Курская битва. Перелом

Е <аз

1943

УДК 94(47).084.8 ББК 63.3(2)622 Б90

Серия «На линии фронта. Правда о войне» выпускается с 2006 года

Оформление обложки Ю. Клименко

Букейханов П.Е.

Б90 Курская битва. Перелом. Сражение наложном фасе Курской дуги. Крах операции «Цитадель». Июль 1943 г. — М.: ЗАО Издательство Центрполи-граф, 2012. — 543 с. — (На линии фронта. Правда о войне).

ISBN 978-5-227-03231-7

Вторая часть трилогии историка П.Е. Букейханова о Курской битве включает исследование операции «Цитадель» на южном фасе Курской дуги. На обширном документальном материале, в том числе из фондов Центрального архива Министерства обороны, показан ход летнего наступления германских войск на Курск в полосе Воронежского фронта, проведен анализ причин и условий, определивших исход операции «Цитадель», предпринята попытка выявить закономерности, которые обусловили итоги всей Курской битвы.

УДК 94(47).084.8 ББК 63.3(2)622

ISBN 978-5-227-03231-7 © Букейханов П.Е., 2012 © ЗАО «Издательство Центрполиграф», 2012 © Художественное оформление серии, ЗАО «Издательство Центрполиграф», 2012

ВВЕДЕНИЕ

Ожесточенные бои на северном фасе Курского выступа, о которых было рассказано в книге «Курская битва: оборона», имели огромное значение как для их участников, так и для командования сражающихся сторон на советско-германском фронте. Однако кульминационным пунктом операции «Цитадель» все-таки считается наступление немецкой 4-й танковой армии группы армий «Юг» на южном фасе выступа, приведшее к сражению под Прохоровкой. Это мнение основывается прежде всего на количественной оценке задействованных в сражении сил и средств, а также информационно-пропагандистских клише, появившихся уже в послевоенное время.

В связи с этим актуальность очередного обсуждения и освещения операции «Цитадель», в особенности касаясь ее проведения на южном фасе Курского выступа, обусловлена проблемным и противоречивым характером существующих военно-исторических и военно-аналитических интерпретаций в отношении действий войск и решений командования противоборствовавших сторон. Советская и российская историография в целом остаются на позициях доказывания верности и безупречности основных оперативных и оперативно-стратегических решений советских военачальников и военного руководства страны, за некоторыми исключениями в части признания отдельных оперативных ошибок командования Воронежского фронта. Тем не менее, поскольку цель обороны заключается в отражении наступления противника, ни в коем случае не ставится под сомнение конечный результат оборонительной операции Воронежского фронта. Также не ставится под сомнение высокий уровень боевого мастерства советских войск, безусловно превосходящих в этом противника. Поэтому операция «Цитадель» признается заранее обреченной на провал, «дефективной» и «авантюристической».

Даже в последних военно-исторических работах В. За-мулина и Л. Лопуховского, отличающихся высоким качеством фактографического исследования событий, принимается утверждение, что в стратегическом и оперативном отношении исход оборонительной операции Воронежского фронта был предрешен, то есть германские войска изначально обречены на неудачу в наступлении на Курск. При этом остается без соответствующего анализа факт прорыва в течение двух дней операции двух оборонительных полос Воронежского фронта, готовившихся в течение трех месяцев и полностью занятых советскими войсками, которые, с учетом оперативных резервов, численно и материально превосходили атакующего противника. Данное обстоятельство в советской историографии традиционно объяснялось ошибочным распределением сил и средств в полосе Воронежского фронта.

В свою очередь, североамериканские и западноевропейские военные историки и аналитики в общем придерживаются взглядов германских военачальников, изложенных в послевоенных исследованиях и мемуарной литературе. Целесообразность и оптимальность планов и решений советского и германского командования здесь рассматриваются с точки зрения ошибочности исходного оперативно-стратегического решения германского Верховного командования (Адольфа Гитлера (Adolf Hitler) на проведение операции «Цитадель», хотя при этом утверждается превосходство германских солдат и полевых командиров в тактике ведения боя, за счет чего противнику были нанесены значительные потери, превосходящие урон германских войск в операции. Вместе с тем также существует мнение, что именно потери германской стороны, в особенности по бронетехнике, понесенные в ходе наступления на Курск летом 1943 года, стали причиной серии последующих военных поражений немцев на Востоке.

