История гражданского общества России от Рюрика до наших дней

Михаил Кривоносов, Вячечлав Манягин

История гражданского общества России от Рюрика до наших дней

© Кривоносов М. М., 2015 ©

© Манягин В. Г., 2015

© Книжный мир, 2015

* * *

Кривосносов Михаил Михайлович – меценат, предприниматель, председатель Общественной палаты г. Александрова, член Совета по развитию малого и среднего предпринимательства при Губернаторе Владимирской области, генеральный директор ОАО «Стэлла», учредитель некоммерческой организации «Александровская индустрия гостеприимства» (2011), деятельность которой направлена на развитие туризма, культуры, благотворительности в регионе. Его перу принадлежат многочисленные публикации в прессе по развитию гражданского общества в России, книга «Мы потеряли три России» (2011) и сборник стихов «Что есть жизнь на Земле. Я скажу вам – любовь». Персональный сайт автора михаилкривоносов.рф

Манягин Вячеслав Геннадьевич – русский писатель, журналист, автор книг по истории древней и средневековой Руси. Член Союза писателей России. Дипломант Всероссийской литературной премии им. А. К. Толстого (2013) за книгу «История русского народа от потопа до Рюрика». Дважды входил в десятку самых известных православных писателей России (2005, 2007). Персональный сайт автора manjagin.ru

От авторов

Каким должно быть гражданское общество России?

Уважаемый читатель!

Эта книга – продолжение работы над проектом гражданского общества России, которую авторы ведут с 2010 г. В 2011 г. была издана книга «Мы потеряли три России»,[1] посвященная вопросу построения гражданского общества в нашей стране. Была надежда обратить внимание чиновников и политиков на эту актуальную проблему.

К сожалению, за прошедшие с той поры годы мы убедились, что в России до сих пор только ведутся разговоры о гражданском обществе, но очень мало тех, кто серьезно относится к этой теме как среди политиков, политологов, так и, к сожалению, среди научного сообщества.

По-прежнему так и не сформулировано отвечающее современному историческому этапу развития Российского государства понимание и определение гражданского общества в России, хотя все постоянно о нем говорят и пишут. Политики озвучивали планы разработать закон о гражданском обществе, но эти планы так до сих пор и остались на стадии разговоров.

Мы можем пока что констатировать, что прежнюю систему управления страной разрушили до основания, но новой эффективной системы управления так и не создали. А страна в кольце санкций, на границе с Украиной идут бои… Запад открыто угрожает России не только экономической, но и «горячей» войной. И в такой ситуации попытки чиновничества ограничиться реанимацией идеи «правящей партии власти» ради самой власти, ничего кроме удивления вызвать не могут. Президент демонстративно вышел из нее, создал другую общественно-политическую структуру, словно хочет показать, что надо идти далее иным путем, но…

25 лет управления государством в ручном режиме привели к повсеместной коррупции и безответственности. Страну разворовывают. Но даже четверти века не хватило на то, чтобы хотя бы приблизиться к пониманию необходимости построить в стране – для спасения государства и общества – легитимную и справедливую социально-политическую систему, адекватную современным условиям и исторической традиции нашей страны. Без нее невозможна ни модернизация, ни, тем более, возрождение России, сколько бы нам о таковом не заявляли представители высшей управленческой элиты и различных политических сил.

Такой системой может быть только гражданское общество, однако не в западном понимании, когда социум противопоставляется государству, а в российском.

Каким же должно быть российское гражданское общество, соответствующее нашим историческим и национальным традициям? В чем его отличие от западного гражданского общества?

Расхожая формулировка, внедряемая в умы наших соотечественников, утверждает, что гражданское общество – это «сфера самопроявления свободных граждан и добровольно сформировавшихся некоммерчески направленных ассоциаций и организаций, независимая от прямого вмешательства и произвольной регламентации со стороны государственной власти и бизнеса, которое выступает как фильтр требований и поддержки общества к политической системе».[2]

Это упрощенное и по своей сути провокационное определение, которое препятствует сотрудничеству государства и гражданского общества и даже противопоставляет последнее власти. Оно ставит «гражданское общество» неким третейским судьей над государством и народом, судьей, де-факто находящимся вне правового поля, а вернее, над правовым полем и подменяющим собой судебные органы, решающим кто прав, а кто неправ исходя из собственной системы ценностей, лукаво названной «правами человека»: «Гражданское общество можно определить также как третий сектор, один из гарантов соблюдения прав человека, совокупность общественных отношений вне рамок властно-государственных и коммерческих структур, но не вне рамок государства как такового.»[3]

Однако такое понимание гражданского общества характерно исключительно для западного менталитета и возникло как результат особенностей исторического развития Западной Европы, где существовало противостояние власти в лице земельной аристократии и городов, как центров появления капиталистических отношений.

