Демон и его сумасшедшая

Ив Лангле

Демон и его сумасшедшая

Пролог

Привязанная к толстому деревянному стулу… одетая в прелестный, черно-белый полосатый наряд из двух частей… ее голова была побрита и блестела, Кети хихикала, когда качала ногами.

— Упс. Ты упустил меня. Упустил меня снова, — напевала она. Осталось несколько минут до приведения в исполнение приговора, ее желудок заполнен последним ужином… жареным цыпленком, картофельным пюре, подливкой и бисквитами, ммм… она решительно настроилась сделать свои последние мгновения веселыми.

— Не двигайся, — рявкнул надзиратель, когда схватил ее болтающиеся конечности.

Как будто она начнет слушаться теперь этого напыщенного осла, не меньше. В течение трех лет ей приходилось сталкиваться со своим тюремщиком. Выпендрежник, который приходил ежедневно и отсчитывал дни до ее кончины. Как только у нее получится выбраться, Кети заставит его пожалеть о том, что не был с ней более любезным. Опять же, зачем ждать?

Направив свои пальцы ног, одетые только в тонкие носки, она ударила ими под подбородок своего тюремщика и услышала, как хрустнула его челюсть. Кети сочла его слезящиеся глаза занимательными, надзиратель — нет.

Он никогда не отличался большим чувством юмора, даже когда она рисовала клоунские рожицы… которые были поразительно похожи на него выпученными глазами и крючковатым носом… в своей камере, используя кровь охранника, который считал, что Кети обрадуется его приставаниям.

Глупый тюремщик, он не признал ее талант смешить. Такой зануда.

Встав с красным лицом и прищуренными от раздражения глазами, охранник щелкнул пальцами и двое накаченных мужчин шагнули вперед.

— Ох, вчетвером. Какое извращение! — воскликнула она.

— Держите ее!

Потребовались оба охранника, чтобы привязать ее ноги к стулу… что стало ступенькой вниз из списка шести необходимых ей вещей в первую очередь. Дайте ей нож, даже маленький, и они не смогут даже этого.

Довольно ухмыльнувшись, тюремщик застегнул оставшиеся кожаные ремни.

— Смех — твой последний выход. В этот раз не сбежишь, Кети.

— Это ты так думаешь.

Как мило. Он побледнел, хотя верил, что одержал верх. Репутация делать невозможное была великой вещью.

Не сходя с места… учитывая, что они привязали ее полностью: голову, руки, ноги и даже колени… она оглядела комнату. Скууучно. Вся из серого цемента, торчащих труб и одинокой лампочки, висящей на проволоке."Ты действительно думала, учитывая аудиторию проходящих в этой комнате мероприятий, что они украсят здесь все".

Ее стул… деревянный трон, занятый только худшими из худших, титул над которым она упорно трудилась… оказался самым интересным. Многие известные люди сидели и умирали на этом самом сиденье. Конечно, среди них не было никого такого же милого.

Толстый кабель… который скоро исполнит ее судьбу… изгибался из панели на стене. Громоздкий шнур разветвлялся, когда доходил до ее стула на несколько проводов поменьше, которые в свою очередь, протягивались к электродам, прикрепленных к ее телу.

В настоящее время обесточенный, физическое напоминание о ее скорой смерти, но не задержал надолго ее внимание. Взгляд вновь переместился, и Кети улыбнулась, когда заметила потливых мужчин, которые выстроились в линию в комнату и отводили глаза. Слабаки.

— Что? Никто не поцелует на прощанье, прежде чем включить рубильник? — спросила она, казалось бы, невинным голосом. Тюремщик и его сотрудники знали лучше других и не реагировали на ее насмешки.

Новый доктор, которого они привели, не купился. Его взгляд в очках встретился с ее, и Кети подмигнула.

— Не трогай мои девичьи прелести после того, как меня зажарят, док, иначе я вернусь и начну тебя преследовать.

— Я б-бы никогда, — он заикался.

Ее ухмылка стала шире.

— Почему нет? Разве я недостаточно красива? Все мальчики, с которыми росла, так думали. И охранники. Конечно, они не признаются в этом сейчас. — Она понизила голос. — Я вроде как убила их. Но ты кажешься милым. Хочешь подарить осужденной девушке последний поцелуй?

— Я-я…

Кети рассмеялась, и доктор покраснел.

— Ты когда-нибудь заткнешься? — прошипел надзиратель. — Это не игра. Ты в нескольких шагах от смерти. Тебе следует подумать над своими преступлениями и тем, что сделала, заслужив такое наказание.

Ее преступления? Она захихикала громче.

— Убийство злодея не преступление. А парень им был, как и многие, которых я прикончила.

Поджав губы, тюремщик отвернулся и не ответил ей. Никто и никогда не делал этого. Не хотел признавать, что она сделала миру огромное одолжение, когда уничтожала зло, что причиняло боль невинным.

"Я просто бедный непризнанный герой, с улыбкой до ушей… и поступками убийцы".Она хихикнула.

