Будущее — дело темное

Елена Тебнёва

БУДУЩЕЕ — ДЕЛО ТЕМНОЕ

Моим родным и друзьям с благодарностью за понимание и поддержку

ГЛАВА 1

Юноша, лежавший на холодном полу безлюдного коридора, был безнадежно мертв.

Некогда яркие карие глаза подернулись белесой дымкой и незряче смотрели прямо на ослепительно-белый шар, освещающий усеянный красными брызгами мрамор.

Я неверяще переводила взгляд с него на тяжелую статуэтку богини плодородия, которую так и не выпустила из рук, — пальцы словно одеревенели и не желали разгибаться.

Могла ли я, представительница одного из древнейших родов Шрэтонской империи, предположить, что стану, пусть и случайно, убийцей?

В общем-то… да. Если бы не пренебрегала занятиями и как следует выполняла домашние задания, что со мной, к прискорбию, случалось крайне редко и не тогда, когда это действительно нужно.

— Какого свилла[1] здесь творится?!

Голос, спугнувший сонную послеобеденную тишину, прозвучал подобно грому. Первым моим побуждением было втянуть голову в плечи, вторым — провалиться сквозь землю. Да так глубоко, чтобы даже через месяц никто откопать не сумел. Только вот беда — прятаться от некроманта под землей бесполезно. Без подручных инструментов в два счета достанет… Так что я благоразумно разжала пальцы и, даже не дрогнув, когда проклятая статуэтка приложилась о мою обутую в легкие туфельки ногу, обернулась. Смерила мэтра Вилгоша затравленным взглядом, по достоинству оценила явленную мне откормленную филейную часть леди Удачи и сделала единственное, что полагается в такой ситуации девушке из приличной семьи, — лишилась чувств.

И только ощутив под щекой что-то липкое, неприятно пахнущее железом, я поняла, что Удача не просто отвернулась от меня, но еще и дверью перед самым носом хлопнула, малость его не прищемив.

Странная все-таки штука — время. По сути, мы живем лишь одним мгновением. Настоящее столь мимолетно, столь эфемерно… Всего один удар сердца — и вот оно становится прошлым, которое уже никто не в силах вернуть или изменить, но которое всегда определяет наше будущее.

Этот день, безусловно самый ужасный за все мои восемнадцать лет жизни, был предопределен еще в момент моего появления в стенах Чародейского университета имени Риллиса Гилена. Вернее сказать, в тот самый недобрый миг, как я столкнулась с кареглазой брюнетистой мечтой большинства студенток — Риннаром Шариденом. Возможно, это тоже было чем-то обусловлено, не знаю, но, так или иначе, наши отношения, мягко говоря, не сложились сразу и всерьез.

Мой обожаемый папа с детства учил меня, что если кто-то тянет руки туда, где им не место, то не грех эти самые руки оторвать. По самую… хм, поясницу. Мама, однажды случайно услышавшая эти наставления, закатила дражайшему супругу полноценный скандал. Она надеялась вырастить из меня настоящую леди, достойную своей фамилии, а настоящая леди ни в коем случае не должна драться, огрызаться и использовать лексикон уличных хулиганов. Папа тогда покорно согласился со всеми обвинениями и доводами, добился прощения и… продолжил гнуть свою линию, правда, теперь уже в строжайшей тайне от супруги.

— Быть леди, Санька, конечно, хорошо, — часто говорил он после очередного жизненно важного наставления, не входящего в мамины планы. — Но только если с леди находится тот, кто сможет ее защитить. В иных случаях быть леди — плохо.

И подмигивал с самым залихватским видом, а я, окрыленная новыми знаниями, через открытое окно удирала на улицу — отрабатывать приобретенные навыки на порицаемых маменькой «хулиганах», то есть обычных дворовых мальчишках, и пополнять словарный запас неприличествующими леди выражениями.

Славное было время. Жаль, уже не вернуть — прошлое осталось в прошлом.

А в моем настоящем все было далеко не столь радужно.

Так вот, Риннар… Риннар Шариден распустил свои руки и весьма болезненно по ним получил. Так болезненно, что целый день провалялся в лечебнице. Может, звучит не так страшно, но лорд Шариден учился на третьем курсе боевого факультета и мнил себя — не без оснований, надо признать, — одним из лучших.

И вот этого великолепного лорда-зазнайку спустила с лестницы какая-то мелкая первокурсница. На глазах у доброй половины студентов…

Так что я вполне понимала, почему Риннара на мне переклинило. Но смириться с этим не желала. В итоге первый год учебы превратился для меня в персональный Ранос.[2] Не менее раза в месяц я рыдала в уголке своей комнаты, не обращая ни малейшего внимания на попытки моей соседки прекратить локальный потоп. Чуть реже слезоразлив происходил в кабинете нашего куратора, мэтрессы Ноллин, к которой меня отводила все та же отчаявшаяся соседка. К слову, Риннара я так и не сдала. Гордость, чтоб ее. И желание самостоятельно поквитаться с наглецом.

