Господа офицеры! Книга 2

Annotation

Он боец! Он силён и быстр! За спиной десятки штыковых атак! Его не интересует два пуда золота в вещевом мешке. Он знает, что самый большой клад для мужчины не золото, а хорошая жена! Он умён и вполне способен разгадать тайну предков. Знакомьтесь: ПОРУЧИК АЖЕНОВ!

Шемякин Сергей Анатольевич

ИНФОРМАЦИЯ

Господа офицеры!

Шемякин Сергей Анатольевич

Господа офицеры!

ИНФОРМАЦИЯ

ОРИГИНАЛ: http://samlib.ru/s/shemjakin_s_a/sirsofficers.shtml

АВТОР: Шемякин Сергей Анатольевич

ЖАНР: Приключения

РАЗМЕЩЕНО: 09/06/2016

ИЗМЕНЕНО: 07/09/2016

Господа офицеры!

СЕРГЕЙ ШЕМЯКИН

ГОСПОДА ОФИЦЕРЫ!

Авантюрный историко-приключенческий

роман.

Если есть люди, которые прячут клады, то есть и те, кому удаётся их найти! Возблагодарим первых! Без Первых не было бы и Вторых!

КНИГА 2

(О ВТОРЫХ)

Моей жене Виктории - бесценному кладу моей жизни.

ЧАСТЬ 1

ОФИЦЕРЫ.

Сколько снега в полях намело,

И в церквах воют ветры шальные.

Господа, наше время пришло!

Посмотрите, что стало с Россией!

Не надо говорить, что кончен бал,

Не надо в нашем деле ставить точку.

Кто Мать Россию сердцем понимал,

Тот не срывал с груди с крестом цепочку!

Российский флаг, Андреевский флаг!

Ты проверен в боях и в походе.

И пусть силы у нас на исходе,

С нами Бог и Андреевский флаг!

(В. Цыганова)

Г Л А В А 1

Едва поезд остановился на станции, как в вагон ввалились вооружённые люди:

— Внимание! Проверка документов! Если у кого есть оружие — сдавайте, товарищи! — разбудил зычный голос дремавших в стылой тесноте пассажиров. В тесном проходе замерцал огонёк, выхватывающий лишь низки заснеженных шинелей и сапоги, отшвыривавшие с дороги мешавшие мешки и баулы.

— Офицер? — поднял фонарь повыше приземистый красногвардеец в папахе, в упор рассматривая прикорнувшего с краю вагонной полки Петра.

— Офицер! — ответил утвердительно на вопрос Аженов и зевнул, не в силах превозмочь сонную одурь.

— Тогда выходь, ваше благородие... приехали! — зло, с издёвкой, из-за спины первого сказал второй голос, и ствол винтовки убедительно торкнул из темноты Аженова в бок.

— Постой, братцы! — отбросил сразу остатки сна поручик. — Как это выходь! Я домой еду! У меня и бумага от солдатского комитета имеется.

— Давай сюда свою бумагу! — протянул руку старший и, взяв сложенный листок с проступившей чернильной печатью, не читая, сунул в карман. — Для отхожего места сгодится!

— Выходь, ваше благородие! — тут же не замедлила ткнуть его винтовка во второй раз.

— У нас приказ — ни одного офицера на Дон не пущать! — пояснил тот, который спрятал бумагу.

— Так я же не на Дон, мне в Екатеринодар надо! И... у меня разрешение от солдатского комитета, — растерянно сказал поручик.

— Выходите, там разберёмся, — чуть помягчал приземистый. — Эй, Петров, сопроводи господина! — бросил он в сторону вагонных дверей и двинулся дальше, считая разговор исчерпанным.

Аженов недовольно бурча, вытащил свой мешок из-под лавки и не торопясь встал. Подскочивший красногвардеец невольно попятился назад к тамбуру, освобождая дорогу, когда поручик поднялся во весь свой огромный рост, глыбой загородив проход.

— Станция то хоть какая? — спросил он у своего конвоира, шагнув со ступенек на платформу.

— Колпаково, ваше благородие. Колпаково, — услужливо сказал тот и показал на здание станции: — Нам туда!

— Эй, Петров, погоди! — высунул голову из вагона приземистый. — Ещё

одного заберёшь.

Пока выводили второго, Аженов осмотрелся: "По шесть человек на вагон, плюс посты — около роты всего", — прикинул он, пройдясь намётанным взглядом по топтавшимся на полутёмной платформе фигурам, оцепившим поезд.

— Веди! — распорядился напоследок старший вагонного наряда, когда вывели второго офицера. — Если побегут — стреляй!

