Три кварка
Бывший физик, а ныне инженер-строитель Андрей Фомин случайным образом попадает из 2012-го года в 198
1%

Читать онлайн "Три кварка"

Автор Тимофеев Владимир

Владимир Анатольевич Тимофеев

Три кварка (из 2012-го в 1982-й)

Пролог

18 сентября 1985 г. Остров Кипр. Айя-Напа

– Добрый вечер, сэр. Вы позволите?

Сидящий в кресле мужчина отставил в сторону недопитый коктейль и окинул взглядом склонившуюся над столиком девушку.

– Садитесь, мисс. В ногах правды нет, – произнес он спустя секунду-другую, указывая на соседнее кресло.

– Спасибо, – поблагодарила черноволосая красавица в блузке с логотипом отеля, усаживаясь рядом и выкладывая на стол бумаги. – Вы ведь только сегодня приехали? Да?

– Сегодня, – улыбнулся мужчина, приглаживая короткую стрижку. – Мисс…

– Анна. Анна Смирну, – представилась девушка, правильно истолковав устремленный на нее взгляд. – А вы…

– Майкл Мэр. Если не возражаете, можно просто… Майк.

– Не возражаю, Майк, – рассмеялась Анна, отбрасывая упавший на лицо локон. – Так даже лучше.

– Почему? – удивился Майк.

– Потому что имена у нас очень похожие.

– Анна и Майкл? – приподнял бровь мужчина.

– Я имею в виду «вторые имена», – ответила девушка. – Англо-саксонское Myrrh и греческое Smyrnou происходят от общего корня. Библейской мирры – одного из даров, переданного Иисусу волхвами.

– Вот как? Хм, никогда об этом не думал, – покачал головой сидящий напротив и мысленно усмехнулся. Да уж, его собеседница попала в самую точку. По всей видимости, даже не догадываясь, насколько она права. Их «вторые имена», то бишь фамилии… настоящие фамилии… были не просто схожи по происхождению – они и звучали почти одинаково. Анна Смирну и Михаил Смирнов. Смирнов Михаил Дмитриевич, двадцати восьми лет отроду, званием капитан, по должности – сотрудник 5-го отдела Управления «С» ПГУ КГБ СССР.

Впрочем, в настоящий момент Михаила действительно «звали» Майкл. Майкл Мэр, военный корреспондент (внештатный, разумеется), постоянно проживающий в западногерманском Мюнхене и пишущий… Ну да, время от времени и впрямь пишущий для пула англоязычных газет небольшие заметки о буднях военнослужащих американской и британской армий.

Сюда, на Кипр, он прибыл как раз для того, чтобы взять интервью у одного из офицеров Ее Величества. Британская военная база располагалась неподалеку, в десяти с небольшим милях от Айя-Напы, и потому отбывающие там службу бойцы частенько наведывались в отель старого Адомаса на берегу Нисси-Бэй. Попить в баре пивка, позагорать, поплавать, посмотреть трансляции футбольного матча, провести ночь с какой-нибудь заезжей красоткой…

Короче говоря, формальная причина поселиться на пару деньков в популярном отеле у «мистера Мэра» имелась. Такая, что вряд ли кто подкопается. Но фактически… Фактически у него была совершенно иная задача. Забрать закладку. Из кадки с пальмой, что стояла на выходе из пляжного бара. В течение часа между девятнадцатью и двадцатью ноль ноль текущего дня. Не позже, но и не раньше. Кто именно являлся контактом, Михаил не знал и знать не хотел. Им мог быть кто угодно из входящих в открытую всем ветрам, не жалующуюся на отсутствие клиентов «таверну». А поскольку часы показывали всего лишь половину восьмого, времени на выполнение задания оставалось достаточно. Полчаса, как минимум. Так что можно было пока никуда не спешить и послушать, о чем говорит эта весьма симпатичная девушка. Или скорее… красавица. Настоящая красавица. Похожая на богиню из греческих мифов, родившуюся, по легенде, где-то поблизости. Из пены прибоя.

– Вы здесь со всеми так? – поинтересовался советский разведчик у Анны, прерывая ее монолог.

– Как так? – осеклась девушка, взмахнув ресницами, с удивлением глядя на Майкла.

– Ну-у… интересуетесь, кто, откуда. А потом рассказываете, где, что.

Девушка смутилась на миг, но тут же оправилась, переходя в «контратаку»:

– Видите ли, Майк. Я здесь уже второй год работаю менеджером по персоналу. И одна из стоящих передо мной задач – помочь каждому новому гостю освоиться в нашем отеле. Ввести в курс, рассказать о правилах и традициях, побыть немножечко гидом. Чтобы не было потом лишних вопросов, чтобы…

– Простите, Анна. Я был неправ, – мягко улыбнулся мужчина, жестом останавливая собеседницу. Однако та не успокаивалась, продолжая говорить. Чуть тише, но с едва заметной обидой в голосе:

– Извините, Майк. Я просто… просто я увлеклась. Но если вам что-то не нравится, я могу уйти и…

– Не надо уходить. Мне нравится, – вновь перебил ее Майкл, накрывая ладонью ладонь порывающейся встать девушки. – Не надо никуда уходить. Мне на самом деле очень приятно вас слушать. Смотреть, кстати, тоже. Вы… очень красивая, Анна. Простите.

