Гремлин. Первый шаг

Алешко Алексей

Гремлин. Первый шаг

Глава 1

Трактир селения Флейпур, где-то на полпути из Кейпа в Айза-Айза.

Сион-инспектор нур-Сайва Антор торчал в этой забытой богами дыре третий день. — Зато выспался. — Пробормотал он, уронил на грудь надоевшую книгу и принялся разглядывая дощатый потолок небрежно вымазанный белой известью.

Дождь лил уже неделю и прекращаться в ближайшее время, судя по всему, не планировал. Дороги, если можно так назвать редкие в этой болотистой местности гати, превратились в реки, переправы закрыты, а Шагнуть отсюда в расположенный всего в 250 виригах[1] Айза-Айза не получится из-за слишком сильного теллурического[2] фона словно туман разлившегося от обиталища гремлинов — горного массива Айзаваррат, над всеми северными болотами Желтого континента и перекрывающего путь в более цивилизованные провинции. До Флейпура еще худо-бедно добрался, а дальше и думать нечего. Одна отрада: трактир очень пристойный для этой глухомани, хоть и единственный. Спокойный, с приличными гостевыми комнатами, неплохой кухней и, что самое главное: отставным гвардейцем трактирщиком понимающим, что первый враг усталого путника — блохи, клопы, комары и прочие кусающие, ползающие и с нудным писком летающие насекомые. Пусть кровать и не застелена свежим бельем, а сено в матрасе давно слежалось, но амулет защищающий от мелких паразитов всегда заряжен и работает как положено.

Антор потянулся, с неудовольствием отметив пару щелкнувших суставов, отложил в сторону книгу и встал с постели. Не зная чем еще себя развлечь прошелся по кругу в единственной комнате лучшего трактирного номера. Кровать, четыре шага — дверь с прибитыми возле нее в качестве вешалки рогами не пойми какого зверя. Четыре шага влево — здоровенный, кованый широкими металлическими полосами сундук с двумя большими висячим замками. В таком можно императорскую казну возить. А может когда и возили, сейчас же он использовался для хранения запаса белья и запирался со всем тщанием исключительно по хозяйской, вбитой тридцатью годами службы, армейской привычке: все что закрывается, должно быть закрыто! Еще четыре шага — грубый, но добротно сработанный стол напротив единственного окна. Антор бросил взгляд на валявшееся на столе предписание, еще раз пробежал короткий казенный текст и недовольно поморщился.

«Сион-инспектору Антору нур-Сайва от Сион-куратора нур-Патех Лугана.

Получены данные о контакте отряда охотников с гремлином. Встреча произошла в пятидесяти виригах к востоку от Кейпа. Гремлин был один, агрессии не проявлял. Помог охотникам выбраться из болот и оставив их на опушке возле домика травницы, что в двух виригах от хутора Проха Кувая. Ушел на запад, предположительно в направлении порта Свиллтун.

Приказываю: прочесать местность от селения Айза-Айза до порта Свиллтун с целью проверки информаци, а при её подтверждении, розыска гремлина. При обнаружении, вступить в контакт и доставить существо живым в Центральную Сион-Академию.»

Антор грустно вздохнул, постучал пальцами по валявшейся рядом книге присланной вместе с предписанием: «Гремлины. Аналитическое эссе. Секретно.» Бухнулся на кровать и наблюдая за лениво ползущими по стеклу каплями задумался.

Хам его дернул поспешить и плыть в Свиллтун, а не подождать пару недель корабля до Бентиника, теперь вот: бегай, лови этого Хамова гремлина, которого может и нет вовсе. Вообще гремлинов в этой местности видели регулярно, вот только каждый, дотошно проверяемый случай вновь и вновь оказывался пустышкой. То перебравшему пьянчуге гремлин померещится, то из Пустого леса тварь какая забежит, но, но, но — обязан. В любом случае попасть на хутор Кувая и побеседовать с охотниками надо. Он еще раз потянулся прислушиваясь к себе: сырость всегда не лучшим образом сказывалась на его поврежденной при схватке с контрабандистами пять лет назад спине. Больше ничего не щелкнуло. Покосился на висящий в углу да так и не высохший со вчерашнего дня плащ, вздохнул и вернулся к анализу прочитанного.

Последний раз настоящего гремлина видели более ста лет назад, тот вышел из болота недалеко от селения Айза-Айза, где и был убит с перепугу местными жителями. Потом ими же сожжен. Идиоты. Хотя чего еще ждать от полуграмотных крестьян? В Академии знают практически все о каждой выжившей в Великой Войне расе. Все изучены, препарированы и по сто раз описаны в толстых фолиантах кабинетных ученых. А про гремлинов ничего. Совсем ничего. Если не считать тех крупиц достоверных данных, что удалось получить по остаткам скелета сожженного гремлина: гуманоидное существо с чуть удлиненными руками, мощным челюстным аппаратом с полутора сотнями мелких, острых зубов расположенных в два ряда. В остальном человек-человеком, только вместо ребер мощные костные пластины внахлест. Рост: полтора маха, но это ни о чем не говорит. Может это ребенок был, сбежавший из под присмотра. А может карлика изгнали чтоб породу не портил. Или наоборот, гиганта. Предполагать можно всякое. Да и все остальное, только предположения и обрывочные сведения собранные с избранных купцов которых те подпускают к своим воротам.

