. Где-то позади нее капала вода, разбиваясь о пол с сильным булькающим звоном. Ни одного постороннего звука не проникало сюда. Черная зловещая тишина.

С замиранием сердца, шаг за шагом, она пробиралась вперед.

Если бы она посмотрела сейчас на себя со стороны, то увидела бы крадущегося человека с выставленными вперед руками и застывшей на лице маской ужаса.

Именно ужас она чувствовала в данный момент — дикий неописуемый ужас. Ее ноги скользили по мокрым булыжникам, издавая шлепающие звуки.

Прошло уже, наверное, с полчаса, как она попала сюда. Если бы она помнила, КАК она сюда попала, то, несомненно, пулей выскочила бы обратно, из этого адского места.

Что-то сорвалось с потолка, прямо над ее головой, и, задев ее чем-то упругим и шершавым, пища и чихая, улетело туда, откуда она шла.

Сердце застучало быстро и гулко. Кровь с тяжелым напором бросилась к вискам. Она присела, потому что не могла идти дальше. Тело сотрясала крупная дрожь.

«Это, наверняка, летучая мышь», — успокоила она себя. Они не опасны, совсем не опасны. Хотя где-то она читала, что летучие мыши пьют человеческую кровь. А когда их очень много, то с человеком они расправляются за пару минут.

Она заплакала и сквозь слезы посмотрела на потолок. «Я этого не заслужила! Боже? За что?! Выпусти меня отсюда, боже! Пожалуйста!..»

Тишина становилась невыносимой.

«Так нельзя сидеть!» — раздался внутри нее твердый голос. «Встань и иди вперед.»

— Тебе легко говорить, — всхлипывая, прошептала она в пустоту, но, однако, послушалась и нетвердыми шагами двинулась дальше.

Ощупывая гладкую стену правой рукой, она убедилась, что в этом месте делается поворот. Медленно повернув, она прошла несколько метров и почувствовала, что булыжники под ногами — абсолютно сухие, даже теплые.

Этот факт несколько поднял ее настроение, но вдруг она ощутила, как что-то или кто-то трогает ее распущенные волосы.

Замерев от страха, она простояла несколько минут, боясь шевельнуться. Потом медленно, так медленно, как только могла, обернулась.

Зная, что тьма все равно не даст ей ничего разглядеть, она сделала шаг вперед, ожидая, что в любую секунду чьи-то челюсти сомкнутся на ее горле. А может быть еще хуже. Сначала одна крыса решится схватить за босую ногу и вырвать маленький кусочек мяса. Будет больно, наверное она закричит… А что будет дальше? Воображение мигом нарисовало страшную, даже нет — жуткую картину. Почуяв кровь, собратья первой хищницы, уже не боясь, начнут терзать сначала ее ноги, а затем и все остальное… В лицо пахнуло теплом. Сквозняк. Значите где-то есть выход.

«О, боже?» — от свалившегося напряжения она нервно рассмеялась.

«Глупая», — сказал ей тот же твердый голос», — возьми себя в руки.

— Сама глупая, — ответила она в пустоту.

«Подруга», — сказал ей голос, — «если ты начиталась Брэма Стокера или Стивена Кинга, то вини в этом только себя. Надо смотреть на вещи реально Ты попала в обыкновенный подвал. Тебе даже повезло, ты ведь знаешь, что бывают подвалы и похуже. НАМНОГО ХУЖЕ. Так что, выбирайся и не распускай нюни.»

«Но ведь, там где я была, не ощущалось сквозняка…», — подумала она. «И там было сыро.»

Она вернулась назад к повороту, держась за стену уже левой рукой. «Значит, здесь не один ход», — решила она, и шагнула к месту, где по ее мнению должна стоять стена.

Стены не было.

Первый раз она горько пожалела, что не курит. Так бы у нее, несомненно, в кармане лежала бы зажигалка или на худой конец, спички. На всякий случай похлопав себя по карманам и постояв еще с минуту на развилке, она решила идти в ту сторону, откуда чувствовалось перемещение воздуха.

Немного освоившись, она передвигалась чуточку быстрее, переставляя ноги таким образом, словно под ними находился лед. Странно, но никаких труб, ящиков и подобного мусора пока не попадалось. Она еще ни разу не споткнулась. Может быть, это метро какое-то? Откуда в Минске такие подвалы?

Через двадцать метров она остановилась. О таких длинных коридорах в подвалах ей приходилось слышать, но побывать пришлось впервые. Лучше бы этого не произошло никогда.

Поверхность под ногами казались сухими и идти было не трудно, если бы не тишина, все больше и больше гнетущая ее и абсолютным мрак.

«Или у меня что-то с памятью, или меня украли и выбросили сюда», — подумала она, вслушиваясь в стук своего сердца.

