Фельдмаршал Манштейн. Военные кампании и суд над ним, 1939–1945

Реджинальд Томас Пэйджет

Фельдмаршал Манштейн. Военные кампании и суд над ним. 1939-1945

R. T. Paget

MANSTEIN

HIS CAMPAIGNS AND HIS TRIAL

© Перевод, ЗАО «Центрполиграф», 2016

Предисловие

Достойная история британского правосудия время от времени оказывается запятнанной позорными эпизодами, в которых национальный характер падает ниже устоявшихся понятий рыцарства, чести и здравого смысла. В качестве примеров можно привести сожжение Жанны д’Арк на рыночной площади Руана в мае 1431 г.; суд над королем Карлом I и его казнь в Уайтхолле 30 января 1649 г.; военный суд и казнь адмирала Бинга в 1756 г., «для поощрения других», как в свое время едко заметил Вольтер; и шестилетний процесс над Уорреном Гастингсом, закончившийся полным оправданием последнего в 1791 г.; все эти случаи были осуждены современными историками. К списку, несомненно, в свое время будут добавлены суды над военными преступниками, начавшиеся с Нюрнбергского международного военного трибунала 20 ноября 1945 г. и закончившиеся – в том, что непосредственно касается Великобритании, – судебным процессом, так хорошо описанным в этой книге.

Однако процесс фон Манштейна, столь же неудовлетворительный, как и остальные, – в том, что касалось вердикта и приговора, – сопровождался определенными особенностями, способными несколько смягчить ущерб, причиненный нашей национальной репутации подобными судами в целом. Во-первых, против проведения суда по истечении столь долгого срока после войны выступили с протестом обе палаты парламента. Во-вторых, был создан «фонд защиты» лорда Бриджмена и лорда де Л’Айла и Дадли, кавалера Креста Виктории (высшая военная награда Великобритании, вручается за героизм, проявленный в боевой обстановке. Крестом Виктории могут быть награждены военнослужащие всех званий и родов войск, а также гражданские лица, подчиняющиеся военному командованию. – Пер.), при поддержке виконта Симона и моей собственной через газету «Таймс», одним из первых подписчиков которого, как отметил Реджинальд Пэйджет, стал Уинстон Черчилль, неоднократно заявлявший о «запоздалых процессах над престарелыми немецкими генералами». И в-третьих, что особенно важно, Реджинальд Пэйджет, королевский адвокат, игнорируя ранее принятое решение членов Коллегии британских адвокатов не принимать участия в защите врагов, обвиняемых в военных преступлениях, был достаточно мотивирован ощущением оскорбленного правосудия, чтобы безвозмездно предоставить свои неоценимые услуги в распоряжение защиты. Имя останется в памяти, как блестящий образец британского рыцарства и чести. То же можно сказать и о Сэме Силкине, помощнике Пэйджета.

Они успешно добились снятия с фон Манштейна всех обвинений, касающихся его личного командования. И, насколько я могу судить, не их вина – как и не вина состава суда, – что им не удалось освободить фельдмаршала от ответственности за приказы Гитлера и немецкого Верховного главнокомандования. Большинство приказов, за которые Манштейн считался опосредствованно ответственным, вступили в силу и приводились в исполнение задолго до появления последнего на сцене. Истина в том, что все – председатель и члены суда, прокуроры, сторона защиты, а более всех несчастный обвиняемый – оказались жертвами ex post facto (закон, имеющий обратную силу, изданный после совершения преступления и отягчающий положение обвиняемого. – Пер.) закона и процедуры, сделавших защиту практически невозможной.

Суды в британской зоне, одним из которых и был процесс фон Манштейна, имели одно достоинство – обвинения «против мира и против человечества» ими не выдвигались. Но помимо этого они вскрыли множество ошибок своих предшественников в Нюрнберге, Токио и в американской зоне, а именно: несоответствие Всеобщей декларации прав человека ООН и Женевской конвенции об обращении с военнопленными, заключавшейся в новых ex post facto преступлениях, не являвшихся ни уголовно наказуемыми, ни даже незаконными на время их совершения; исключение подчинения приказам и закону государства из аргументов защиты, что было решительно отвергнуто палатой лордов; принятие в расчет свидетельств, которых не потерпели бы в британских или американских судах, включая основанные на слухах свидетельства из третьих или четвертых рук; отказ стороне защиты в присутствии на допросах свидетелей и праве их перекрестного допроса; нагромождение обвинений, включающих в себя целый ряд различных и не связанных между собой событий, что не могло быть принято ни одним из британских судов; отказ обвиняемому, вопреки Женевской конвенции об обращении с военнопленными, в ношении его воинского звания, знаков различия и наград, и главное – в праве предстать перед судом офицеров, равных ему по рангу. Последнее особенно бросается в глаза в деле фельдмаршала фон Манштейна, в составе суда над которым не нашлось офицера, имевшего опыт командования армиями и группами армий в условиях военных действий.

