Облава

Облава

„ОБЛАВА“ М. ЛАЛИЧА

Не многие писатели так верны одной теме, как югославский писатель — черногорец Михаило Лалич. Все, что написано им после войны — романы «Свадьба» (1950), «Ненастная весна» (1953), «Разрыв» (1955), «Лелейская гора» (1957, 1963), «Облава» (1960), несколько сборников рассказов, в том числе недавно вышедший «Последняя высота» (1968), — то есть, за исключением нескольких рассказов и стихотворений, все его творчество связано с темой народно-освободительной антифашистской борьбы в Черногории.

Чем вызвана столь прочная привязанность к одной теме? Личным опытом писателя, в полной мере изведавшего превратности партизанской борьбы? Принадлежностью к народу, который столетиями воевал за независимость и национальное сознание которого складывалось в этой войне? И одно и другое обстоятельство играют заметную роль в творчестве М. Лалича. Но еще важнее то, что минувшая война вошла в его писательское мировосприятие как «сгусток жизни», если воспользоваться выражением, употребленным в «Облаве», как крутой перелом истории, на котором отчетливее всего обнажается подлинная сущность людей и конфликтов.

Война неизменно служит для М. Лалича исходной ситуацией, позволяющей показать человека во всей его сложности и неоднозначности. Ибо М. Лалича интересуют не события войны сами по себе, а главным образом человек, участник этих событий. На протяжении всего своего творчества писатель решает вопросы, с большой остротой вставшие перед всей европейской литературой, связанной с опытом антифашистского Сопротивления, — о сущности человеческой природы и общественной сущности человека, об исторической обусловленности поведения человека и о личной ответственности каждого за свои решения и поступки. Книги М. Лалича, построенные на конкретно-историческом материале народно-освободительной борьбы в Югославии, привлекают внимание читателя к философским и морально-этическим вопросам, имеющим важный смысл для современности.

В произведениях М. Лалича человек всегда рассматривается в драматический, критический момент его существования.

Партизанская война предъявляла особые требования к каждому участнику. Партизан часто действовал не по приказу командира, а по велению совести, он не всегда имел возможность опереться на товарищей. Как правило, М. Лалич сосредоточивает внимание на человеке, который в силу обстоятельств остается один и действия — или бездействие — которого зависят только от него самого, от его убеждений, от его понимания долга. Такая ситуация, нередкая в условиях партизанской борьбы, дает писателю дополнительные возможности выяснения интересующих его вопросов.

Всем содержанием своих книг, судьбами многих людей М. Лалич показал, что во времена общенародных потрясений каждый человек оказывается перед необходимостью определить свое место в борьбе. Делая выбор, человек преодолевает не только внешнее, но и внутреннее сопротивление — страх за свою жизнь, эгоизм, себялюбие. В романах «Ненастная весна», «Разрыв», «Лелейская гора» внимание писателя сосредоточено на жестокой проверке, которой подвергали человека война и оккупация, на становлении личности в тяжелейших условиях борьбы и моральной деградации тех, кто не смог выдержать эту проверку. Проблема выбора ставится М. Лаличем с абсолютной бескомпромиссностью: человек должен занять свое место в борьбе с фашизмом. Среднего решения быть не может.

Проблема выбора осмысляется в современной литературе самых разных направлений. На этой проблеме сталкиваются различные философские точки зрения. В то время как литература, связанная с философией экзистенциализма, признавая необходимость выбора и даже действия, сводит их исключительно к индивидуальному плану, к проявлению свободы личности и отрицает общественный смысл действия, для писателей социалистического мировоззрения критерием является именно общественная обусловленность поведения человека.

М. Лалич, рассматривая человека, его возможности, его поведение в период важнейших общественных событий, выдвигает в своем творчестве ряд общих с экзистенциализмом проблем. Проблем, но не решений. Решения же, которые он предлагает, по существу являются художественной полемикой с экзистенциализмом.

То, что история входит в жизнь всех людей, определяя, а порой ломая отдельные судьбы, сейчас не является предметом спора. И для М. Лалича это несомненно. Но так же несомненна для него и обратная зависимость: историю делает каждый, каждый человек ответствен перед собой и перед историей за свои поступки — и за бездействие тоже. Признавая безусловный характер зависимости человеческой личности от истории, М. Лалич в то же время далек от ощущения того, что человек всего лишь песчинка в буре, что им безраздельно управляют обстоятельства. Он подчеркивает ответственность человека за любой поступок, за его последствия для всех. На первый план выдвигается вопрос значительности, самоценности человеческой личности.

