Досье Госпожи

Тиффани Райз

Досье Госпожи

Серия: Грешники - 3,5

Перевод: Skalapendra

Сверка: helenaposad

Редактор: Amelie_Holman

Оформление: Eva_Ber

Дело Актрисы

Автор: Нора Сатерлин

Я пишу эту историю по одной единственной причине - Кингсли заплатил мне. Ну, еще и приказал. И еще он великолепен, а у меня проблема - я не могу сказать "нет", когда он дуется. Ладно, может у меня больше чем одна причина сделать это.

Но, тем не менее, я не хочу этого делать.

Кингсли, ты хоть представляешь, насколько написание профайлов клиентов - масштабная и неприятная работа? Ты знаешь, сколько у меня клиентов? И нет, я не разговариваю с тобой, пока ты читаешь через мое плечо то, что я пишу.

А поскольку ты читаешь через мое плечо, я воспользуюсь каждой подвернувшейся возможностью тебя оскорбить. Я знаю, ты хочешь, чтобы я написала эти досье "чтобы̀ другиѐ Доминанты̀ могли учиться̀ у меня и "как лучшѐ обращаться̀ с клиентамѝ..." И да, ты так говоришь, по-французски. А теперь перестань дышать мне в ухо и дай спокойно писать. Я буду называть настоящие имена. Позже можешь попросить Джульетту изменить их.

О, и я специально использую стиль сэра Артура Конан Дойла в названии, и, если ты изменишь его, я разожгу в твоей кровати огонь. И на этот раз не в хорошем смысле.

Клиент: Шеридан Стратфорд, 23 года.

Профессия: Актриса, в настоящее время снимается в «Имперском городе» в роли невинной дочери коррумпированного миллиардера. Она известна прессе как «Любимица Америки» из-за ее небольшого роста, невинной внешности и натуральных светлых волос. Однако, она далеко не невинна. Спасибо тебе Господи.

Предпочтения: сабмиссив.

Сексуальная ориентация: гетеро, но уступчивая.

Фетиши: Мужские деловые костюмы, чем дороже, тем лучше.

Шеридан не привлекают женщины, но у нее проблема, разрешить которую она не могла позволить мужчине. Возможно, причиной тому и стал мужчина. Я женщина. Трудно скрыть этот факт - 4 размер, большое спасибо матушке-природе, но я отлично перевоплощаюсь, и только Кингсли выглядит лучше меня в костюме-тройке. Этот парень раздражает меня почти каждый день, но признаюсь первой, Лягушка на самом деле Принц.

И этот осел должен лучше заботиться о своей лучшей Доминатрикс и каждый день кормить ее шоколадом и мартини. (Я знаю, ты все еще читаешь через плечо, Кингсли. Уходи. Разве тебе не пора насиловать свою секретаршу или что-то в этом роде?)

Но вернемся к делу. Шеридан. Ах... Шеридан. Доминанты берите на заметку - ужасная идея влюбляться в своих клиентов. Ужасная. Запретная. Даже не думайте об этом.

Только если вы - это я. Мне можно. Но только чуть-чуть. Вы не станете меня осуждать, когда увидите эту девочку. Ой, погодите. Ее показывают по телевизору. Вы видели ее, поэтому понимаете. Маленькая прекрасная дюймовочка двадцати лет, ей едва дашь восемнадцать. Настолько миниатюрная и хрупкая, она словно хрустальный цветок, который хочется держать на ладони и смотреть на каждую изящную линию, пока вы не сожмете ладонь и не раздавите ее на тысячу кусочков.

Простите. Думаю, у меня только что был оргазм.

Вернемся к Шеридан. Люблю эту девочку. А как не любить? Она почти дрожала, когда я впервые увидела ее на крыше особняка Кингсли в зимнем саду с подсвечником в руках...

Знаете, думаю, я начинаю вплетать интригу в свою работу. Только представьте, Интрига будет намного более интересной и темной игрой, если она будет о сексуальном преступлении, а не об убийстве.

Снова отступление. Простите. Я слишком многословна, ведя повествование от первого лица, поэтому мне не стоит писать. Давайте исправим это.

Дорогой читатель, просто представьте Шеридан Стратфорд - дебютантку с Бродвея, милую звезду маленького экрана, сидящую на антикварной софе в лунном свете в зимнем саду на крыше особняка на Манхеттене. Серебряное струящееся платье, босоножки на шпильках с тонкими ремешками, переплетающиеся на лодыжках, длинные светлые волосы собраны в пучок, широко раскрытые напуганные глаза.

Напуганные, но смелые.

Это и есть моя девочка.

Первая сессия.

Шеридан шептала что-то в бокал вина и то, что она шептала Госпожа никогда не узнает. "Помогите" возможно. "Что я здесь делаю?" - может быть. Шеридан сделала пару глотков, прежде чем поставить бокал на стол, рядом с вазой белых орхидей. Госпожа просто ждала в тени дверного проема и наблюдала за ней, пытаясь прочитать язык тела девушки. Плечи ссутулены, голова опущена, ноги постоянно в движении, даже когда она сидит. Госпожа поняла два факта по движениям Шеридан: один - достоверный, второй - ужасающий. Девушка была в ужасе. По-настоящему. И девушке было стыдно.

Очень.

