Зов памяти

Михаил Самарский

Зов памяти

© Самарский М., 2016

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2016

* * *

Посвящаю свой труд преподавателям и студентам МГУ им. М.В. Ломоносова

Мысль человеческая не может изобрести чего-либо несуществующего. Невозможное не может зародиться в мысли; всякая идея, какой бы странной она ни казалась, где-нибудь существует, иначе мысль не могла бы формулировать её…

В.И. Крыжановская

От автора

Дорогие друзья, все мы читаем те или иные книги, смотрим те или другие фильмы, слушаем музыку, рассматриваем картины, и мы не знаем, как отзовутся в наших сердцах новые слова, новые звуки, новые цвета и оттенки, по какой дороге поведёт нас разум, каких высот мы достигнем с помощью новых знаний и новых эмоций. Но можно с уверенностью сказать: если нами движет жажда знаний, если мы не будем стоять на месте, если мы желаем творить и фантазировать, то впереди нас непременно ждут и новые вершины, и новые свершения!

И ещё: было бы большой несправедливостью, если бы я не отметил, что на написание этой книги меня вдохновили труды учёного-естествоиспытателя, астронома Михаила Васильевича Ломоносова, историка, географа Василия Никитича Татищева, основоположника теоретической космонавтики Константина Эдуардовича Циолковского, академика, создателя науки биогеохимии Владимира Ивановича Вернадского, писателя, руководителя поисковой экспедиции «Гиперборея» Валерия Никитича Дёмина, учёного, лингвиста-любителя Валерия Алексевича Чудинова, историка, философа Сергея Вячеславовича Перевезенцева.

Глава 1

Проснувшись, Димка Котуков по привычке ещё долго не открывал глаза. Любимое время помечтать. В этот раз он размышлял о том, как проведёт летние каникулы.

«Экзамены сдал, – мысленно произнёс он, – девять школьных лет позади, и теперь впереди… кстати, а что впереди-то? Я ведь так и не решил, то ли идти в десятый класс, то ли поступать в какой-нибудь колледж. Откровенно говоря, надоела эта школа до чёртиков. Поступлю в колледж, стану студентом – круто! А если идти в десятый, опять ты «школяр», «школота», как нас называют взрослые, снова этот ненавистный галстук. И сдался же он им! Не понимаю я нашу «классную» – каждый день одно и то же, и так ехидно: «А кто у нас тут сегодня без галстука?» Нет, я бы ещё понял, если бы я пришёл в школу, допустим, в цветастых шортах, рваной майке или, например, в ластах… Конечно, я шучу, но как обидно слышать от классного руководителя, когда он при всём классе отчитывает: «Котуков, ты чего в кроссовки вырядился? Ты в школу учиться пришёл или в футбол играть?» Ну, во-первых, дорогая Лада Алексеевна, в футбол играют в бутсах-шиповках, а не в кроссовках для бега. А во-вторых, мне в них комфортнее. А если комфортнее, значит, и всё лучше запоминается. Правильно? Эх, бесполезно говорить! У них приказ директора школы – это… это, даже не знаю, как назвать. В общем, думаю, слово вышло бы не совсем доброе. Понятно, что мы приходим в «храм знаний», как пафосно говорят некоторые преподаватели, мол, здесь необходим деловой стиль и всё такое. Но я ведь и так одет в пиджак, брюки, однотонную рубашку! Кроссовки не нравятся? А галстук вам зачем? Разве он влияет на уровень моих знаний или напомнит мне во время ответа на уроке, если, допустим, я что-то подзабыл?»

На последних словах Димка даже улыбнулся.

«Хорошая идея! – осенило вдруг подростка. – В галстук можно вставить микрофон, в ухо микронаушник, и любой экзамен по плечу. Главное, чтобы на том конце провода сидел грамотный и подготовленный человек. Но с этим нет проблем – если помощник за компьютером с хорошим Интернетом, всё получится. Обозначил тему, и через минуту-две слушай ответ, успевай только записывать. Хотя, говорят, сейчас при сдаче ЕГЭ включают специальные глушилки. Можно так опростоволоситься, что и аттестат не получишь. Нет, Димон, – юноша обратился сам к себе, – тут никак нельзя рисковать. Лучше уж хорошенько подготовиться и смело идти на экзамен…»

Неожиданно Дмитрий сообразил, что лежит на чём-то твёрдом, совсем не похожем на постель в его спальне. Он осторожно, всё ещё не открывая глаз, провёл рукой рядом с собой. Ощутив пугающую прохладу, открыл глаза и обомлел. Димка лежал на каменном полу, в помещении, которое по виду напоминало самую настоящую пещеру. Он осторожно ощупал себя – пиджак, туфли, брюки, рубашка, галстук… Что за чертовщина? Он вспомнил, как вышел из школы, дошёл до Гранатового переулка, повернул и… А что дальше? А дальше-то я и не помню. Так-так-так! Или… Нет, точно не помню! Да как же так? Что случилось? Вроде никогда не жаловался на память…

