Знание — сила, 2007 № 03

Знание - сила, 2007 № 03 (957)

Ежемесячный научно-популярный и научно-художественный журнал

Издается с 1926 года

«ЗНАНИЕ - СИЛА»

ЖУРНАЛ, КОТОРЫЙ УМНЫЕ ЛЮДИ ЧИТАЮТ УЖЕ 80 ЛЕТ!

ЗАМЕТКИ ОБОЗРЕВАТЕПЯ

Александр Волков

Oxytocin, dopamin и другие формы нормальной любви

Кажется, тот же Платон писал: «Любовь — тяжелый душевный недуг». Тысячу лет спустя на другом конце античной Ойкумены, в песках Аравии, Кайс ибн аль-Мулаввах — прославленный Маджнун — возглашал: «Я знаю, что любовь — безумие мое, что станет бытие угрюмее мое». Современные исследователи все чаще сравнивают острую влюбленность с навязчивым неврозом, переводя это прекрасное чувство в разряд болезней.

Влюбленный не может прожить дня без того, чтобы не позвонить своей пассии или не увидеть ее. «И еще вот что: отнимай у меня пятиалтынные. Увидишь: лезу в телефонный автомат, руки мне скручивай», — упрашивает приятеля герой повести Владимира Корнилова «Демобилизация». Но разве можно победить страсть? Это все равно, что пучками соломы перегораживать горную реку. Страсть пробьется, навяжет себя. Образ любимого человека неотступно преследует тебя, он насылается глубинами мозга, твоим подсознанием.

Действительно, с чисто биохимической точки зрения, влюбленный — к таковым можно отнести тех, кто не менее четырех часов в день думает о своей пассии, — тот же невротик. У обоих содержание в организме серотонина — медиатора, с помощью которого нейроны головного мозга контактируют друг с другом, — «болезненно» низко.

Это при усиленном выделении серотонина мы испытываем приятные ощущения. При понижении его концентрации мы обычно теряем душевный комфорт, впадаем в депрессию, нервничаем, становимся поникшими, скованными. Вот и влюбленные тоже чахнут от своей страсти — могут ночами не спать и теряют аппетит.

Выходит, «обезумевшие от любви» — больше, чем крылатая фраза. В любви все мы — немножко Маджнуны. «Надо и впрямь быть слегка чокнутым, — твердишь себе, — чтобы отказаться от спокойной, размеренной жизни и преследовать другого человека, добиваясь от него взаимности».

Серотонин

Мужской половой гормон тестостерон

Чокнутым? Томографические исследования показывают, что стоит нам увидеть любимого человека, и вот уже необычайную активность проявляют так называемые центры удовольствия — те участки мозга, что вызывают приятные ощущения, когда мы делаем что-то, что поддерживает в нас жизнь, например, едим или пьем. Даже один только взгляд на памятную фотографию становится для влюбленных в буквальном смысле слова «наслаждением». Не удивительно, что мы прямо-таки «западаем» на своего любимого, «пожираем» его взглядом. Одновременно подавляется активность тех участков мозга, что отвечают за отрицательные эмоции.

Может быть, поэтому влюбленные, несмотря на критически низкий уровень серотонина в их организме, вовсе не впадают в апатию и уныние, а буквально расцветают. Влюбленность действует на них как лучший антидепрессант.

Вот только «лекарство» это желательно принимать каждый день (и хочется: каждый час). Если любимой нет рядом, мы не знаем, куда деться, как прожить «эту неделю» без нее. Эта особенность, присущая нашей психике, обусловлена действием такого гормона, как дофамин, — он вызывает ощущение эйфории.

Так, американский антрополог Хелен Фишер, возглавляющая программу томографических исследований под названием «Физиология головного мозга людей, переживающих романтическую любовь», считает дофамин составной частью имманентного организму «приворотного зелья». Биологи твердят: «Больше дофамина — больше хорошего настроения».

Этот гормон заряжает нас энергией, превращает в отчаянных смельчаков, толкает на сумасбродные поступки и, главное, приковывает внимание к полюбившемуся человеку. «Безумие», охватывающее нас, помогает преодолеть врожденный страх перед «чужим». Вы готовы сутки напролет — да что там сутки? недели! месяцы! — добиваться его взаимности.

«Симптомы влюбленности можно сравнить с наркотической зависимостью, — отмечает Хелен Фишер, — ведь та тоже связана с повышенным выделением дофамина». Но сколько же будет длиться этот сон разума, эта невыносимая радость бытия?

