Глава 1. Последний урок

Запела ортана. Переливы птичьего голоса знаменовали начало самого долгожданного события года – последнего школьного урока. Одноклассники, заслышав пение, опустились на огромные белые подушки. Я последовала их примеру и села между Арленом и Ирен, единственными, кто ни разу не подшучивал надо мной за все семь лет обучения.

Мы сидели полукругом, а напротив покачивалось внушительное серебристое кресло в форме яйца. Из него выпорхнула тоненькая фигурка леди Лораны, нашей учительницы. Ее кожа была такой белоснежной, что буквально сияла на фоне увитой плющом деревянной стены.

– Светлой луны, мои дорогие! Мы начинаем последний школьный урок, – торжественно зазвучали колокольчики в голосе леди Лораны, – Завтра каждый из вас примет истинное обличие и обретет свой дар. И я безмерно счастлива, что именно мне выпала честь завершить ваше обучение. Волнительный момент, не правда ли?

Класс энергично закивал. Тонкое, чуть детское, лицо учительницы озарила мягкая улыбка:

– За годы учебы на курсе «Теории видов» мы успели рассмотреть самых удивительных существ Полотна Миров. Если вы оглянетесь, сможете увидеть их всех.

Мы послушно принялись смотреть по сторонам. Стены просторного круглого кабинета украшали многочисленные картины. Они утопали в объятиях вьюнка и мягко подсвечивались его бледными розовыми цветами. Светлячки кружили под потолком и отбрасывали причудливые блики на полотна. Каких только картин здесь не было! Маленькие и большие, квадратные, круглые и овальные, в металлических и деревянных багетах, а то и вовсе без них. Любоваться можно было бесконечно.

Каждая картина вызывала теплые воспоминания об уроках леди Лораны. Разве что кроме одной. Ее я увидела впервые. Значит, она и станет темой урока. Так было заведено у леди Лораны: картины появлялись на стенах по одной, строго в день занятия. Эта традиция спасала учительницу от лишних вопросов. Еще бы, какой ребенок сможет увидеть изображение марсианской розовой мыши размером с молодую кобылу и не задать хоть одного, даже самого маленького, вопросика?

Новая картина захватила мое внимание. Удивительно, а ведь на ней не существо! Из массивной овальной рамы золотого цвета на меня смотрела молодая женщина. Ее простое белое платье сияло на черном фоне. Да нет же, это не просто фон, а огромное пепелище – в некоторых местах еще тлели угли. Но больше всего меня поразили волосы девушки. Огненно-рыжие и будто живые: казалось, сползая по плечам, на груди они шевелятся, как языки пламени. Картина завораживала. И все же, на ней был обычный человек, а не очередное причудливое существо.

В замешательстве перевела взгляд на леди Лорану. За последние годы я смотрела на нее тысячи раз, но все не переставала удивляться. Даже в нашем необычном мире она казалась волшебной. Взглянув на нее однажды, любой влюблялся навсегда – так проявлялся ее дар, который притягивал к себе всех созданий Полотна. Эта сила позволяла ей спокойно изучать хоть бы и самых жутких существ, не опасаясь за свою жизнь.

Грусть волной прокатилась по душе – быть может, это наша последняя встреча с учительницей. Внутри защемило от подобной мысли. Странное дело: хотелось танцевать, даже кричать от переполнявшего меня восторга и предвкушения свободы, но где-то глубоко, на дне души, притаилась крошечная зловредная грустинка. Она впивалась острыми коготками в мое бесстыдное счастье – и я ловила себя на том, что пытаюсь оттянуть момент прощания со школой, то ли предвкушая, то ли противясь переменам. Нестерпимо хотелось задержаться в настоящем, запомнить все то, чего завтра уже не будет. Необычное желание для человека с идеальной памятью, не так ли?

Пока меня разрывали полярные чувства, учительница дождалась тишины в классе и продолжила урок. В ее зеленых миндалевидных глазах светился неподдельный восторг и радость новых открытий. Она так любила рассказывать нам о существах, что, казалось, могла это делать сутки напролет, без сна и отдыха.

– Итак, мои дорогие, за последние семь лет мы успели рассмотреть большинство обитателей Полотна Миров, но сегодня я хочу рассказать вам об одном из самых редких созданий – фениксе. Кто знает, что это за существо?

Вопрос озадачил. Где связь между девушкой с картины и фениксом? Почему леди Лорана говорит о земных мифах?

Вокруг Арлена вспыхнул свет – он хотел ответить. Учительница легким кивком позволила ему говорить. Арлен начал совсем тихо и неуверенно:

– Феникс – это птица, которая, предвидя смерть, сжигает себя в собственном гнезде, а потом возрождается из пепла. Выглядит… ну, пожалуй, как обычный земной орел, только вот оперение у него огненно-красное.

Леди Лорана покачала головой, глядя на Арлена. В ее голосе звучало едва уловимое озорство:

– Да, Арлен, именно так вам и рассказывали на курсе «История Земли». Миф древнего Египта, обросший подробностями из разных культур, не так ли?

– Именно так. Сэр Ротвальд говорил нам об этом.

