Неистовый соблазнитель

Сара М. Андерсон

Неистовый соблазнитель

* * *

Эта книга является художественным произведением. Имена, характеры, места действия вымышлены или творчески переосмыслены. Все аналогии с действительными персонажами или событиями случайны.

His Forever Family

© 2016 by Sarah M. Anderson

«Неистовый соблазнитель»

© ЗАО «Издательство Центрполиграф», 2016

© Перевод и издание на русском языке, ЗАО «Издательство Центрполиграф», 2016

Глава 1

Давайте, мисс Риз, – через плечо бросил Маркус Уоррен, – здесь не так уж и жарко.

Замедлив бег, он подождал, пока с ним сравняется помощница, Либерти Риз, по старой привычке машинально оглядываясь в поисках выбивающихся из общей картинки минивэнов с темными окнами, но, как обычно, если не считать остальных бегунов, в парке никого, кроме них с мисс Риз, еще не было. И это замечательно. Прошлое осталось в прошлом, и пора уже к этому привыкнуть.

Как же он любил озеро Мичиган в утреннем свете… Голубая вода, ясное небо и яркое солнце, висевшее едва ли не над самой поверхностью воды. Позже жара станет невыносимой, но раннее утро несло лишь освежающую прохладу, заряжая энергией на весь день.

Лишь в такие секунды Маркус чувствовал себя практически свободным.

Он задумчиво посмотрел на пульсометр.

– Вы же не собираетесь уступать жаре, мисс Риз? – усмехнулся он, растягивая четырехглавую мышцу бедра.

Судорожно дыша, мисс Риз остановилась рядом:

– Могу я в очередной раз заметить… что… во время пробежки никто ничего не записывает?

Но он-то ясно видел, каких сил ей стоит сдержать улыбку.

Дожидаясь, пока она восстановит дыхание, Маркус продолжал делать растяжку.

– Зато я говорю, разве это не считается?

Закатив глаза, она молча допила воду, и Маркус невольно улыбнулся. Он, Маркус Уоррен, наследник финансовой империи Уорренов по отцу и наследник сети отелей «Маркиз» по матери. И единоличный владелец собственноручно воздвигнутого «Уоррен капитала». Ему принадлежит половина «Черных ястребов Чикаго» и четверть «Чикагских быков», да вдобавок еще три четверти «Чикагского огня», профессиональной футбольной команды. Он один из самых богатых холостяков этого столетия и наверняка самый богатый в Чикаго.

И люди не закатывают в его обществе глаз.

Разумеется, за исключением мисс Риз.

Убрав бутылку, она взялась за блютус-гарнитуру, с которой никогда не расставалась.

– На что могут рассчитывать часовщики?

Дорогая марка часов неплохо развернулась в Детройте и теперь искала новых инвесторов для расширения. Маркус задумчиво посмотрел на сделанные под него часы из чистого золота.

– А сама как думаешь?

Вздохнув, мисс Риз побежала дальше. Бегунья из нее вышла не слишком грациозная, зато она не только не отставала, но еще и успевала делать заметки. Пробежка – самое продуктивное время, и Маркус старался не упустить ни одной минуты.

И именно поэтому бегали они каждый день, не обращая внимания ни на жару, ни на дождь. Только лед удерживал их от ежедневного забега в парке, но на этот случай в офисе имелись беговая дорожка и столик для мисс Риз, чтобы она продолжала вести записи и вставляла ценные замечания.

Пропустив помощницу вперед, Маркус невольно засмотрелся на притягательные изгибы. Пусть она и не слишком грациозна, зато мимо нее ни один мужчина равнодушно не пройдет.

Качнув головой, Маркус быстро выбросил из головы лишние мысли. Он не из тех миллиардеров, что спят с собственными секретаршами. Отцовских подвигов на этом поприще сполна хватит на них обоих, а его самого с мисс Риз связывают исключительно рабочие отношения. Ну и пробежки.

Он без труда ее догнал:

– Ну так как?

– Часы уже никто не носит, – выдохнула она тяжело. – Если только это не умные часы.

– Верно подмечено. Я собираюсь вложить в эту компанию двадцать пять миллионов.

От удивления мисс Риз даже споткнулась, но Маркус вовремя ее поддержал.

– Ты в порядке? Мы уже почти у фонтана. – У Букингемского фонтана они обычно разворачивались и бежали обратно.

– В порядке. – Она бросила на него косой взгляд. – Может, пояснишь, как ты пришел от мысли, что часы – мертвый рынок, к тому, чтобы вложить в него двадцать пять миллионов?

– Раз просто так их уже не носят, значит, они снова превратились в то, чем когда-то и были. В знак статуса. Только богатейшие потребители могут позволить себе приобрести часы стоимостью в пару роялей. Рынок часов не умер, мисс Риз, умер рынок массовых часов, а с роскошными экземплярами все обстоит совершенно иначе. – Он протянул к ней руку, показывая собственные часы. – Неплохо, правда? И всего за четыре с половиной тысячи долларов.

– А еще они послужат отличной рекламой, – кивнула помощница.

