Жил-был стул и другие истории о любви и людях
<p>E. E.</p> <p>Жил-был стул и другие истории о любви и людях</p>
<p>СУКА</p>

Накидываю шарф, пальто. Последнее, что беру – мобильный телефон. По привычке бросаю взгляд на экран… Замираю. Тяжесть во всем теле. Бессилие. Смс с того света. Точнее, из той жизни. Которая закончилась полгода назад. Когда однажды она не ответила мне, не написала привычное, может, уже ничего не значащее, но ставшее естественной частью нашего с ней общения, смс: «Доброй ночи, Петров. Целую»…

… Я писал ей всю ночь. Еще несколько дней и еще несколько ночей. Звонил. Смс мои долетали, звонки проходили. Связь была. Её не было…

… Несложно было узнать от общих знакомых – жива, здорова, страну проживания не сменила, замуж не вышла… Ну что тут можно сказать?..

… Руки на себя не наложил и за шесть месяцев кое-как обустроил свою жизнь заново. Имея в виду, что теперь я в этом городе один. Вновь регулярно ходил в фитнес-клуб и на занятия саксофоном. Закрыл пару важных тем на работе. Посещал уроки танго. От скуки флиртовал там с двумя женщинами и с интересом наблюдал их ревность и соперничество. Регулярно встречался с одной проституткой.

… И вот смс из той жизни. Где я любил, где любили меня. Где был счастлив. Где ненавидел и умирал. Где хотелось слышать и говорить самому. Где сердце билось от радости и разрывалось от боли. Из той жизни, где я действительно жил. Из той жизни, в которую так долго боялся войти, не верил в неё, отстранялся, не пускал. Из той жизни, о которой говорят – так бывает только раз. Из той жизни, которую так боялся потерять, которую проклинал и по которой тоскую теперь невозможно…

… Из той жизни, в которой была она… Сумасшедшая, нежная… открытая… любящая, любимая…

… Одиннадцать вечера. Звонок на мобильный. Она.

Не беру. Хочу, но не беру. Ну чтобы вы представляли – в восемь вечера она звонила, сказала, что через полчаса заканчивает, берет такси, и чтобы я ждал её у дома. Я и ждал, понятно. А месяц – совсем не май. Конец октября. Ясное дело, я ушел. В пол-одиннадцатого…

Нет, брать трубку не буду.

Через десять секунд снова звонок. Она. Вот как не ответить?! В конце концов она на дне рождения. Подруги там…давно не виделись, всякое такое… Ну, задержалась. Ну и что? Не смотреть же каждую секунду на часы? Да и вообще, она – взбаламошенная. Сумасшедшая, я же говорю. Можно подумать, с ней когда-нибудь было по-другому?!

… Ладно, думаю, возьму. Немного покапризничаю, но соглашусь прийти. И что вы думаете?!

– Петро-о-о-ов!!!

Я молчу. Я же, типа, обижен. Пусть уговаривает.

– Петров! Ты?! Ну что ты молчишь? – а там музыка гремит. Её не слышно толком. Но по интонациям чувствую – она уже почти в хлам. Ладно, только секс лучше будет. Если только её опять не стошнит. Было такое как-то. В самый неподходящий момент.

– Петро-о-о-ов… дорогой… Ты меня слышишь?

Надо, наверное, уже как-то себя проявить. С пьяной женщиной ведь перегибать нельзя.

– Да. Я тут, – все же холодок в моем голосе есть.

– Петров… Петров, ну что ты?.. Я соскучилась… Ты слышишь меня? Сос-ку-чи-лась.

Ну что тут сказать?

– Да. Я тоже… Ты где? – типа, оттаиваю, но еще не вполне готов принять её.

– Смени тон !.. Петров, я же не могу без тебя! А ты меня просто убиваешь!!! Ты что, уже не хочешь меня? Не ждешь? Свою любимую?