Учительница тепло улыбнулась Арлену:

– Не переживай. Мало кто знает о фениксе правду. – Леди Лорана взмахнула рукой. Картина, которую я так долго рассматривала, оказалась рядом. – Вот феникс.

Класс затих, ученики непонимающе смотрели на изображение. Леди Лорана начала рассказ заговорщицким тоном:

– Скажу вам по секрету, ребята, этой лекции нет в школьном плане. Но, как вы уже могли заметить, я частенько меняю его по своему усмотрению. Историю о фениксах мне посчастливилось узнать в молодости, когда я еще не преподавала, а путешествовала по Полотну Миров в поисках новых созданий. Тогда я исследовала окраину Полотна и попала в мир Литир, который несколько тысяч лет назад находился на грани смерти. Там я и встретила Тарвина. Он, наверное, самый старый человек, с которым я имела честь общаться. Но суть не в этом. А в том, что память Тарвина хранила уникальные данные о последнем фениксе. Я даже сама смотрела на нее сквозь мутные воспоминания старца. Она была прекрасна.

– Она? – переспросила Ирен.

– Да, Ирен, именно она. Все семь фениксов, известных истории, были женщинами. Хотя, физически их нельзя считать людьми: огненные сердца выделяют их из нашего племени. Кожа и внутренние органы, конечно, тоже не из привычной плоти. По сути, это своеобразная эволюция, или, если хотите, мутация нашего вида. Внешне фениксы остаются людьми, но их тела полностью меняются после того, как они войдут в пик силы.

Недалеко от меня вспыхнул нетерпеливый свет – Нордон хотел задать вопрос, но не решался прервать учительницу. Он заговорил только после того, как леди Лорана кивнула:

– Скажите, а как проявляется пик силы феникса? Он тоже может войти во Врата Перерождения?

Учительница нахмурилась:

– К сожалению, ни один из известных фениксов не приходил в миры, где есть Врата. Возможно, они бы и сработали. Но, как гласят легенды, все фениксы переродились в условиях крайнего напряжения, сильнейшего стресса в их жизни. Я не знаю истории феникса из мира Литир, но расскажу вам старую легенду о первом фениксе. Кстати, как раз ее вы и видите на картине.

Леди Лорана вздохнула, выдержала небольшую паузу и начала рассказывать легенду тихо, чуть растягивая слова, как напев:

– Это случилось на заре веков, в мире, имя которого кануло в лету. В те времена, некогда прекрасный и сильный, он медленно погибал в руках тирана Рокхона. – Учительница вдруг остановилась и, сощурив глаза, обратилась к классу своим обычным, испытующим тоном. – Как вы думаете, почему имя короля пережило в памяти людей имя мира?

Я позволила своему желанию ответить разлиться вокруг меня ярким светом. Леди Лорана тут же повернулась ко мне:

– Да, Мирами?

Звук моего полного имени на мгновение обескуражил. Леди Лорана была близкой подругой моих родителей и всегда называла меня «детским» именем – Мими. Отчего же сейчас она вспомнила мое полное имя? Впрочем, размышлять было некогда, так что я сразу отозвалась:

– Думаю, из-за того, что он нарушил главный закон Полотна: «Никогда не применять насилие над волей народа мира».

Учительница утвердительно кивнула:

– Да, ты абсолютно права. Рокхон незаконно взял власть над народом. Он хотел создать преданную и покладистую армию. Но и в этом мире нашлись те, чья воля оказалась сильнее. Молодые люди – самому старшему из них было 27 человеческих лет – создали группу сопротивления. Их возглавлял талантливый юноша, Арон. Он стал центром восстания и сплотил вокруг себя тех, кто еще мог противиться воле Рокхона. В ряды сопротивления вступали все новые и новые люди, оно стремительно росло и набирало влияние. Конечно же, королевская власть не могла допустить подобного своеволия. И тогда Рокхон послал самых верных своих бойцов за Ароном. Ряды восставших оказали достойный отпор, но битва была проиграна, и Арона, а вместе с ним и дюжину его соратников, доставили королю. Тот приказал сжечь юношу на главной площади столицы с последними лучами светила.

К концу дня на место казни стеклось все население города. Люди с подавленной волей, они стояли без движения и бездумно смотрели на бревна костра. Единственными «живыми» среди них были пойманные вместе с Ароном, его преданные друзья – их, связанных, держали в первом ряду. Они с ненавистью смотрели на то, как Арона подводили к сложенному костру, как вели по помосту, как привязывали его к столбу. После зачтения приговора Рокхон сам поднес факел к основанию костра. Солома под бревнами мгновенно вспыхнула. И в тот миг раздался крик. Безумие и боль звучали в нем. Кричала возлюбленная Арона, Сурина. Вдруг веревки, опутавшие ее тело, загорелись и молниеносно истлели. Девушка бросилась к костру так стремительно, что охрана не успела остановить. Когда она взлетела по помосту, пламя вовсю разгорелось, оно потрескивало и тянуло к Арону огненные щупальца. Сурина, не задумываясь, бросилась в огонь. Случилось нев ...

Быстрая навигация назад: Ctrl+←, вперед Ctrl+→