– Да? – несколько невпопад произнесла гречанка. Руки, впрочем, не убирая. И уже не пытаясь уйти. Только хмурясь немного, видимо, на что-то решаясь. Мысленно.

– Я вас прошу, Анна. Побудьте немножечко моим гидом. Хотя бы на сегодняшний вечер.

– Но… но… – девушка потеребила лежащую на столе стопку рекламных проспектов, стрельнула исподлобья глазами и… – Хорошо, Майк. Но только не сейчас, я на работе.

– А когда?

– В половине девятого, если… если ничего не случится и если вы никуда не торопитесь.

– Не тороплюсь. Времени у меня… – мужчина, смеясь, обвел глазами расстилающуюся до горизонта водную гладь. – Времени у меня целое море.

– А вы, Майк, поэт, – лукаво заметила Анна, возвращая улыбку. – В таком случае ждите меня вон там, на мысе. Через час. Как? Дождетесь? Не испугаетесь?

– Дождусь обязательно, – заверил разведчик, отпуская, наконец, девичью руку. – И не испугаюсь. Хотя таких, как вы, честно скажу, нельзя не бояться.

Девушка хмыкнула, но отвечать на выпад не стала. Поднявшись с кресла, она забрала бумаги и, кивнув на прощание, удалилась. Михаил проводил ее взглядом, любуясь ладной фигурой, вздохнул и, сосчитав мысленно до двадцати, тоже направился к выходу. Правда, возле самой двери он неожиданно остановился и, чертыхнувшись с досадой, принялся разглядывать развязавшийся на ботинке шнурок. Поставив ногу на кадку с пальмой, мужчина зашнуровал туфлю, отряхнул пыль, выпрямился. Небольшой, напоминающий пальчиковую батарейку контейнер переместился из кадки в правый карман укороченных брюк, больше похожих на длинные шорты.

«Ну что ж, дело сделано. Никто ничего не заметил… как будто. А теперь…»

Теперь можно было идти на каменный мыс. Дожидаться красавицу. Ту, что являлась во сне. Странном сне, приходящем нежданно. По нескольку раз в году. Вещем, заставляющем верить во всякую чертовщину. В мечту. В мечту о нечаянной встрече. Той, что не произойдет никогда. Той самой, что случилась сегодня. Только что. Минуту назад. Прямо здесь. В маленьком пляжном отеле. У синего-синего моря.

Часть 1. Нарушение четности

Глава 1

Из сообщения пресс-службы МЧС 29.08.2012 г.

«Сегодня на северо-западе Москвы около 14 часов на участке городской электрической сети произошел резкий скачок напряжения с последующим отключением потребителей от межрайонной подстанции. В результате сбоя электроснабжения несколько жилых домов остались без света. Причины аварии выясняются сотрудниками Московской электросетевой компании. Возобновление подачи электроэнергии ожидается не позднее 20:00… В Национальном Исследовательском Центре «Курчатовский Институт» был прерван ряд экспериментов. Один человек пострадал. По факту произошедшего в Следственном Комитете рассматривается вопрос о возбуждении уголовного дела по статье… Все городские службы, наземный и подземный общественный транспорт функционируют в обычном режиме…»

* * *

В тот день, 28 августа, мы с Алексеем, нашим генеральным директором, битый час обсуждали в конторе два извечных русских вопроса. Кто виноват и что делать? За последние четыре года объем работ в нашей строительной фирме сократился раз в пять или шесть, и сейчас мы буквально домучивали последний объект. Заказчик, как водится, экономил – под завершение строительства денег всегда не хватает, а количество непредвиденных работ, наоборот, растет едва ли не по экспоненте. Однако главное было не в этом, а в том, что новые заказы отсутствовали как класс и ближайшая перспектива выглядела теперь весьма и весьма туманной. Участие в бюджетных тендерах показало нашу полную несостоятельность на фоне действий конкурентов, умудряющихся снижать начальную цену на двадцать-тридцать, а иногда и на все пятьдесят процентов. «Клуб самоубийц! – как в сердцах выразился один из коллег по несчастью. – Без аванса, ниже себестоимости, да еще и с обеспечением. То ли больные все на голову, то ли хитрожопые без меры». Старые клиенты расставаться с деньгами тоже не слишком спешили, видимо, ожидая лучших времен и потому отказываясь от своих строительных планов.

Мне же как главному инженеру обиднее всего было то, что коллектив рабочих и ИТР [1], с таким трудом выпестованный за предыдущие четырнадцать лет, прошедший огонь, воду и медные трубы, начинал потихоньку разваливаться. Те, кто слышал одни лишь красивые фразы о светлом будущем, постепенно переставали доверять руководству. Особенно после очередной, девятой или десятой по счету, задержки и так уже урезанной до минимума заработной платы.

Однако возразить генеральному по существу мне было нечего – большую часть людей надо или увольнять, или отправлять в длительный отпуск без содержания. Сами-то мы: и директор, и я, плюс еще два зама, Михаил Дмитриевич и Владимир Иванович (один по безопасности, второй по финансам), – зарплат и бонусо ...

Бывший физик, а ныне инженер-строитель Андрей Фомин случайным образом попадает из 2012-го года в 198
1%
Бывший физик, а ныне инженер-строитель Андрей Фомин случайным образом попадает из 2012-го года в 198
1%