– Но пусть сперва «Роквотчес» в деталях изложат нам свою маркетинговую политику, а заодно подумают над возможностью установки в браслет от часов современных технологий.

Они наконец-то достигли фонтана, и мисс Риз остановилась, уперевшись руками в колени и судорожно втягивая в себя воздух.

– Еще что-нибудь скажешь? – спросил Маркус.

– Вы должны решить, будете ли присутствовать на свадьбе Хэнсон.

Маркус громко застонал:

– Это обязательно?

– Вы сами решили, что должны ее посетить, – напомнила она сухо. – Сами объявили, что пойдете туда с девушкой, и сами собирались убить одним выстрелом двух зайцев, назначив на следующий день встречу с продюсерами «Неудержимого безумия».

Маркус невольно улыбнулся, в очередной раз поражаясь женской безжалостности. Вообще-то это не он решил, что должен попасть в Лос-Анджелес на свадьбу Хэнсон и Спирса, да и кто в здравом уме захочет смотреть, как его бывшая невеста выходит замуж за любовника, с которым ему изменила?

Но мама вбила себе в голову, что он просто обязан заявиться на это торжество с девушкой и всем своим видом изображать счастье, чтобы оставить «тот неприятный инцидент в прошлом». Разумеется, если бы все шло так, как мечтала мама, ему все равно пришлось бы жениться на Лилибэт Хэнсон, потому что, по сравнению с великим замыслом, мелкая интрижка – это ничто. Лилибэт была из богатой семьи. Маркус выходец из богатой семьи и значительно преумножил семейное состояние. А вместе, по мнению его родителей, они могли бы править миром.

Вот только зачем? Маркус решительно отказался продолжать с ней какие-либо отношения и считал, что родители приняли его выбор. А потом пришло свадебное приглашение.

И самое отвратительное, что родители были не так уж и не правы, когда утверждали, что скандал определенным образом сказался и на его делах. Например, неспособность разглядеть правду о Лилибэт как бы подразумевала, что, возможно, он не сумеет правильно вложить деньги. Поэтому родители настаивали, что он обязан посетить свадебную церемонию, доказав всем и каждому, что они расстались по-хорошему. И при этом обязательно с девушкой, потому что, заявляясь на свадьбу бывшей в одиночку, он тем самым распишется в собственном поражении.

И теперь ему оставалось лишь выбрать девушку.

Он посмотрел на Либерти:

– И какие у меня варианты?

– Розетта Нейлор?

Маркус нахмурился:

– Слишком глупая.

– Катерина Набокова?

– От этой так и отдает русской мафией.

Либерти протяжно вздохнула:

– Эмма Грин?

Он невольно поежился. А ведь он действительно пару раз с ней встречался…

– Ты серьезно?

– Все в курсе, что вы ходили на свидания, так что она никого не удивит.

– Ошибаешься, если мы снова объявимся вместе, все решат, что дело идет к свадьбе. И в первую очередь его родители.

Он изо всех сил старался сохранить с ними мир, даже едва на Лилибэт Хэнсон не женился, и все потому, что родители свято верили, что они идеально друг другу подходят.

Но больше он в эту ловушку не попадется.

– Мистер Уоррен, выбор ограничен, а время уже поджимает. Свадьба через две недели, и если вы действительно хотите прийти туда с девушкой, вам нужно ее пригласить.

– Ладно, тогда ты сама со мной пойдешь.

Открыв рот, помощница уставилась на него огромными глазами, а по ее лицу скользнуло нечто подозрительно похожее на желание.

Что? Неужели она действительно его хочет?

Но она быстро взяла себя в руки и выпрямилась:

– Мистер Уоррен, сейчас не время для шуток.

– А я и не шучу. Я тебе доверяю, и ты отлично подходишь. – Он шагнул чуть ближе. – Знаешь, порой мне кажется, что ты единственная, кто со мной честен, и уж тем более ты не станешь продавать все подробности этого «свидания» желтым газетам. – В отличие от Лилибэт, которая неплохо заработала на своей интрижке, попутно выставив его паршивым парнем и в жизни, и в спальне.

Либерти закусила нижнюю губу.

– Серьезно? По мне так вообще туда идти не стоит. Зачем давать ей очередную возможность причинить вам боль? – Голос ее стал гораздо мягче, а слова звучали так, словно она хотела его защитить.

Отличный вопрос. Он не хочет, чтобы Лилибэт в очередной раз прошлась по его самолюбию, но он обещал родителям сохранить лицо и показать всем и каждому, что имя Уорренов до сих пор значит лишь деньги и власть.

– К тому же так, для справки, мне кажется, что вся эта идея с «Неудержимым безумием» хуже некуда. Проблема с Лилибэт заключалась в том, что твою частную жизнь выставили напоказ, а теперь ты сам собираешься на реалити-шоу, чтобы отыскать место для новых вложений? Ты как бы сам напрашиваешься, чтобы люди процветали за твой счет.

– Предполагается, что это отличный способ вывести ...

Быстрая навигация назад: Ctrl+←, вперед Ctrl+→