Из уцелевших воспоминаний . Книга I

А. Н. Наумовъ

ИЗЪ УЦѢЛѢВШИХЪ ВОСПОМИНАНІЙ

1868-1917

ВЪ ДВУХЪ КНИГАХЪ

Книга I

Изданіе А. К. Наумовой и О. А. Кусевицкой

Нью-Іоркъ 1954

Copyright, 1954, by Mrs. Anna Naoumoff

Printed in the United States of America

All rights reserved. No part of this book may be reproduced in any form without the permission of the Publishers.

Russian Printing House. 505 East 175 Str. New York 57, N. Y

ПРЕДИСЛОВІЕ.

Во исполненіе воли покойнаго моего мужа, Александра Николаевича Наумова, воспоминанія его опубликовываются послѣ его кончины.

А. Н. скончался 3-го августа 1950 года, въ Ниццѣ, на 82-мъ году своей жизни. Съ ранней юности до послѣднихъ лѣтъ онъ велъ записи — кратко заносилъ событія прошедшаго дня въ свою тетрадку.

Вся жизнь А. Н. прошла въ служеніи Родинѣ, а когда прекратилось это активное его служеніе и начались годы эмиграціи, онъ свою душевную потребность и внутреннюю дисциплину вложилъ въ свои записи и работу надъ воспоминаніями. На всѣхъ путяхъ своихъ, — земскимъ ли начальникомъ, уѣзднымъ ли, позднѣе губернскимъ, предводителемъ дворянства, выборнымъ ли отъ земства въ Государственный Совѣтъ, на послѣднемъ ли посту своемъ министра земледѣлія, А. Н. шелъ прямой дорогой, отдаваясь всецѣло своему долгу и дѣятельности.

Закончивъ во Франціи свои Воспоминанія, мой мужъ, по совѣту генерала Н.H.Головина, сдалъ рукопись ихъ въ 1937 году на храненіе въ Хуверскую Библіотеку (Hoover War Library, Stanford University, California).

Воспоминанія моего мужа появляются въ сокращенномъ изданіи и раздѣлены на два тома: первый, названъ имъ самимъ — „Изъ уцѣлѣвшихъ Воспоминаній”; второй, имѣющій выйти въ формѣ Дневника, будетъ заключать въ себѣ записи о событіяхъ уже пореволюціоннаго періода, доведенныя до конца 1920 года. Интегральный текстъ записокъ остается доступнымъ въ Хуверской Библіотекѣ всякому изслѣдователю историческаго прошлаго Россіи.

Въ бумагахъ моего мужа были мной найдены такія, его рукой занесенныя, слова, которыми я оканчиваю мое краткое предисловіе:

„Что объединяетъ наше Россійское зарубежье, какой душевный порывъ насъ не оставляетъ ни днемъ, ни ночью: „Господи, спаси Россію.” Ей, нашей Родинѣ, присвоено было когда-то наименованіе „Святая Русь”, — и молитва о ней пребываетъ въ сердцахъ всѣхъ, „изгнанныхъ правды ради”.

Анна Наумова

ЧАСТЬ I

ДѢТСТВО. ГИМНАЗИЧЕСТВО. СЕЛО ГОЛОВКИНО.

1

Появился я на Божій свѣтъ въ ночь съ 20 на 21 сентября (ст. ст.) 1868 года въ гор. Симбирскѣ въ такъ называемомъ „Ермоловскомъ” домѣ — большомъ двухэтажномъ каменномъ особнякѣ, стоявшемъ на видномъ мѣстѣ Московской улицы.

Родителями моими были — Николай Михайловичъ Наумовъ и Прасковья Николаевна, урожденная княжна Ухтомская. Тотъ и другая принадлежали къ стариннымъ русскимъ родамъ.

