Сокровища рода де Карсо

Annotation

Здесь блеск клинков и грохот мушкетов. Храбрые охотники и дерзкие пираты. Красивые девушки и пламенная любовь. Здесь матовый блеск серебра, сверкание золота и тайна...

Шемякин Сергей Анатольевич

ИНФОРМАЦИЯ

Сокровища рода де Карсо

Шемякин Сергей Анатольевич

Сокровища рода де Карсо.

ИНФОРМАЦИЯ

ОРИГИНАЛ: http://samlib.ru/s/shemjakin_s_a/treasures.shtml

АВТОР: Шемякин Сергей Анатольевич

ЖАНР: Приключения

РАЗМЕЩЕНО: 08/09/2015

ИЗМЕНЕНО: 13/11/2015

Сокровища рода де Карсо

Сергей Шемякин

СОКРОВИЩА РОДА ДЕ КАРСО

Авантюрный историко - приключенческий роман.

Если есть люди, которые прячут клады, то есть и те, кому удаётся их найти! Возблагодарим первых! Без Первых, не было бы и Вторых!

Моей матери Шемякиной Александре Алексеевне

посвящаю.

К Н И Г А 1

(О первых)

Немного истории.

Чуть больше любви.

Капля предательства.

И много стрельбы!

Часть 1.

Б У К А Н Ь Е Р Ы*

_____________________________

* Буканьеры — охотники за быками (от индейского слова "букан" - решетка для копчения мяса).

... Шпага толедской стали, описав полукруг, неуловимо скользнула вперед, блеснув на мгновение узким, смертоносным жалом. Последний из нападавших вскрикнул, пронзённый клинком. Ноги его подкосились, тело обмякло, и он упал. Оружие выпало из руки и, звякнув тяжелой гардой о камни мостовой, откатилось в сторону. Высокий мощный человек в темном плаще задержался лишь на секунду, выдернув свой нож из шеи убитого с пистолетом в руке. Бросив быстрый взгляд из-под широкополой шляпы на стрельчатые окна молчаливых домов, он нырнул в густую, резко обозначенную тень, поглотившую правую сторону узенькой улочки, и скрылся.

На грубой брусчатке мостовой луна старательно высвечивала два неподвижно застывших безжизненных тела. И только острый глаз мог рассмотреть третьего, привалившегося к шершавой стене и скрытого чернотой тени. Этот был еще жив.

Его сознание угасало, и он не слышал, как к месту ночной схватки через несколько минут подъехали два всадника. Лишь когда кто-то споткнулся о его ноги, он с трудом приподнял тяжелеющие веки, и, узнав склонившегося над ним Гаспара, тихо выдохнул, останавливаясь после каждого слова:

— Он опять... ушел... не смогли...

Попытался сказать что-то ещё, но из уголка губ выкатилась тонкая струйка крови. В горле захрипело, рука, зажимавшая рану на груди, безвольно опустилась, и он, чуть вздрогнув, затих.

— Проклятый француз, мы с тебя живого шкуру сдерем, как только поймаем! — пробормотал яростно испанец, закрывая умершему глаза.

Его короткую молитву прервал нетерпеливый возглас всадника:

— Что там, Гаспар?! — спросил он, удерживая возбужденных запахом крови лошадей.

— Все трое убиты, сеньор де Карсо, — угрюмо ответил слуга, поспешив забрать у хозяина повод.

— Да провалиться ему в преисподнюю! Дьявол его забери! Наверняка он направился к порту! — злобно хлестнул коня де Карсо, едва дождавшись пока Гаспар залезет в седло.

Пристань встретила их звуками мушкетных выстрелов. С десяток испанских солдат палило по чуть заметной в ночи лодке, быстро уходившей от берега. Ветер, порывами налетавший с моря, донёс до слуха де Карсо лёгкий вскрик и ругань — очевидно, чей-то выстрел оказался удачным. Глаза через минуту перестали различать серебрившиеся под луной всплески вёсел, и пальба прекратилась.

Небольшой бриг, стоявший в гавани, уже снимался с якоря. Де Карсо, отдав коня на попечение Гаспара, поспешил прыгнуть в шлюпку с десятком солдат, отходившую от причала. Через пять минут вместе с ними он поднялся на борт корабля. Без малого дюжина матросов, налегая грудью на вымбовки, вращали шпиль, выбирая тяжёлую якорную цепь. Заливисто свистала боцманская дудка, рассыпая людей по снастям.

Одевшись парусами, бриг, меняя галсы, медленно вышел из гавани. Море в ночи просматривалось на четверть мили. Как не напрягали моряки глаза, лодку заметить никому не удалось.

Всю ночь и до полудня корабль бороздил акваторию Панамского залива. Двенадцать пушек готовы были разнести в щепы любой подозрительный плавучий предмет. Но розыски среди многочисленных островков оказались напрасными. Лишь однажды на горизонте мелькнул парус какого-то судна.

