Война послезавтра

Василий Головачев

Война послезавтра

Война HAАRP

Всё притаилось и молчит, но это — затишье перед бурей.

Дж. Лондон «Железная пята»

Посеешь ветер — пожнёшь бурю!

Русская пословица

Автобус Камышин — Саратов

22 мая, 10 часов утра

Пассажиров набралось не много, и автобус отъехал от северного автовокзала в Камышине полупустым.

Афанасий занял место согласно билету — в середине автобуса, уступил кресло у окна молодой девушке с короткой стрижкой по моде — «подсолнух»: соломенные волосы у неё образовывали лепестки подсолнуха вокруг чёрной поросли на макушке. Оглядывать салон автобуса не стал, и так знал, что за пассажиры сели вместе с ним в комфортный новенький «Икарус». Ни один из них не подходил по описанию под потенциальных террористов, хотя в последнее время вооружённое подполье Украины поднаторело маскировать боевиков и смертников под мирных граждан. Однако в том, что автобус отправился в путь чистым, Афанасий был уверен на сто процентов. Интуиция и опыт его ещё не подводили. Но впереди были остановки по маршруту следования, и расслабляться не стоило.

Сообщение об отправке смертницы из Львова в Саратов поступило в Управление спецопераций ФСБ в среду, и уже к концу дня группа Афанасия Пахомова в полном составе перебралась в Камышин.

Возможно, сведения, добытые разведкой, не были корректными, так как полагаться приходилось на местную украинскую агентуру и родственников боевиков-бандеровцев, но цель террористов — взорвать Саратовский театр оперы и балета при проведении международного фестиваля песни — стоила того, чтобы поднять по тревоге все силы безопасности, и без того находящиеся в состоянии постоянной войны с бандподпольем. С начала века — с террористами Закавказья, два года назад — с озлобленными ультранационалистами Западной Украины, которых красиво «кинули» пришедшие на их штыках к власти олигархи.

Остановить террористов надо было до их проникновения в Саратов.

Четверг двадцать второго мая выдался ясным и тёплым. Пассажиры ехали налегке, лишь двое или трое из них везли большие сумки, уместившиеся в багажном отделении «Икаруса».

Афанасий, по-модному небритый, в легкомысленной жёлтой футболке с изображением акулы, джинсовой безрукавке и зеленоватых велюровых штанах, с кепи на голове, в очках, делал вид, что слушает музыку: к уху у него был прикреплён наушник плеера, — в руке он держал айпад, по экрану которого бегали и стреляли персонажи видеоигры под названием «Террористы против инопланетян». Играл он так громко, что один из пассажиров, с прокуренными усами и бородкой, сделал ему замечание. Пришлось уменьшить громкость звукосопровождения.

Первую остановку водитель сделал на выезде из города, подобрав двух женщин среднего возраста, одетых в скромные летние платьица; они везли кота в специальном боксе и были заняты обсуждением какой-то встречи.

Вторая остановка на перекрёстке дорог к посёлку Умет и деревне Дубовка прибавила ещё троих пассажиров: совсем молоденькую девчонку, женщину постарше, — её мать, наверное, и лысого мужчину с портфелем, похожего на колхозного бухгалтера советских времён. Ни один из них подозрения у Афанасия не вызвал.

Проехали поворот на Усть-Грязнуху, высадили троих пассажиров на повороте к посёлку Каменский.

В Красноармейске желающих ехать в областной центр было больше, и автобус заполнился крикливой ватагой молодых людей в количестве восьми человек и шестью нормальными пассажирами постарше, среди которых Афанасий заметил старушку лет восьмидесяти, с седыми буклями, и затрапезного вида мужичка, которому на вид можно было дать лет шестьдесят с гаком.

Он насторожился. Не понравилось, что старушка поднялась по ступенькам в автобус не по возрасту живенько, а мужичок, следовавший за ней (у него была котомка за плечами), слишком суетливо ей помогал.

Оба сели в разных концах автобуса: старушка почти сразу за водителем, мужичок во всём коричнево-сером, древнем, запылённом — на заднем сиденье.

«Зум!» — набрал Афанасий на самом поле айпада, что означало: «Внимание! Боевой режим!»

Беспокоиться о том, что кто-то увидит набранный им текст, не стоило. Айпад был необычным, с поляризационным экраном, по которому бегали и прыгали персонажи игры, но текст информсообщений был виден только человеку в специальных очках, то есть Афанасию. Экипировка бойца группы «А», замаскированная под обычные вещи и детали одежды, позволяла командиру держать связь с другими бойцами, не привлекая внимания рядовых граждан.

На затылок лёг липкий взгляд.

«Лапа, клиент на заднем сиденье — в картузе», — выстучал Афанасий пальцами по глади планшетника.

— Вижу, — отозвался в клипсе рации голос Лапы — старшего лейтенанта Михаила Михеева.

Девица-«подсолнух» рядом глянула на айпад, увидела горящий танк, бегущих солдат, но войнушка её не заинтересовала, и она снова отвернулась к окну.