Когда дернули за веревку, пыльный занавес открыл взору огромное окно и, сюрприз, аудиторию, ожидающую за ним. Все места оказались заполнены, мужчинами и женщинами в равной степени, которые перешептывались и хихикали, ожидая с больным восторгом, чтобы увидеть, как она дергается как жук на раскаленной плите.

Кети показали им язык.

— У тебя есть последние слова раскаяния, которыми ты бы хотела поделиться? — процедил надзиратель сквозь стиснутые зубы.

Последние слова? Она злобно взглянула на священника, который начертил в воздухе крестное знамение, прежде чем отвернуться. Идиот с воротничком хотел, чтобы она признала свои грехи и покаялась. Единственное, о чем Кети жалела, что ее поймали раньше, чем успела убить еще нескольких подонков.

— Спасибо всем, кто пришел. Уверена, некоторые из вас молча ликуют от того, что увидят мою скорую кончину. И я знаю, некоторые представляют меня голой. Извращенцы. Всем вам я говорю… — она сделала эффектную паузу, обводя взглядом комнату и встречаясь глазами с самыми отважными. — Не могу дождаться, когда увижу вас в Аду! Поцелуйте меня в зад, твою ма…

Тысячи вольт электричества прошли сквозь ее тело, заставив зубы сжаться, а тело подпрыгивать. Но, даже испытывая боль и нетерпение из-за скорой встречи со своим создателем, Кети ничего не могла с собой поделать и хрипло засмеялась. Она хохотала, когда умерла.

С гоготом ее дух отправился в другой мир. Кети хихикнула, когда погрузилась на лодку, управляемой всемирно известным Хароном, и поплыла через Стикс в новый мир, к новой жизни. После прибытия в самый внутренний круг Ада, ее смех, наконец-то, стих.

Перед ней простирался мегаполис, повсюду были каменные и кирпичные стены в пятнах от пепла падающей сверху словно перья. Принюхавшись, она сморщила нос, поскольку учуяла зловоние серы.

Ее тюремный наряд из двух частей уже облепил ее, когда жар от ямы окутал ее.

— Кхе-кхе.

Взволнованная первым взглядом на ад, Кети повернулась и увидела, кто хотел ее внимания.

Изысканный джентльмен с сединой на висках и огнем в глазах ждал ее на причале. Он протянул руку, за которую она крепко ухватилась, когда выходила из лодки.

— Добро пожаловать в Ад, дорогая Кети. Мы ждали тебя с нетерпением.

Уставившись на Сатану, улыбка которого была наполнена неподдельной теплотой, а присутствие казалось бальзамом после жизни, проведенной скрываясь или охотясь, она расслабилась.

— Здорово, наконец-то, оказаться здесь.

И так и было, потому что как новый член легиона Люцифера… Кети обеспечила себе это место, когда подписала контракт кровью несколько лет назад… она могла делать то, что получалось лучше всего. Убивать недостойных.

Широко улыбнувшись, она вновь расхохоталась, но в этот раз, смеялась не одна.

Глава 1

Смех донесся до не него сверху, заразительный и веселый. Обещающий шалость.

Ксафан проигнорировал его. В замке Люцифера странные звуки раздавались постоянно. Он привык к безумию в редкие разы своих визитов и предпочитал избегать этого.

Не любил вмешиваться. Кроме того, ему нужно встретиться со своим Повелителем, а Ксафан ненавидел опаздывать.

Звонкий смех стал ближе, эхом прокатился вниз по круглой лестнице вместе с жизнерадостным:

— Ура!

Странный свистящий шум присоединился к восторженному хихиканью, и Ксафан, наконец-то, поднял взгляд вовремя, чтобы застать самое странное зрелище, увиденное им когда-либо.

Женщина, одетая в неприлично короткие джинсовые шорты с розовой блузкой, завязанной под грудью, демонстрируя блестящий пирсинг в пупке, съезжала по перилам.

Повернувшись на узком камне, она бешено замахала руками, когда наскочила на стержень лестницы, который обозначал второй этаж. Подняв одну ногу, девушка стала опасно балансировать, ее скорость увеличилась, когда спуск продолжился.

— Ой, — воскликнула она, когда начала раскачиваться. Ее глаза расширились, а длинные светлые хвосты по бокам заколыхались, и Ксафан вздохнул."Идиотка".Он отвернулся, не желая смотреть на падение, но развернулся вновь из-за ее крика: — Лови меня!

Решив не ставить ноги на перила, безумная блондинка полетела прямо в него.

— Какого хрена!

Сто шестьдесят фунтов (72,5 кг)… вес, который он прекрасно распознал, благодаря своей выносливости и отличной мышечной массе… смеющейся женщины врезались в него.

Ее ноги обернулись вокруг его талии, а руки вцепились в плечи. Пронзительный визг восторга его оглушил. Ксафан пошатнулся от неожиданного веса, а его руки автоматически схватили сумасшедшую.

От прикосновения ее гладкой плоти… идеального размера… его кожу обожгло в момент контакта.

— Ура, это было весело! — воскликнула безумная, оставаясь в его об ...

Быстрая навигация назад: Ctrl+←, вперед Ctrl+→