Живут в пещерах небольшого, всего пятьдесят вириг в диаметре, горного массива Айзавайрат в самом центре Желтого континента, других мест обитания не обнаружено. Горы, предположительно, имеют внутренний оазис на поверхности. Проверить предположение не удается так как взлететь над горами не получает ни на чем из-за слишком сильного теллурического фона.

— Предположения, предположения и еще раз предположения. — Пробурчал он удобнее устраивая опять заболевшую спину на кровати.

Предположение родилось из списка запрашиваемых ими на обмен товаров — только дерево. Все. Ни тканей, ни продуктов, ни металлов, ни камней. С ископаемыми-то понятно, в их горах вполне может быть все что угодно, в отличии от деревьев, но отсутствие в списке продуктов — не понятно. Да и сама торговля происходит странно: только один раз в год и только через один вход, Северный.

Всего входов четыре, названных по сторонам света, но остальные открытыми никто никогда не видел. Они есть. Их и так видно, да и найти не сложно по остаткам древних, упирающихся в них дорог. Вот только не открываются они никогда. Даже никаких упоминаний об этом нет. Но входы есть. Значит когда-то были нужны и открывались. А теперь закрыты. Почему? Когда их закрыли? Из-за чего? Да и с единственными открывающимися все очень не просто: они открываются на короткое время обмена товарами и только в строго определенный день.

Антор приподнялся и взглянул на стол: в тарелке, что раньше была наполнена фруктами сейчас ютились одни огрызки. Он закрыл глаза и попытался представить себе описанные в книге ворота, если можно назвать воротами уползающую под землю каменную глыбу своим размером не уступающую всему гостевому корпусу Академии. Из кромешной темноты исполинского зева вылетает канат за который привязываются загруженные деревом телеги и вереницей, потрескивая колесами, затягиваются в темноту. Ровно сто шестьдесят штук. Ни больше и не меньше, из года в год. По сорок телег от каждой из четырех допущенных к торговле купеческих семей. Потом из проёма выезжает самоходная платформа с изделиями гремлинов. И тишина. Ни криков приказчиков, ругани и суеты рабочих, ни звона амуниции охраны. Ничего. Ничего не слышно и никого не видно.

При этом торговля осуществляется только с четырьмя купеческими семьями выбранными гремлинами лишь по им одним известным параметрам сотни, если не тысячи, лет назад. Сионы-аналитики изучили семьи допущенных к торговле с ними купцов до двадцатого колена, сравнили сотни параметров, но ничего общего не нашли. «Вот так, таков порядок» — единственный ответ который от них смогли получить. А откуда этот порядок, кем заведен, как строился — неизвестно. Все потеряно в тумане древних войн и последовавших за ними смутных времен.

А уж сколько попыток проникнуть внутрь было — неисчислимо! И через горы лезли, и к входам подходить пытались, и с армиями и с мирными миссиями, с дарами и песнями. Безрезультатно. В телегах прятались. И сионы и обычные авантюристы. И так и обвешавшись всеми мыслимым амулетами, результат один: смельчака неумолимо выдавливало из телеги этим странным фоном предварительно переломав о бревна все кости отчаянного бедолаги. Один деятель догадался подкатить катапульту к открывшемуся входу и выстрелить собой в открытый зев гигантских ворот. Ноль! Шмякнулся, как муха в патоку и висел пока ворота не закрылись, потом был выдавлен наружу, за пределы фона, как и многие до него.

Пробовали в бревнах амулеты прятать, самые разные: подслушивающие, подглядывающие, производящие различные колебания — вдруг на фон подействует и он станет проницаем. Просто с посланиями, проклятиями, взрывающиеся, отравляющие и прочие, прочие, прочие. Сотни и сотни видов, форм и принципов работы. Все безрезультатно. Еще и гремлины, словно издеваясь, все подкладываемые амулеты аккуратно возвращали. Разряженными, но не сработавшими. Лучшие сионы-артефакторы бились над этой задачей три сотни лет. И ничего. А потом всем надоело и про гремлинов забыли оставив и их и таскающих к ним бревна купцов в покое. Даже сторожевой пост стоявший около входа сотни лет убрали. Толку от него никакого, все равно ничего не происходит.

Кстати, куда им столько древесины — тоже непонятно. Проанализировав объемы дерева утащенные под землю за почти шесть сотен лет задокументированной торговли, сионы-аналитики вычислили, что если все это сжечь, слой пепла скрыл бы под собой и гору гремлинов и все окрестности. Было одно смелое предположение, основанное на информации из древних гримуаров, что сионы древности могли управлять материей: сжимать её, менять формы и свойства, а то ...

Быстрая навигация назад: Ctrl+←, вперед Ctrl+→