– Ну-у-у-у… Я не говорил, что люблю тебя.

– Ну, не говорил, так скажи! Петро-о-о-ов! Ска-жи! Вот я тебе говорю – скучаю. Хочу тебя безумно. Дорогой мой. Желанный. Люблю тебя… Так жду твоих слов…

Думаю.

– Я… да… хочу тебя… жду…

– Ну, скажи…

– Увижу, скажу. Обещаю. Ты где?

– Скажи…

Может, и правда сказать? Мы вместе уже полгода.

Да и сказать хочется давно.

– Я… я люблю тебя…

– Ой, дорогой мой… Петров… Как жаль, что ты не вытерпел и не в глаза сказал мне это… Петров?! Ты тут?! Ну не сердись… Слушай, Петров, я не могу сейчас приехать. Тут гости – всё идут и идут. Почти все опоздали. Ну я же должна всех увидеть! А то что я приехала?! Ты не жди меня. Отдыхай. Завтра я весь день – твоя… Ты слышишь? Весь день – твоя. Отдыхай. Набирайся сил. Они тебе понадобятся. Люблю. Целую, – положила трубку…

Ну что за сука?

… Спускаюсь по трапу самолета. Включаю мобильник. Обещала встретить, но надежды немного. Нет, через минуту срабатывает сигнал – пришло смс: «Петров, где твой самолет? Объявили задержку. С ума схожу. Мечусь по аэропорту».

Выхожу – в самом деле стоит. Глаза распахнуты. Лицо грустное. Увидела меня – улыбка будто вспыхнула. Не поверите, не обращая ни кого внимания, ну, то есть на глазах у всех, бросается ко мне, обнимает, целует, стискивает, виснет. Я – в растерянности. Поцелуи её часты, но ощущаю каждый из них – на щеках, глазах, губах. Не успеваю отвечать. Мне немного неловко. Растерян. Но как я счастлив…

– Петров, Петров, Петров… – по дороге к машине она только и повторяет. То прыгает вокруг, как девчонка, то вдруг прижмется, заглянет в глаза… Её язык ищет мой…

– Петров… Петров…

Едем в машине. Она курит и непрерывно говорит. Говорит и говорит. Да, и еще целует меня. Не переставая. На перекрестках, в движении, на поворотах. Одна рука держит сигарету и рулит. Другая двигается по мне. Ощущает… А я… я утопаю во всем этом… Господи, надо было уехать на эти две недели, надо было молчать всё это время, ничего не писать, не звонить, не отвечать, чтобы получить всё это… Вы не поймете. Просто поверьте – тонул, тонул в словах нежных, упреках, поцелуях, прикосновениях, обещаниях…

– Петров… уехал… две недели… как ты мог?

– Не писал, сука… хоть думал-то обо мне?

– Никуда тебя больше не отпущу…

– Петров… как я скучала… с ума сходила! Как ты мог мне не писать столько? С бабами там путался? Своими подругами старыми?

– Столько всего передумала за это время… Не могу, слышишь? – не могу без тебя…

– Петров… как я хочу тебя… немедленно. И не говори ничего. Ты бросил меня, и теперь не говори ничего.

– Помню, говорила – не хочу влюбляться в тебя… правда не хотела. Но, Петров, не мо-гу… прос-то не мо-гу уже без тебя…

На улице темно. Вжимаюсь в сиденье. Плохо понимаю – где едем. Мне сказать бы ей… сказать, как провел эти две недели, сказать, что думал только о ней, что ждал возвращения, места не находил себе, но я молчу. Слушаю и слушаю…

…Её сильная ладонь скользит по мне. То теребит волосы. То забирается под рубашку. Опускается ниже. Пытаюсь удержать, убрать её руку, застегнуться – ну, есть у меня комплексы, что сказать?!