От Кингсли Госпожа узнала, почему Шеридан пришла к ним. Но ее мотивы были не так важны. Клиенты приходили отовсюду. Они были кем угодно. У каждого были свои причины прихода в Преисподнюю.

Моя жена не хочет связывать меня...

Мой парень не знает, как правильно прикасаться ко мне...

Мама говорит, что я больной...

Мне снятся эти сны каждую ночь безостановочно...

Мне нужна боль, иначе я не смогу кончить...

Меня нужно наказать, чтобы я чувствовала себя любимой...

Тысяча причин, которые можно свести воедино, вытеснить лишнее и выделить одну настоящую из двух...

Я здесь, потому что хочу этого.

Я здесь, потому что мне это нужно.

Госпожа не была проституткой. Она никогда не позволяла клиентам прикасаться к ней, никогда не позволяла клиентам проникать в нее. Проникать в ее тело. Иногда, в редких случаях, если клиент был исключительно красив, или особенно сломлен, тогда Госпожа позволяла клиенту проникать в ее сердце.

Шеридан обладала богатством от актерской карьеры, а богатство означает власть. Но она была беспомощной маленькой девочкой, которая сегодня сидела под стеклянной крышей. И когда нежный лепесток одной из орхидей слетел с цветка и приземлился на пол, Шеридан встала и подошла к раковине, вылила вино из своего бокала и наполнила его холодной водой, затем вылила ее в растение.

Госпожа улыбнулась, вспомнив, как Шеридан превратила вино в воду, чтобы напоить увядающий цветок, который она никогда прежде не видела. Именно в тот момент Шеридан впервые пробралась в сердце Госпожи.

Порывшись в кармане, Госпожа нашла свою серебряную зажигалку и поднесла сигарету к губам. Она открыла ее, зажигая пламя. Шеридан ахнула от внезапного звука и повернулась так быстро, что выронила пустой бокал на пол, где тот разлетелся на тысячи сверкающих осколков.

- О, Боже. Простите, - сказала Шеридан, прижав ладонь к краснеющему лбу. Она начала собирать осколки на полу, ее лицо выражало полнейший шок и ненависть к самой себе. Видеть такое отвращение на этом прекрасном личике разбивало сердце Госпоже. Тотчас же она решила навсегда стереть стыд с этого лица.

Госпожа не шелохнулась. Не важно, что произошло, не важно насколько эмоционален клиент, Госпожа давно усвоила, что она должна сохранять спокойствие в любой ситуации. Даже когда клиент выкрикивает ругательства на немецком, пока она порет его розгами, она должна быть спокойна внутри, умиротворена и всегда сдержана. Клиенты не просто платят за это, они заслуживают этого.

Шеридан в ужасе посмотрела на разбитое стекло, Госпожа поднесла зажигалку к кончику сигареты, и зажгла ее, выходя из тени.

- Оставь, - приказала Госпожа. - Это лишь бокал. У Кингсли их миллион.

- Я заплачу за него, мэм. Обещаю.

- Ты не будешь этого делать. Я заставлю его заплатить за то, что он посмел дать тебе такой хрупкий бокал. А теперь иди. Сядь там и забудь о бокале.

Госпожа кивнула в сторону кушетки у стены зимнего сада. Оттуда открывался вид на тысячи окон, из который струился искусственный свет, подсвечивающий лунный Манхеттен.

Шеридан поспешила подчиниться, едва не поскользнувшись на мокром полу. Она села на шелковую подушку и скрестила ноги. Такая маленькая худенькая... Госпожа хотела обнять и крепко прижать ее к себе, пока она не перестанет так бояться себя. Но Госпожа, не прикасаясь к ней, присела рядом и затянулась сигаретой, затем выдохнула дым.

- Я не курю, - сказала Госпожа, когда последний белый клубок дыма достиг стеклянной крыши.

- Но... - выдавила из себя Шеридан и снова замолчала.

- Но я курю? Ну, да, ты меня подловила. У меня есть клиент. Какой-то музыкальный магнат. Мазохист. Он любит служить пепельницей. Все что мне надо делать, это использовать его как подставку для ног, курить сигарету и стряхивать пепел на его обнаженную спину. Его оргазм настолько сильный, что Ниагарский водопад скажет "Черт. Принесите кто-нибудь швабру". Легкая работа. Пятнадцати минутная сессия. Я выставляю ему счет на пять тысяч долларов. Плюс двадцать тысяч за огнеупорное одеяло.

Шеридан побледнела. Очевидно мысль о том, чтобы тушить сигарету о чей-то голый зад не выглядела "легкой работой" для нее. Но опять же, вот почему Госпожа так зарабатывает деньги. Она ходит по тонкой грани с клиентом - грани морали, законности, сексуальности. Любой из ее клиентов зафиксирует раны, за которые он заплатил или заплатила, и пойдет в полицию сообщать о нападении. Чем больше риск, тем больше зарплата, а она любила зарплату.

Госпожа затянулась в последний раз и воткнула окурок в горшок ближайшего растения. Глаза Шеридан распахнулись еще больше, и Госпоже пришлось призвать все силы, чтобы не поцеловать бедняжку.

- Мне нравится бесить Кингсли. Можешь рассказать ему, что это сделала я.

Шеридан нервно усмехнулась.

- Я бы так не поступила. Он пугает меня.

...
Быстрая навигация назад: Ctrl+←, вперед Ctrl+→