Всесторонне анализируя характер взаимосвязи истории и личности, М. Лалич утверждает человека социального, человека исторического. Именно с позиции утверждения человека во всей совокупности его общественных связей и вытекающих отсюда индивидуальных, общественных и политических функций писатель обращается к интересующим его в первую очередь вопросам морали. Моральный аспект рассмотрения проблемы человека на войне в творчестве М. Лалича неотделим от вопроса активности личности.

Произведения М. Лалича составляют единое целое, их объединяет общее место действия, близость действия во времени, общий круг действующих лиц, из которых то одно, то другое выступает на первый план, и главное — их объединяет единство темы. Это тема человеческой солидарности как условия победы, одиночества как источника поражения и гибели. Если Тадия Чемеркич в «Свадьбе» был олицетворением воли, силы, морали коллектива, то на судьбе Нико Доселича, главного героя романа «Разрыв», показана обреченность человека, утратившего связь с коллективом и веру в него. В тяжелый период партизанской войны, не выдержав поражения, гибели товарищей, изоляции, Нико Доселич сдается в плен. Его перегоняют из лагеря в лагерь, он видит бесчисленные расстрелы и убийства, ему самому на каждом шагу угрожает смерть, и он становится безвольной жертвой насилия. Он не верит больше ни в кого и ни во что. Хотя впоследствии обстоятельства меняются и Нико Доселич вновь попадает в партизанскую бригаду, он уже не в состоянии преодолеть внутреннюю пустоту и неверие. Партизан, коммунист, утративший ощущение единства людей, связанных общими идеалами, показывает М. Лалич, обречен. Моральное крушение становится причиной его физической гибели.

Человек показан у М. Лалича во всей сложности его проявлений. В одном из своих интервью писатель высказался против поверхностного, фактографического описания «видимой реальности», против сведения многообразия человеческих чувств и разносторонности характеров «к одной-единственной страсти политического убеждения». М. Лалич назвал такой упрощенный подход «компрометацией реализма». Настоящий реалист, считает писатель, не может пренебречь действием тех, не всегда подвластных разуму сил, «которые своими сложными путями разжигают страсти, приводят к столкновениям между людьми и в душе одного человека, иногда разрушают то, что было монолитным, иногда соединяют то, что выглядело несоединимым, создавая бесконечную пестроту человеческих характеров». Стремясь разобраться в неоднозначных, порой противоречивых явлениях, обнаружить истоки самых сокровенных чувств человека, М. Лалич, однако, никогда не изменяет общественному критерию. Моральная сущность человека, по его понятию, неразрывно связана с его общественной сущностью. То, как человек осознает свой общественный долг, отражает и его нравственную сущность. И измена общенародному делу — это прежде всего нарушение нравственного долга.

Этим утверждением устанавливается естественная связь между партизанской, революционной моралью нового времени и нравственным кодексом народа, сложившимся в вековой борьбе за независимость. Слова старого крестьянина в «Свадьбе», обращенные к малодушному племяннику: «Род наш позоришь и партию свою», показывают, как мораль патриархального братства в сознании народа сливается с партизанской моралью. Общее, исходное для них — прославление мужества, свободолюбия, товарищества. Эти качества, которые всегда были мерилом человеческой ценности в народном сознании, превыше всего ставятся и М. Лаличем, ими определяется концепция человека, которую писатель создает в своем творчестве.

В романе «Лелейская гора» — этот роман, как и «Свадьба», известен советскому читателю[1] — тема человеческой солидарности рассматривается в ином аспекте, чем в «Разрыве».

В центре здесь судьба знакомого уже по другим произведениям Ладо Тайовича. Стечением обстоятельств Ладо Тайович остается один в том мрачном краю, ставшем в воображении народа обиталищем Дьявола, где скрывался раньше Нико Доселич, откуда, сломленный одиночеством, он добровольно ушел в четническую тюрьму. Ладо проходит через те же испытания — голод, раны, бесконечные облавы, сомнения в целесообразности своей борьбы. Один в кольце врагов, Ладо переживает тяжелый внутренний кризис. Являющийся ему Дьявол — это и обманчивый призрак расстроенного воображения, и образ, воплотивший в себе сомнения героя ...

Быстрая навигация назад: Ctrl+←, вперед Ctrl+→