И я таки поквиталась. Перед итоговым практическим экзаменом по профильному предмету подлила ему в чай одно интересное зелье, выменянное у алхимиков за пару красивых безделушек. Ах, какой же был эффект! Вышедший на спарринг Риннар и не догадывался, что после первого же заклинания противника будет рыдать как девчонка, обвинять в неоправданной жестокости преподавателя, комиссию и весь мир и клясться уйти в монастырь замаливать грехи, свои и чужие. Только боги знают, какое я тогда получила удовольствие! Стоя за тонкой перегородкой, куда провела меня сочувствующая моим мытарствам однокурсница Риннара, приникнув к дающему неплохой обзор зазору меж досками, я чувствовала себя счастливой и полностью отомщенной. Университет я покидала в самом радужном настроении и за два месяца каникул благополучно позабыла о существовании лорда Шаридена.

Вот только сам он забывать обо мне не спешил.

И теперь я сидела в ректорской приемной, нервно закусив ремешок сумки, и ждала приговора.

Отчисление — самое малое, что мне грозило. Род Шариденов — не самый последний в Шрэтонской империи. А я… я убила не просто его представителя. Наследника.

Еще сильнее сжав зубы на кожаном ремешке, я тихонечко заскулила от жалости к самой себе.

А ведь говорила мне мама: «Занимайся усерднее, Санни! Будущее — дело темное, но у тебя есть волшебный фонарик. Учись зажигать его. Учись, Санни, учись!»

Угу, как же. Санни и учеба оказались совершенно несовместимы… И теперь у Санни, скорее всего, вообще не будет никакого будущего!

Как наяву, причем без всякого транса, вижу помост на Королевской площади, мрачного плечистого дядьку с огромным топором и собственную неразумную рыжую головушку, катящуюся по темным от крови доскам…

Прикосновение к плечу совпало с моментом приземления моей головы под ноги восторженных зевак. Взвизгнув, я подскочила и на чистых рефлексах ударила склонившегося надо мной черноволосого мужчину в солнечное сплетение.

— Леди… Далларен!.. — простонал он, замысловато согнувшись.

— Лорд ректор! — в священном ужасе выдохнула я, шарахнувшись к выходу из приемной.

Удача за закрытой дверью мерзко захихикала…

Элрой Вилорен. Лорд ректор. И по совместительству — кузен императора Огуста Второго.

Нет, голову мне не отрубят. Как минимум четвертуют!

— Даже не думайте, леди, — насмешливо прозвучало над моим ухом именно тогда, когда я решила-таки в очередной раз уйти от всех проблем в обморок. — Повторяться некрасиво.

Я обреченно сглотнула и вымученно улыбнулась наконец-то разогнувшемуся ректору. Лорд Вилорен отзеркалил мою гримасу и кивнул на распахнутую дверь своего кабинета, приглашая проследовать внутрь. Я бы попятилась… Но за спиной нерушимой скалой стоял преподаватель некромантии. Мэтр Гереон Вилгош и в лучшие дни не отличался добрым нравом, а уж сейчас… Честно, мне на него даже взгляд поднять было страшно. После того как он нес меня, якобы бесчувственную, в лечебницу… И, как понимаю, мой обман раскрыли еще там, в коридоре. Некромантов вообще в вопросах жизни и смерти провести трудно; удивительно, почему он меня прямо там не растолкал и не заставил идти в ректорат собственными ножками?

Да потому, чтобы сейчас кривить губы в ехидной усмешке, взирая на мои пунцовые от стыда щеки!

— Леди Далларен! — напомнил о своем существовании ректор.

Пришлось идти, куда меня столь настойчиво приглашали. За спиной послышались мягкие шаги. Значит, разговор с лордом Вилореном будет не приватным. Не знаю, хорошо ли это… И при чем здесь некромант, ведь Риннар Шариден — боевой чародей!

Был им…

Глубоко вдохнув в попытке сдержать судорожный всхлип, я перешагнула порог. Подсознательно ожидала увидеть в ректорском кабинете декана боевого факультета, но ошиблась.

Да, вот такая из меня провидица. Подсказки подсознания — и те распознать не в силах.

Может, и к лучшему, что так вышло. Маменька ведь после ознакомления с итогами первого учебного года в постель на неделю слегла и успокоительные настои литрами пила…

Я — будущий позор семьи. Уж это-то последнему неучу понятно. Род Далларенов, славящийся сильными предсказателями. Дар, передаваемый через поколение. Дед, чьи заслуги помнят до сих пор…

И я.

Лучше голову потерять. Тогда никто не узнает, что внучка Тигора Далларена, придворного чародея, была самой настоящей бездарью.

В кабинете царил успокаивающий полумрак — сквозь плотные шторы солнце пробивалось едва-едва, словно уже наступил глубокий вечер, а прикрученные к стенам золотистые сферы сияли мягким, не режущим глаза светом. Не скрою, раньше мне было любопытно, как выглядит святая святых университета, но сейчас я, не оглядываясь, прошла к массивному столу и, присев на краешек простого деревянного стула, перевела взгляд на сцепленные руки.

Ректор опустился в кресло по другую сторону сто ...

Быстрая навигация назад: Ctrl+←, вперед Ctrl+→