На днях она очень сильно ударилась головой. Вернее ее ударили. То, что было потом, вспоминалось тяжело. Словно отдельные кусочки ее мозга где хранилась память, заволокло непроницаемым туманом. Правда, нельзя сказать, что у нее что-то изменилось или нарушилось, по крайней мере, врачи так сказали. Она не сделалась идиоткой, и даже за эти несколько дней почти перестала обращать внимание на жестокую головною боль, такую, что иногда ей хотелось вырвать себе глаза, или, проще, отрезать всю голову.

В такие минуты она ничком лежала на своей кровати и думала, что вот-вот умрет. Инсульт… или как там это называется. В ее раскаленной добела голове проносились неясные образы. «Ангелы», — думала она. «Скорее бы уж.»

Помассировав немного виски, она огляделась. Какое-то неуловимое изменение обстановки заставило ее вздрогнуть.

Все та же темнота, теплый сквозняк, голые стены. Но что-то добавилось еще.

Медленно переставляя деревянные ноги, она прошла еще метров десять. Коридор под углом уходил вправо. Она подошла к другой стене.

Галерея расширилась. Теперь стены отстояли друг от друга метра на три. Раньше это было от силы полтора — два метра.

Опять запахло сыростью и чем-то еще.

Внезапно ее ступня погрузилась во что-то слизкое и мокрое. Она моментально отдернула ногу.

«Господи, если это труп, я сойду с ума», — подумала она, нагибаясь и протягивая руку, чтобы ощупать пол. Рука утонула в мягкой волокнистой массе.

ГНИЮЩИЙ ТРУП.

Холодные мурашки побежали по спине, волосы на голове буквально встали дыбом. Ей стало нехорошо.

Странно, но запаха не было. Вернее, почти не было. Она приблизила руку к носу и сразу узнала залах. Конечно, это была гнилая картошка.

«А что ты еще хотела найти в подвале», — едко спросил ее твердый голос. «Труп? Ха-ха-ха!»

Однако ей было не до смеха. Ни конца ни края этому видно не было. Одно утешало — здесь когда-то, по всей видимости, не так уж давно, побывали люди. Как никак, сама по себе она здесь появится не могла.

Она прошла вперед еще метра полтора и вдруг больно наткнулась животом на что-то твердое и тупое.

Поспешно выставив руки вперед, она нащупала трубу, которая опускалась вниз. Сделав полшага вперед и крепко держась за трубу, она обнаружила, что ногу ставить не на что. Чуть не свалившись, она отпрянула назад. Воздух с шумом выходил из легких, она была на волосок от возможной гибели.

ЕСЛИ ТАМ ОБРЫВ, ТО ЧТО ДЕЛАТЬ ДАЛЬШЕ?

Найдя руками трубу, она мелкими шажками подошла поближе и осторожно опустила ногу вниз.

В фильмах, которые она смотрела, какой-нибудь маньяк или мерзкое чудовище, обычно всегда пользуются этим моментом, хватают и стаскивают жертву вниз.

Она смертельно боялась, что так оно и случится…

Нога встала на тверды предмет.

Теперь другая нога. Дальше… Это были ступени, и они уводили вниз. Она насчитала тридцать девять ступеней.

Опираясь рукой о кирпичную стену, она вошла вперед. Страх несколько притупился, но она постоянно чувствовала его взведенную пружину, готовую сорваться по любому поводу.

Ей показалось, что стало светлее. Или глаза уже настолько привыкли к темноте, или действительно стало светлее. По-прежнему, ничего не было видно, но что-то ей подсказывало, что источник света не так далеко.

Большим усилием воли она подавила в себе желание побежать на свет, хотя все ее существо рвалось к мельчайшему проблеску.

Галерея делала полукруг, и она медленно шла, держась рукой за внешнюю кирпичную кладку. Радиус круга, вероятно был большим, потому что искривление стены почти не замечалось.

Она отметила, что по правой же стороне, то есть, во внешней стене, сделаны ниши, но она побоялась входить туда. Темнота там казалась еще мрачнее и гуще.

Вдруг она увидела, что впереди, метрах в двадцати, из одной ниши падает неяркий желтовато-серыми свет.

СВЕТ.

Она остановилась как вкопанная.

«Откуда там свет, если нигде его нет?» — юркнула в ее мозгу пугливая мысль.

Стараясь не дышать, она медленно подкралась к нише. Вблизи стало видно, что ниша представляет собой обрамленный кирпичной кладкой ход в помещение, противоположной стены которого она все еще не видела. Но сквозняка здесь уже не было.

Скорее, она почувствовала новый залах. Запах людей и еще один… сладковато-терпкий и очень знакомый.

…Конечно! Вспомнила. Это были духи, которые любила ее соседка, солидная женщина. АРМАНИ. Духи Армани.

Господи! Только она хотела обрадоваться, как новый кошмар заставил ее содрогнуться. А если здесь обитают люди, которым есть, что скрывать? Кто они? Бомжи? Это еще не самое страшное… С ними, наверное можно найти общий язык. А если это?..

«Но откуда у них Армани?» — трезвый твердил голос. «Может у них здесь склад ворованного? «— она пыталась найти лазейку.

«Иди и ...

Быстрая навигация назад: Ctrl+←, вперед Ctrl+→