В связи с этим очень интересной является оценка, приведенная в главах IV и VII, касающихся деятельности Манштейна в ходе войны в России, что крайне важно для понимания громадной ответственности и озабоченности командующего в его руководстве огромными войсковыми контингентами, разбросанными по обширным территориям, а также чрезвычайных обстоятельств, требовавших его присутствия то в одном, то в другом месте. И только на таком крупномасштабном историческом фоне можно понять сосредоточенность Манштейна на главной дилемме – на победе или поражении – и то, как, должно быть, мало времени и мыслей он мог уделять действиям подчиненных Гиммлера, о деятельности которых зачастую был совершенно не осведомлен.[1]

При чаше весов, склонившейся далеко не в пользу защиты еще до начала суда, и отягощении прецедентами, установленными Нюрнбергским трибуналом и судами в американской зоне, казалось невероятным, чтобы по каждому пункту обвинения суд мог вынести решение в пользу Манштейна, и Реджинальд Пэйджет заслужил огромное уважение за то, чего он добился.

Существует, однако, еще один любопытный момент, который, по-видимому, проглядели. Как Всеобщая декларация прав человека, так и Женевская конвенция в последней редакции, призванной исправить несколько несоответствий, от которых пострадал фон Манштейн, были опубликованы до начала суда над ним в августе 1949 г. Датой принятия и провозглашения Всеобщей декларации прав человека является 10 декабря 1948 г. Согласно официальной версии, которая сейчас лежит передо мной, «следуя этому историческому акту, Ассамблея призвала все страны-члены обнародовать текст декларации…» (здесь и далее приведены дословные цитаты русскоязычных версий документов – за исключением документов процесса фон Манштейна, 1949 г.). Как так вышло, что суд не получил инструкций принимать во внимание текст статей, предоставляющих всем людям, без исключения (ст. 1 и 2) законные и публичные слушания «посредством независимого и беспристрастного суда» (ст. 10), что вряд ли можно отнести к суду победителей; и «никто не может быть осужден за преступление на основании совершения какого-либо деяния или бездействия, которые во время их совершения не составляли преступления по национальным законам или по международному праву. Не может также налагаться наказание более тяжкое, нежели то, которое могло быть применено в то время, когда преступление было совершено» (ст. 11, п. 2). Отредактированная Женевская конвенция, которая в равной степени запрещает суды над военнопленными по преступлениям ex post facto (ст. 99), как и лишение их воинского звания, знаков различия и наград (ст. 87), и предоставляет множество других гарантий для военнопленных, была закончена только 12 августа 1949 г., однако суд вполне мог быть обеспечен предварительной информацией задолго до окончания процесса.

В любом случае это тот момент, который должно было принять в расчет при любых обстоятельствах в процессе работы над редакцией, которая теперь уже готова и обеспечила значительный прогресс в американской зоне.

Сторонники умеренности также получили поддержку, благодаря распоряжениям о помиловании, изданным генералом Макартуром, которые привели к долгожданному освобождению в ноябре 1950 г. господина Сигемицу, бывшего посла Японии в Лондоне, и, решением правительства Бельгии, генерала Фалькенгаузена вместе с двумя другими генералами 27 марта 1951 г. Таким образом, как и должно было случиться, порядочность и здравый смысл постепенно пробивают себе дорогу, ибо, как мудро заметил Уинстон Черчилль, выступая в парламенте 28 октября 1948 г.:

«Месть, из всех чувств удовлетворения, длится дольше всего и обходится наиболее дорого; из всех политик карательное преследование является наиболее пагубным. Наша политика, за исключением особых случаев, о которых я упоминал, впредь должна стереть из памяти преступления и ужасы прошлого, – как бы тяжело это ни было, – и смотреть, во имя нашего спасения, только в будущее.

Возрождение Европы невозможно без активной и лояльной поддержки всего немецкого поколения…»

Это высказывание должно быть принято во внимание всеми теми, кто озабочен пересмотром дел или милосердием.

Лорд Хэнки

Часть первая

Глава 1

Начало карьеры

Самым талантливым из всех немецких командующих был фельдмаршал Эрих фон Манштейн.

Капитан Лиддел Гарт

Роль адвоката в судебном разбирательстве – в противовес политическим прениям – является, и должна являться, строго беспристрастной. Задача адвоката – представля ...

Быстрая навигация назад: Ctrl+←, вперед Ctrl+→