Где-то неподалеку разговаривали люди. Он вскочил, сел, обхватил руками колени и прислушался к голосам. Разговор показался каким-то очень странным. Кто-то говорил о необходимости что-то срочно сообщить компетентным органам, мол, нас похитили, это преступление и так далее. Откровенно говоря, Димка испугался, и находиться здесь, в полутемноте, было просто невыносимо. Он медленно поднялся с пола, аккуратно ступая, словно передвигаясь по минному полю, подошёл к выходу, постоял, послушал, набрав полные лёгкие воздуха, резко выдохнул и вышел наружу. Перед ним открылась картина вроде загородного пикничка. Залитая солнцем поляна, местами окружённая кустами и деревьями, внизу, метрах в пятидесяти, видна река, посреди поляны пятеро незнакомцев, обсуждающих своё странное положение. Четверо мужчин разного возраста и одна девушка-блондинка, державшая на руках милого пуделя. Тот, увидев новичка, беззлобно тявкнул, скорее, для проформы, чтобы отчитаться перед хозяйкой и засвидетельствовать факт своего присутствия. Девушка, прикрыв наманикюренной рукой собаке пасть, тихо сказала:

– Тоша, свои!

«Чего это она меня сразу в «свои» записала?» – мысленно удивился Димка и тихо сказал:

– Здрасьте!

– Во! – гаркнул полноватый мужчина лет тридцати в малиновом пиджаке. – Ещё один! Ты откуда?

– Оттуда, – Димка кивнул в сторону входа в пещеру.

– Да это мы видим, – рассмеялся толстяк. – Сам-то откуда, братишка? Где живёшь?

– В Москве, – озираясь по сторонам, ответил парень.

«Странный тип, – подумал Димка, – таких обычно показывают в фильмах о «новых русских», которые промышляли в девяностые».

– В общем, картина ясна, – щёлкнул пальцами незнакомец, я думаю, это люберецкие что-то сотворили. Вы заметили? Мы все тут жители Москвы. – Он протянул Димке руку и представился: – Лёха Москворецкий. Слышал?

– Не-а, – замотал головой Димка и поморщился от крепкого рукопожатия, – не слышал. Дима, – представился он в ответ.

– А, ну да, – махнул рукой Лёха, – ты просто ещё мелкий. Школота?

– Девятый класс окончил, – подтвердил Димка.

– О! У меня сестрёнка Нинка в следующем году школу заканчивает. Ты в какой школе учишься?

– В 1239…

– Это где такая?

– Во Вспольном переулке. Метро «Баррикадная».

– Понятно, а Нинка в Жулебино учится, номер 1084, я иногда её туда на машине подвожу.

– Далеко от школы живёте? – поинтересовался Димка.

– Да нет, – рассмеялся Лёха. – Просто перед подругами выпендривается.

– Чем? – удивился Дмитрий.

– Ну, у меня «шестисотый», сам понимаешь, это же круто…

– В смысле, «Мерседес»? – уточнил подросток.

– Угу, – закивал Лёха. – В нашей школе таких только два, у меня и ещё у одного экстрасенса – он людям гадает. А у вас в школе есть такие машины?

– Есть, – улыбнулся Димка. – У нас у полшколы родители на «Мерседесах» ездят. Кого сейчас этим удивишь?

– Да ладно! Такая крутая школа, что ли? Хорошо. Выберемся отсюда, я подъеду, гляну, что по чём. – Лёха взглянул на часы, приложил их к уху и принялся махать рукой, пояснив Димке: – Долго спал, даже часы успели остановиться.

Второй мужчина, лет сорока, маленького роста, не сказать, что толстый, но с отвисшим животом, держал в руках большой кожаный портфель и всё время вытирал платком обильно потеющую лысину. Глаза у портфеленосца были навыкате и бегали из стороны в сторону, губы влажные, а на щеке, рядом с правым крылом носа, расположилась крупная родинка, больше похожая на бородавку.

– Извините, – произнёс он, – но я не москвич, я проживаю в Красноярске, в Москву приехал на Двадцать шестой съезд партии. И вот… несчастье такое… как бы уснул… не могу понять…

– На какой ещё съезд? – выпятил губу Лёха. – Что за партия?

– Вы что? – мужчина с портфелем аж подпрыгнул на месте. – Съезд КПСС. Я делегат съезда. У нас одна партия…

– У кого это у вас? – нахмурился Лёха.

– Как это? – мужчина вжал голову в плечи. – Ну, как же? У нас, в СССР… Понимаете?

– Не понимаю! – замотал головой Лёха. – У тебя, что, мужик, с головой проблемы или о дерево стукнулся, память отшибло?

– Что вы себе позволяете? – вскрикнул мужчина с портфелем. – Вы… Я…

– Но Алексей прав, – неожиданно вмешалась в разговор блондинка. – КПСС давно нет, как и СССР.

Мужчина с портфелем побледнел и, опёршись о дерево, схватился за сердце.

– Это провокация, – громко глотая слюну, прохрипел он, – прошу при мне такие разговоры не вести. Я не из Москвы, я приехал из Сибири на съезд партии, я…

Стоявший тут же мужчина лет пятидесяти, странно одетый и подпоясанный каким-то шарфом, вдруг, подошёл к сибиряку и сказал:

– Барин, я тоже не из Москвы!

Делегат после этих слов едва не свалился в обморок.

– ...

Быстрая навигация назад: Ctrl+←, вперед Ctrl+→