Наумовы ведутъ свое происхожденіе отъ родоначальника Наума, сына Павлина, выходца изъ „свицкихъ земель”, вступившаго на службу въ XIV столѣтіи къ Великому Князю Симеону Гордому. Послѣдующія поколѣнія Наумовыхъ въ лицѣ своихъ представителей являли собою безпрерывную серію служилыхъ русскихъ людей такъ или иначе привлеченныхъ къ дѣлу собиранія и строительства россійской земли и государственности. Многіе изъ нихъ состояли въ числѣ лицъ въ той или иной степени приближенныхъ сначала къ Великокняжескому, затѣмъ Царскому и, наконецъ, Императорскому Престолу, а одинъ изъ моихъ предковъ, стольникъ Наумовъ, значился въ спискѣ избирателей на русское царство Михаила Ѳеодоровича Романова.*

[*Рѣшивъ документально возстановить древнее дворянское происхожденіе нашего рода, я обратился въ 1910 г. къ Д. С. С. Георгію Андреевичу Кондратьеву, занимавшему въ то время должность Управляющаго Канцеляріей Особаго Отдѣла при Министерствѣ Внутреннихъ Дѣлъ по дворянскимъ дѣламъ. Благодаря его энергичной работѣ въ теченіе двухъ лѣтъ, упорнымъ поискамъ въ разныхъ центральныхъ учрежденіяхъ и архивахъ — удалось собрать чрезвычайно цѣнный и интересный матеріалъ, касавшійся происхожденія и исторіи рода Наумовыхъ, который былъ обстоятельно систематизированъ, приведенъ въ соотвѣтствующій порядокъ и при особомъ прошеніи за моей подписью представленъ въ Сенатъ на предметѣ" полученія Высочайшей Грамоты на внесеніе нашего рода въ шестую часть родословныхъ книгъ Самарскаго Депутатскаго Собранія.

Основой подобнаго ходатайства передъ Сенатомъ и Монархомъ должно было быть документально обставленное указаніе на то, что этотъ родъ (Наумовыхъ) владѣлъ своими родовыми помѣстьями еще за два столѣтія до Жалованной Грамоты Императрицы Екатерины II, каковое доказательство упомянутому Кондратьеву удалось установить, благодаря чему собранный имъ матеріалъ не только касался персональной служилой характеристики нашихъ предковъ, но вмѣстѣ съ тѣмъ, широко обнималъ всю послѣдовательную исторію ихъ земельныхъ владѣній и всего ихъ хозяйственнаго уклада.

Въ результатѣ вышеозначенныхъ работъ и ходатайствъ состоялся Сенатскій Указъ по Департаменту Герольдіи о внесеніи нашего рода въ VI часть родословныхъ книгъ Самарскаго Депутатскаго Собранія и мною получена была соотвѣтствующая Высочайшая на то Грамота.]

Какъ было упомянуто мною выше, происхожденіе рода Наумовыхъ относится ко времени княженія Симеона Гордаго. Затѣмъ потомство этого рода получило значительное развѣтвленіе въ шести губерніяхъ Европейской Россіи.

Приволжская вѣтвь Наумовыхъ ведетъ свое начало со времени пожалованія Царемъ Алексѣемъ Михайловичемъ стольнику Даніилу Наумову обширнаго помѣстья въ мѣстности, прилегавшей къ луговой сторонѣ р. Волги, называвшейся въ то время „Казанской четью”, которая нынѣ соотвѣтствуетъ землямъ, расположеннымъ въ южной части Спасскаго уѣзда Самарской губерніи.

Въ описываемое мною время, т.е., ко дню появленія моего на Божій свѢтъ, Наумовскія помѣстья, послѣ ряда семейныхъ перемѣнъ и связанныхъ съ ними земельныхъ мобилизацій, сосредоточились въ Поволжьѣ главнымъ образомъ — въ Спасскомъ уѣздѣ Казанской губ. при с. Кокряти и въ Ставропольскомъ уѣздѣ бывш. Симбирской губ., нынѣ Самарской, при селахъ: Головкинѣ (— Богоявленское тожъ) и Репьевкѣ (— Архангельское тожъ) съ прилегавшими къ нимъ деревнями и хуторами. Кокряти и Головкино принадлежали моимъ дѣдамъ, роднымъ братьямъ: первое — Евграфу, второе Михаилу Михайловичамъ Наумовымъ, а землями при с. Peпьевкѣ владѣлъ Павелъ Алексѣевичъ Наумовъ, двоюродный братъ вышепоименованныхъ.