Капитан брига Хуан де Алькампо готов был обшарить залив вдоль и поперёк, чтобы найти и повесить негодяя, убившего трёх добропорядочных католиков. И не только потому, чтобы оказать услугу одному из влиятельнейших сеньоров Панамы — дону Антонио Марио Августо де Карсо. Здесь была задета честь испанского мундира, в том числе и его, де Алькампо, поставленного охранять город с моря.

Однако, когда де Карсо около полудня заговорил о возвращении, дон Хуан, видя бесполезность дальнейшего поиска, скрепя сердце дал приказ ложиться на обратный курс.

Ветер был попутным и корабль, направляясь в гавань, споро резал морскую зыбь. ...

Г Л А В А 1

Едва Полю Ажену — молодому рыбаку из Гавра минуло восемнадцать лет, он был схвачен в портовой таверне и водворён на военное судно. Попав год назад в списки личного состава военно-морского флота Франции, введённые из-за нехватки моряков ещё Кольбером, теперь он был обязан отслужить в королевском флоте двенадцать месяцев, а затем, через каждые пять лет, тот же срок.

Новичком в море он не был. Наука о парусах, такелаже и прочих морских тонкостях въелась в него с детства. Не один раз вместе с ватагой гаврских мальчишек он карабкался по снастям отстаивающихся в порту судов, поражая приятелей своей природной ловкостью. А три года, проведённые вместе с отцом в тяжёлом рыбацком труде, налили его мускулы силой и позволили приобрести известный морской опыт.

Так что на корабле Полю не пришлось долго пробовать боцманских линьков. Уже через месяц он свободно разбирался в многочисленных снастях и уверенно выполнял команды, стоя на натянутом под реей перте. Через полгода Ажен выдвинулся в марсовые. Марсовые составляли элиту парусной команды. Сюда подбирали самых проворных и храбрых, способных на огромной высоте проделывать акробатические трюки с такелажем и парусами.

Служба была тяжёлой. Форпик, размещённый в носовой части впереди фок мачты, служил матросам пристанищем на время короткого сна, прерываемого боцманской дудкой. Непроветриваемое помещение, забитое матросскими телами, имело стойкий зловонный запах. Скученность на нарах была такой, что, не потревожив соседа, не удавалось даже повернуться на другой бок. Солдаты абордажной команды, располагавшиеся в твиндеке, находились в значительно лучшем положении. Через пушечные порты сюда проникал хоть свежий воздух. И тех, и других безжалостно донимали клопы и блохи, а в твиндеке по ночам к тому же беззастенчиво шныряли крысы, выискивая пропитание. Пресной воды хватало только для питья, об умывании не шло и речи, а морская вода считалась неподходящей для мытья тела. Пища представлялась отвратительной и зачастую малосъедобной. Единственный кок на корабле с трудом мог приготовить её на такую ораву людей. Горячее варево давали один раз в сутки, остальное время пробавлялись сухарями и солониной.

За год службы Поль Ажен трижды пересёк Атлантику. Это был уже не тот зелёный юноша, взошедший год назад на палубу двадцативосьмипушечного брига. Пробившаяся небольшая бородка делала его старше, лицо обветрило, плечи раздались, по рукам наросли канаты мышц, пальцы приобрели железную хватку. Силой он не уступал ни одному матросу на корабле, да и не было желающих связываться с двухметровым здоровяком. Его острый ум жадно хватал знания. Поль завёл "приятельские" отношения с помощником капитана, стараясь в свободное от вахты время ему всячески угодить, за что тот изредка делился с ним познаниями в кораблевождении.

Год пролетел весьма быстро. Срок службы кончился, когда корабль находился в водах Карибского моря. Через три месяца бриг должен был вернуться во Францию. Половинное жалованье, положенное моряку королевского набора, не сделало Ажена намного богаче. И, поразмышляв, он списался на берег, решив подзаработать денег охотой. Охотники на быков — буканьеры, зарабатывали неплохие деньги, поставляя копчёную говядину на Тортугу, для французской колонии и флибустьеров.

Покинув судно, Поль с одним из охотничьих отрядов добрался до Сан-Доминго, настоящего "бычьего рая" среди близлежащих островов. Крупный рогатый скот, завезённый ещё первыми поселенцами, на вольных пастбищах быстро размножился и огромными стадами бродил по окрестностям.

... Два года, проведённые на острове, прошли с пользой не только для кошелька молодого француза. Ажен считал, что ему очень повезло. Здесь он выучился трём важным мужским наукам: уверенно сидеть в седле, отменно стрелять и великолепно фехтовать. Первые две науки постигались ежедневной практикой, когда приходилось скакать за стадом и метким выстрелом под лопатку валить быка на землю. Причём охота была довольно рискованной, поскольку раненный бык, несущийся со скоростью урагана, мог умертвить и всадника, и ...

Быстрая навигация назад: Ctrl+←, вперед Ctrl+→