Учитывая такой широкий спектр оценок, следует заметить, что неудача наступающей стороны, высокие потери сил и средств обороняющихся, а также продолжение активных боевых действий уже после прекращения операции «Цитадель» — все это требует более тщательного изучения вопроса о значении операции для каждого из противников. Поэтому, во-первых, целесообразно рассмотреть качество организации боевых действий как в Красной армии, так и в вермахте, поскольку до настоящего времени не предпринималось попыток установить соответствие затрат и достигнутых результатов для каждой из сторон, хотя бы сравнительно с теми их операциями, которые являются «эталоном» успеха. Во-вторых, ввод в бой стратегических резервов советской Ставки Верховного Главнокомандования неизбежно проецирует результаты операции «Цитадель» на следующий этап Курской битвы — наступление на Орел и Харьков. Данное обстоятельство упускается из внимания многими исследователями. В-третьих, остаются не вполне решенными также и частные вопросы, например такие, как эффективность боевого применения отдельных образцов боевой техники.

Отсутствие глубокого анализа указанных вопросов вызывает сомнения в объективности и однозначности исхода сражения, то есть сам факт неудачи германских войск в наступлении на Курск неоспорим. Однако, на наш взгляд, пока нет твердого убеждения, что не существовало альтернативных вариантов планирования и проведения операции «Цитадель», реализация которых позволила бы германскому командованию добиться оперативного или даже стратегического успеха в подобном наступлении. Соответственно, в работе рассмотрены альтернативные варианты планирования и проведения операции «Цитадель».

Кроме этого, предпринятая автором детализация событий позволяет оценить целесообразность и оптимальность оперативных планов и оперативно-тактических решений противников, уровень их оперативного искусства и тактического боевого мастерства. Для этого разработана математическая модель оценки результативности действий войск в наступлении и обороне, основанная на анализе геометрии операции и понесенных в ней потерь.

Кроме того, сравнительно с предыдущими исследованиями автор стремился по возможности более полно представить действующих лиц военной драмы, происходившей под Курском летом 1943 года, прежде всего из числа командного звена советских и германских войск на уровне подразделений, частей и соединений. Взгляд на лица противников и последующую судьбу некоторых из них позволит читателю более полно ощутить и лучше понять те далекие события и их героев, руководствуясь не только аналитическим мышлением, но также эмоционально-образным восприятием информации.

Часть первая

ОПЕРАЦИЯ «ЦИТАДЕЛЬ» ГРУППЫ АРМИЙ «ЮГ»

Глава 1

ОПЕРАТИВНОЕ ПОЛОЖЕНИЕ СТОРОН К НАЧАЛУ БОЕВЫХ ДЕЙСТВИЙ

На южном фасе основной удар германцы нанесли на Белгороде ко-Курском направлении, на участке 6-й гвардейской армии Воронежского фронта, которой командовал генерал Иван Чистяков (начальник штаба генерал Валентин Пеньковский). 6-я гвардейская армия оборонялась в полосе шириной около 64 км, так что справа от нее располагалась 40-я (разграничительная линия Ивня, Меловое, станция Сумовская, Хотмыжск, все пункты, кроме станции Сумовская, включительно для 40-й армии), а слева —

7-я гвардейская армии.

В состав армии входило семь гвардейских стрелковых дивизий (из них по три соединения в составе 22-го и 23-го гвардейских стрелковых корпусов) со средствами усиления: отдельная танковая бригада, два танковых и самоходноартиллерийский полки; отдельный дивизион бронепоездов; зенитно-артиллерийская дивизия; две пушечные артиллерийские бригады и отдельный пушечный артиллерийский полк; две истребительно-противотанковые артиллерийские бригады; пять гвардейских минометных и два минометных полка; десять армейских истребительно-противотанковых артиллерийских полков; два зенитно-артиллерийских полка; пять отдельных батальонов противотанковых ружей и два отдельных инженерных батальона, в которых насчитывалось около 80 тысяч человек боевого состава, 1682 орудия и миномета, 92 ракетные установки, 135 танков и 20 САУ1 (по другим данным2, по состоянию на 5 июля 1943 года силы и средства 6-й гвардейской армии Воронежского фронта насчитывали более 100 тысяч человек списочного состава, 892 орудия, 1157 минометов, 147—148 танков и 21 САУ типа СУ-76 и СУ-122; по информации Генерального штаба Красной армии3, собственно 6-й гвардейской армии принадлежало 779 минометов калибров 82 и 120 мм, 418 противотанковых и 477 полевых орудий).

В первом эшелоне армии оборонялись четыре стрелковые дивизии, две стрелковые дивизии занимали вторую оборонительную полосу, а одна дивизия была выведена в резерв; обе истребительно-противотанковые артиллерийские бригады, составлявшие армейский резерв, сосредоточились в центре армии за второй оборонительной полосой в районе Сухо-Солотина; танкова ...

Быстрая навигация назад: Ctrl+←, вперед Ctrl+→