О Михаилѣ Михайловичѣ Наумовѣ остались у меня сравнительно ясныя воспоминанія, такъ какъ онъ скончался въ г. Симбирскѣ въ 1880 году, т. е., когда мнѣ было 12 лѣтъ.

Какъ сейчасъ помню его грузную фигуру, старчески-сгорбленную, но съ характерными очертаніями энергичнаго, властнаго лица, носившаго всѣ признаки былой красоты, что съ несомнѣнностью подтверждали сохранившіеся въ семьѣ портреты моего дѣда въ молодости.

Родившись въ 1800 г., Михаилъ Михайловичъ, какъ и подобало столбовому дворянину его времени, сначала проходилъ военную службу, будучи офицеромъ Лейбъ-Гвардіи Коннаго полка. Дослужившись до чина полковника, дѣдушка осѣлъ на землю, переѣхалъ жить въ свое родовое помѣстье при селѣ Головкинѣ, перемѣнивъ военную службу на выборную сословную. Въ пятидесятыхъ годахъ прошлаго ХІХ-го столѣтія онъ былъ избранъ Симбирскимъ Губернскимъ Предводителемъ Дворянства.

Дѣдушка Михаилъ Михайловичъ былъ женатъ на Варварѣ Алексѣевнѣ Пановой, происходившей изъ старинной дворянской семьи Симбирской губерніи. Бабушка скончалась въ раннихъ годахъ — вскорѣ послъ рожденія моего отца, и въ памяти моей остались лишь изображенныя на портретахъ черты ея худощаваго, умнаго и удивительно привлекательнаго лица, обрамленнаго моднымъ того времени батистовымъ кружевнымъ чепчикомъ. Отецъ мой вспоминалъ о ней всегда съ чувствомъ особой сыновней нѣжности.

У дѣдушки было трое сыновей - старшій Михаилъ, затѣмъ Алексѣй и, наконецъ, Николай — мой отецъ. Всѣ они къ концу тѣхъ же пятидесятыхъ годовъ переженились. Приблизительно въ то же время старикъ Михаилъ Михайловичъ распорядился своимъ имуществомъ такъ, что все свое родовое помѣстье при с. Головкинѣ, около 20.000 десятинъ земли, раздѣлилъ на три части, а путемъ жеребьевки между собой сыновья его — Михаилъ, Алексѣй и Николай — получили каждый свою часть въ собственность. Послѣ сего дъдъ переѣхалъ на постоянное жительство въ г. Симбирскъ, гдѣ у него былъ на Лисиной улицѣ домъ-особнякъ съ флигелями, хозяйственными постройками и обширнымъ тѣнистымъ и плодовымъ садомъ. Доживалъ онъ тамъ въ одиночествѣ, если не считать его сидѣлки-экономки, почтенной Олимпіады Тимофеевны, преданнѣйшей и заботливой его тѣлохранительницы. Всегда чисто одѣтая въ старомоднаго фасона колоколообразныхъ платьяхъ, скромно-важная, она, вмѣстѣ съ тѣмъ, отличалась необычайной привѣтливостью и предупредительностью. Помимо нея, дѣдушку окружали: его вѣрный слуга — рябоватый Ѳеодоръ Ѳиногеичъ, прежняго покроя аристократъ-камердинеръ, шутъ Юдавка и безконечное количество во всѣхъ комнатахъ пернатыхъ пѣвцовъ, начиная съ попугаевъ и кончая канарейками.

Въ свѣтлый, солнечный, морозный день, бывало, зайдешь къ дѣдушкѣ навестить его, раскроешь дверь въ залу, и сразу охватывало особое настроеніе чего-то теплаго, уютнаго, хозяйственнаго и жизнерадостнаго... Отовсюду раздавались безчисленные птичьи голоса съ трелями и мелодичными переливами, вездѣ солнце, порядокъ и всюду не только обычная, но какая-то особенная глянцевитая чистота.

Самъ дѣдушка обычно сидѣлъ у себя, въ угловой комнатѣ, обста ...

Быстрая навигация назад: Ctrl+←, вперед Ctrl+→