На томографических снимках мозга влюбленных видно, как активизируются отдельные центры головного мозга (они отмечены светлыми кружками). Слевамозг женщины; Справамозг мужчины (у него проявляет активность зрительный центр)

Забавно, но популярные лекарства от депрессии по самой своей природе призваны заодно излечивать нас от любви. Они заметно повышают содержание серотонина в организме, а такое химическое состояние не совместимо с любовью. Вы можете радоваться жизни, весело болтать с новыми знакомыми, но вам не захочется видеть их вновь и вновь — вам не интересно думать о них каждый день и час. Вам остается лишь желать приятного механического раздражения определенных частей тела — скоротечного секса. Любовь же, как всякая болезнь, отступает под натиском лекарств, попутно лишая вас и неуловимого, непонятного ощущения счастья. Хороший антидепрессант — отнюдь не средство для романтики. Лишь когда прием препаратов прекратится, к людям возвращается способность любить. Любовь, быть может, и болезнь, от которой нечаянно даже изобретено лекарство, но вот лечиться от нее редко кому хочется.

Влюбленность часто путают с любовью, и это становится причиной бесчисленных драм, разбитых сердец и ошибочных решений, принимаемых сгоряча, в сердцах. В действительности, в широкой палитре чувств они находятся достаточно далеко друг от друга. Их природа совершенно разнится.

Влюбленность иногда проходит всего за несколько недель; розовые очки разбиваются, и ты впервые с равнодушием и досадой смотришь на того, кто еще недавно был так близок, чей голос, глаза, милая привычка кокетничать буквально сводили с ума. В лучшем случае угар влюбленности длится 2 — 2,5 года. Но вот и это время прошло. Пора расставаться?

На самом деле, это лишь рассеялся дофаминный чад, так долго круживший голову. Потом «острое состояние» (то бишь влюбленность) переходит в «хроническое» — любовь — или же, более или менее быстро, с всхлипами, ссорами, а то и при полном равнодушии обеих сторон угасает, лопается как мыльный пузырь. Так рушатся очень часто молодежные браки, наспех заключенные по первым, зачастую еще слабым признакам симпатии.

«Для одних людей это означает, что все хорошее прошло, и настала рутина — они все меньше разговаривают, отдаляются друг от друга, им хочется чего-то нового; для других же это — только начало, это рождение глубокой, долгой привязанности», — отмечает польский исследователь Януш Вишневский.

Если партнеры готовы и дальше продолжать отношения, а не выяснять их до полного разрыва, в их организме вновь происходит «химическая» революция. Вместо дофамина головной мозг начинает усиленно вырабатывать другие гормоны — окситоцин и родственный ему вазопрессин, а также эндорфины, вызывающие легкую эйфорию (последние схожи по своему действию с морфием). Эти вещества, циркулирующие в головном мозге человека, отвечают за чувство глубокой симпатии, которое мы испытываем к другим, вызывают сильную взаимную привязанность.

Эта гормональная перестройка знаменует переход от блаженной, но легковесной романтики к сложной, подлинно настоящей, зрелой любви — к гармонии партнерских отношений, пронизанных теперь мягкостью, интимностью, покоем, к всеохватной душевной близости любящих друг друга людей; психическое начинает доминировать над физическим, жажда единения — над страстью обладания. Ровные отношения двоих наполнены теперь множеством смыслов, открывшихся им в их близости.

Окситоцин, «гормон счастья», выделяется в больших количествах при нежных, ласковых прикосновениях; он проявляет себя всякий раз, когда между двумя людьми складываются устойчивые, доверительные отношения. Его избыток побуждает нас поглаживать, ласкать, целовать партнера, усиливает любовь к нему. Это весьма позитивный гормон. Именно благодаря ему после близости сглаживаются самые острые семейные конфликты.

По мнению исследователей, от числа окситоциновых рецепторов в мозге человека зависит его личная жизнь: чем меньше этих рецепторов, тем меньше радости человеку приносит супружество и тем меньше он способен на длительные отношения с партнером.

Окситоцин играет важную роль и в отношениях матери и ребенка. Он начинает бурно выделяться в головном мозге матери, стоит ей только прижать новорожденного малыша к груди; отвечает он и за выработку молока в материнском организме.

«С эволюционной точки зрения, окситоцин — очень древний гормон. Его можно обнаружить в организме даже таких примитивных животных, как дождевые черви, — отмечает австралийский биолог Ричард Айвелл. — В отношениях людей связь тоже устанавливается буквально на молекулярном уровне».

«Окситоциновый» период отношений может длиться всю жизнь, хотя прочных — пожизненных — гарантий семье не даст ни один ученый. «Мы созданы для двух противоположных вещей: мы готовы связать свою жизнь с другим человеком — и готовы вновь и вновь влюбляться в кого-то еще», — отмечает Хелен Фишер. Последнее способствует генетическому разнообразию человечества.

В принципе человек, как подчеркивают антропологи, по своей природе склонен к «серийной моногамии». Естественный срок отношений мужчины и женщины составляет примерно 4 года — время достаточное, чтобы постав ...

Быстрая навигация назад: Ctrl+←, вперед Ctrl+→