Европейские города, имевшие зачастую самоуправление, бывшие резиденциями духовной власти – католического епископата, выпадали из системы светской власти феодалов и даже королей, проводили политику «защиты прав» населяющих их граждан. «Гражданин», «горожанин», «бюргер», «буржуа» – все это однокоренные слова, отражающие тождество городского и гражданского обществ. Населявшие европейские города бюргеры, купцы и ремесленники – «третье сословие» – и создавали свое гражданское общество, которое боролось за свои права с государственной властью.[4]

Впервые, видимо, термин «гражданское общество» был употреблен в XVI в. в одном из французских комментариев к «Политике» Аристотеля, а широко распространился он в XVII–XVIII вв., с наступлением Нового времени и эпохи капитализма.

В XVI в., в период Реформации, именно «третье сословие» породило протестантизм. Это был западноевропейский вариант «гражданского общества» – автономной от государства структуры, содружества людей, придерживающихся одних взглядов, не совпадающих с позицией официальной церкви и государства. Социальные катаклизмы, сопровождающие данный процесс были ужасны: от подавления буржуазной протестантской революции в Нидерландах, Варфоломеевской ночи во Франции, Тридцатилетней европейской войны и Английской революции 1649 г. до Французской буржуазной революции и Наполеоновских войн конца XVIII – начала XIX вв. Становление европейского гражданского общества стоило Европе миллионов жизней.

Из этого раскола западного социума и растут корни сегодняшнего противопоставления гражданского общества и государства. Более того, то протобуржуазное «гражданское общество», которое триста лет назад вело кровавую борьбу за свои права с феодалами и землевладельцами, давно уже победило, и, хотя по-прежнему ведет ее под лозунгом «защиты прав человека», – но уже против той части общества, которой, по словам классиков социализма, «нечего терять кроме своих цепей»,[5] т. е. тех, на эксплуатации которых оно основано и продолжает существовать, постоянно порождая социальные противоречия и несправедливость.

Видимо поэтому многими мыслителями, от Дж. Локка до К. Маркса, В. Ленина и Г. Маркузе, государство рассматривалось исключительно как аппарат насилия, подавления и безусловный антагонист противостоящего ему гражданского общества. Последнее стало восприниматься как особый инструмент для защиты прав человека от произвола человеком же созданного государства.[6]

Насколько эта раскольничья концепция гражданского общества, порожденная на Западе, адекватна российским реалиями? Да и не только российским, а шире – насколько такое гражданское общество соответствует общемировой – основной – линии исторического развития? Ибо западноевропейский социум – всего лишь отдельная, нездоровая и временная флуктуация, боковая ветвь истории человечества, ведущая к его моральной, духовной и физической гибели.

Противоположная буржуазной западноевропейской иная концепция гражданского общества, определяемая как система взаимодействия социума и государства, возникла еще в античности.

Тождество понятий «гражданское общество» и «государство» было отражено уже в трудах древних философов. Со времен Аристотеля (384–322 до н. э.) эти две сферы рассматривались в нераздельном единстве. Общность, государство, koinonia, civitas были единым социальным и политическим целым.[7]

В эпоху Возрождения таких же воззрений придерживаются, например, Н. Макиавелли и Ж. Боден, считавшие, что именно государство гарантирует права и свободы граждан.

После террора, сопутствовавшего победе буржуазных революций, античная концепция взаимодействия государства и социума вновь возрождается как антитеза западному гражданскому обществу: к ней обращаются Наполеон I, К. Меттерних, С. Уваров и К. Победоносцев, которые были убеждены, что именно государство является инструментом формирования гражданского общества, воспитания гражданского самосознания подданных.

Отдельный и большой разговор, который будет вестись ниже, на страницах этой книги – попытка создать гражданское общество в России Иваном Грозным и его преемниками в середине XVI – начале XVII вв. ...

Быстрая навигация назад: Ctrl+←, вперед Ctrl+→