В ухе проклюнулся голос Шелеста — лейтенанта Ванюты; он ехал за автобусом в отечественном мини-вэне «Ларгус» с затемнёнными стёклами:

— Командир, за вами едет раздолбанная «Тойота».

«Следи», — сыграл Афанасий нервную дробь ответа.

Водитель вдавил клаксон, ругаясь на нерасторопную «Ладу-Бузину», заставляя водителя уступить дорогу.

Завёрнутая в цветастую шаль старушка, сидевшая впереди с корзиночкой, накрытой серой тряпицей, даже не шевельнулась, и это тоже было странно, потому что сидела она совершенно прямо, не касаясь прямой спиной (почти все старухи в её возрасте горбились) спинки сиденья, как сидят девушки на выданье.

«Тоша, клиентка — бабуля с корзиной», — сообщил Афанасий.

— Ок, — донёсся ответ Тоши — сержанта Антонины Мамичевой.

Проехали перекрёсток на Луганское.

До Саратова оставалась ещё треть пути, и пассажиры стали вести себя тише, многие задремали, убаюканные рокотом двигателя и покачиванием автобуса.

Методика захвата смертника в автотранспорте давно прошла обкатку и зарекомендовала себя самым лучшим образом, но Афанасий медлил, чувствуя подвох. Ему не нравилось, что следом за автобусом едет старая «Тойота», в которой мог находиться дублёр сопровождающего смертницу, способный дистанционно включить «пояс шахида». Его надо было брать одновременно с парой боевиков в салоне автобуса.

«Дохлый, Шелест — объект в «Тойоте» ваш. Зачистить по команде на раз».

— Есть, командир, — ответил Дохлый — сержант Сеня Марин, рапид-снайпер группы. Он мог за одну секунду трижды выстрелить из снайперской винтовки и не промахнуться.

«Сколько клиентов в «Тойоте»?»

— Двое, — ответил Шелест.

«Попробуйте идентифицировать».

— Пытаемся.

Палец лёг на скрытый сенсор запуска нанитов.

Контейнеры нанитов размером с пуговицу были вшиты в воротник безрукавки, представлявшей собой чудо шпионской техники, и содержали по десятку нанороботов разного назначения: одни могли вести наблюдения микровидеокамерами, другие несли парализующий мышцы человека яд.

Нанит наблюдения размером с голову муравья завис над мужичком с котомкой. Второй вышел над старушкой, намертво вцепившейся в корзинку.

На стёклах очков Афанасия появились два изображения пассажиров автобуса. Разобраться в них было трудно, но Афанасий не зря тренировался видеть нужное в объективах любой аппаратуры и на экранах слежения, поэтому безошибочно нашёл тех, кого подозревал в применении «маскияжа».

Мужичок нервничал, то наклонялся вперёд, то поправлял серый замызганный картуз на давно не чёсанных волосах, то склонялся к окну, пытаясь разглядеть дорогу за автобусом.

Старушка, наоборот, сидела спокойно, даже слишком спокойно, и глядела перед собой, в затылок водителю.

— Фоновая флюктуация, — подтвердил подозрения Афанасия компьютер, руководствующийся алгоритмом поиска нестандартного поведения людей. — Рекомендую обратить внимание на объекты один и два.

Белые окружности обвели на изображении в очках мужичка и старушку.

«Готовность раз!» — отстучал Афанасий не видимую никому команду.

Пуговки на воротнике выпустили ещё два нанита.

Один микроаппарат спикировал на мужичка, второй на старушку.

Однако укол нейтрализатора на мужичка не подействовал! Он лишь хлопнул себя по шее, посчитав ощущение следствием укуса комара.

Старушка замерла с остановившимся взглядом.

Автобус начал притормаживать, приближаясь к остановке на повороте к посёлку Сергиевский.

«Лапа — нестандарт! Клиента сзади на ствол!»

— Есть! — отозвался лейтенант.

Автобус остановился.

— Прыгнули! — выговорил Афанасий в микрофон рации на губе.

Лапа — незаметный застенчивый паренёк с пухлым лицом студента-первокурсника — встал вместе с готовившимися выйти пассажирами, достал пистолет с глушителем, направил ствол на мужичка с котомкой и выстрелил. Стрелять по врагу в местах массового скопления людей при выполнении приказа он не боялся, подчиняясь заповеди бойца группы «Альфа»: боишься применять оружие в толпе? Вставай на лыжи.

Мужичок проявил нервную расторопность, успел вскочить, но ловить пули руками он не умел. Во лбу его расцвела кровавая розочка, и он упал обратно на сиденье, царапая руками отворот курточки, под которой, очевидно, был спрятан пистолет или рация.

Пассажиры шарахнулись назад.

К старушке метнулась девушка в строгой, почти монастырской одежде, сдавила её руки, засунутые под платок.

— Командир!

— Все на вы ...

Быстрая навигация назад: Ctrl+←, вперед Ctrl+→