Он закрыл дверь и поспешил назад, где истошно верещала какая-то баба, у которой в поисках оружия и ценностей трясли барахло.

— Прапорщик Озереев, — коротко кивнув, представился невысокий крепыш в такой же как у Петра офицерской шинели без погон с потёртыми металлическими пуговицами.

— Поручик Аженов, — назвался в свою очередь Пётр, забрасывая сидор на плечи. — Жалко, что вас тоже ссадили, но в компании всегда веселее.

— Пошли, ваши благородия, — напомнил о себе конвойный. — А бежать и не мыслите! Посты кругом — стрелят в тот же час, не приведи Господь!

Он благоразумно занял место позади арестованных, и вся троица двинулась вдоль поезда к зданию станции. Не успели они отойти и тридцати шагов, как в соседнем вагоне поднялась стрельба. Несколько раз скороговоркой бухнул револьвер, а затем как-то растерянно грохнула винтовка, разнеся вдребезги стекло и отправив жужжащую пулю в темень. Замерший на секунду вагон тут же взорвался воплями, выплёскивая в тишину животный ужас и страх.

Двое из оцепления со штыками наперевес тотчас ринулись на подмогу. А револьвер, между тем, не унимался, злым тявканьем, отчётливо слышным через разбитое стекло, расчищая дорогу. А вагон уже истошно выл, подстёгнутый грохотом винтовочных выстрелов, лихорадочным клацаньем затворов и криками сражённых в полутьме людей.

В дальнем конце, резко взвизгнув, отворилась вагонная дверь, и на платформу выпрыгнул человек с наганом: — Получи, сволочь! — тут же пальнул он прямо в лицо набегавшему красногвардейцу и, бросив пустой наган, попытался подхватить выпавшую у того из рук винтовку. Но бежавший следом солдат сходу саданул его штыком и с ловкостью бывалого фронтовика ударом приклада сбил с ног на землю.

— Сёмина убил, гнида! — яростно ткнул красногвардеец распластанного человека в горло и с криком: — А ну не стрелять! Мать вашу! — полез в вагон.

"Под горячую руку могут и шлёпнуть!" — подумал Пётр, прикидывая все "за" и "против". И, приняв решение, он резко развернулся и выдернув из рук конвоира трёхлинейку, забросил её под вагон: — Не шуми, Петров — целее будешь! Если со мной, то прошу! — повернулся он к Озерееву и не дожидаясь ответа тут же метнулся в сторону от платформы. Вслед им несколько раз пальнули, но пули прошли стороной. В темноте разве попадёшь?!

Метров пятьдесят они бежали вдоль какого-то забора, а потом повернули налево, прикрываясь станционными цейхгаузами. Аженов несся огромными скачками, размётывая глубокие сугробы, наметённые у складских стен. Его спутник едва поспевал, путаясь в полах длинной до пят шинели, но делал всё, чтобы не отстать. Когда выскочили в поле, бежать стало легче. Январский ветер местами выдул снег до самой земли. Пробежав с полверсты, Пётр остановился.

— Фу-у! Кажется, оторвались! — догнал его, облегчённо переводя дух, бежавший сзади прапорщик.

— Да, теперь уже не догонят! — отозвался Аженов. — Даже верхом. Ночью то нас не больно сыщешь!

— Ловко вы, господин поручик, конвойного разоружили. Я даже глазом не успел моргнуть. А вот винтовку вы зря выкинули, она бы нам пригодилась, — счёл своим долгом заметить Озереев.

— На то были причины, — пояснил Аженов, двинувшись в направлении железнодорожного полотна. — Во-первых, без винтовки бежать легче, во-вторых, если бы поймали, то особых претензий у них бы к нам не было. Сбежали — и всё! Кому хочется в кутузке сидеть! А дай я конвойному по роже, да забери оружие — совсем бы другой коленкор получился.... Ну да на крайний случай у меня наган имеется.

— А у меня — браунинг, — сознался прапорщик.

Минут через пять они подошли к железнодорожной насыпи.

— Здесь будем ждать, или дальше пойдём? — спросил Озереев.

— Нет, дальше пойдём. Стояние ничего не даст. Замёрзнем только. Нам бы до разъезда какого дойти или до подъёма, где поезд ход сбавит.

— Тогда предлагаю для начала немножко облегчить мой мешок, — сказал Озереев. — У меня есть хороший кусок сала и хлеб.

— Что ж, подкрепиться не мешает, — согласился Аженов.

Они уселись на рельсы и наскоро перекусив, двинулись по шпалам на восток.

Г Л А В А 2

В п ...

Быстрая навигация назад: Ctrl+←, вперед Ctrl+→