– Даже не вздумай, – её глаза приближаются к моим, – совсем ох..л! Ты не видел меня две недели! Не был со мной две недели! Сейчас всё равно раздеваться! И не надо мне ничего говорить! Я тебя не для этого ждала тут, наверно, уже девочкой стала снова, чтобы ты тут жался у меня, прятался! Дай сюда! Хочу…

Прикрываю глаза. Я не смогу вам объяснить – потрясающая женщина. Позволяю ей всё…

Машина останавливается. Оглядываюсь. Мой дом. Ничего не понимаю. Она как-то сказала, что сексом занимается только у себя дома (видел я ту кровать… ). Тогда почему мы здесь?

– Петров… Мой дорогой. Я совсем забыла. Мне надо еще в одно место. У тебя самолет задержался на час…

Времени совсем нет. Опаздываю. Целую.

Выхожу. Рубаха расстегнута. Ширинка хоть и в порядке, но со стороны смотреть – никаких сомнений, что там происходит.

– Петров, целую. До завтра.

Машина уезжает. Вот куда можно ехать, на ночь глядя?! Значит, не скоро вернется, раз не предлагает подождать?

Да и уезжает-то от мужчины, которого так хочет…

…Сколько слов. И можно поверить им. Но уехала.

Ну что за сука?

С первого раза у нас всё получается. С первого раза чувствуем друг друга…

Её близость – восхитительна. Её ласки – откровение. Её сильное тело податливо, требовательно и отзывчиво. Её вздохи – искренни. Её глаза уплывают. Её слова сводят с ума. Её удовлетворение – бесконечно… Она послушна… Я наслаждаюсь ею…

Почти беззвучно:

– Петров, почему ты не закрываешь глаза?

– Мне нравится смотреть на тебя. Видеть тебя.

Её руки притягивают, обнимают, просят, направляют.

Она задыхается. Шепчет.

– Петров… что ты делаешь? Как ты это?.. Ещё… да… милый мой…

…Мы отдыхаем…

– Петров, ты останешься?

– Да. С радостью…

– С радостью? – в её глазах смех.

Как ей объяснить? Никогда не оставался у женщин на ночь. Никогда не хотел. С ней – буду счастлив уснуть.

Провести ночь рядом. Проснуться. Позавтракать…

…Среди ночи касаюсь её плеча. Комната освещена – беззвучно работает телевизор. Свет и тени скользят по её телу. Целую. Глажу длинные густые волосы. В ночи они перепутались. Запускаю в них пальцы. Не хочу её разбудить – но отказать себе в радости прикосновения тоже не могу. Так много хочется ей сказать. Всё. Беззвучно шевелю губами. Скольжу ими по её шее… Дорогая… Любимая…

Оборачивается. Будто и не спала.

– Петров, а ты со всеми женщинами такой?

Теряюсь от прямоты вопроса.

– В смысле?

– Ну, ты со всеми такой нежный? – Не знаю. Надо у них спросить.

– И сколько их было?

– Зачем тебе это? Я с тобой. Мне хорошо. Я не виноват в том, что было раньше.

Утыкается в плечо. Целует. Приподнимается на локте. Заглядывает в глаза.

– Ненавижу их. Ты – мой. Даже когда был с ними, был моим…

…Я так хочу услышать эти слова вновь. Но в любой радости я найду, о чем жалеть. И я говорю глупость.

– А сколько у тебя было мужчин?

– М-м-м-м-м… пятеро…

– Не так уж много для взрослой девушки. И мне даже в чем-то приятно – десятого сложно запомнить, а пятого – вполне. Меня это устраивает.

– О-о-о-о-о! Ну тогда можешь вообще не переживать – ты не пятый. Четвертый.

Мир вокруг становится бесконечно большим, а я в нем маленькой точкой. Душа отделилас ...

Быстрая навигация назад: Ctrl+←, вперед Ctrl+→

По решению правообладателя книга «Жил-был стул и другие истории о любви и людях» представлена в виде фрагмента