Екатерина Кариди

ЧТО В ИМЕНИ ТЕБЕ МОЕМ…

«Когда люди начали умножаться на земле и родились у них дочери, тогда сыны Божии увидели дочерей человеческих, что они красивы, и брали их себе в жены, какую кто избрал».

Книга Бытия, глава 6.

Пролог

Это случилось очень давно.

Однажды прекрасная царица, владевшая плодородными землями и несметными богатствами моря, случайно встретила на охоте Властителя соседнего царства и влюбилась в него. Она предложила ему жениться на ней, но Властитель отказался, объясняя свой отказ тем, что у него уже есть жена. Он недавно женился по любви, и теперь был счастлив в браке. Тогда царица, переступив через свою гордость, предложила ему взять ее второй женой. Властитель ответил, что не хочет делать ее несчастной, потому что не сможет полюбить. И снова отказал.

Страшно была оскорблена отвергнутая царица.

Желая отомстить, она решила отравить жену Властителя, и, призвав на помощь силы зла, наложила на его дом проклятие. Но она все еще любила Властителя, и потому оставила для него выход.

Царица знала, найти этот выход будет непросто.

Глава 1

Есть на юге, за высокой горной цепью, обширная страна, которую называют Страной пустынь. Семь больших пустынь расположены на ее территории, остальное же — полупустыни и степи, заселенные кочевыми народами и племенами орков. Города в этой стране встречаются редко, лишь там, где в изобилии есть вода. Засушлива и скудна страна пустынь, но дважды в год в период дождей она сплошь покрывается цветами, превращаясь в дивный сад Господень.

Столица страны пустынь — город Симхорис, великий и прекрасный город, стены его высоки и неприступны, десять ворот охраняются сильными воинами. За высокими стенами жаркий ветер, иссушающий чахлую растительность, в стенах же внутри буйная зелень и приятная прохлада садов. Оазисов вокруг немного, там процветает земледелие, а в Симхорисе священный источник, щедро питающий священное озеро, вокруг которого и выстроен весь город.

Среди жителей Симхориса нет бедняков, их дома богаты. Дворец Великого Властителя пустыни являет собой чудо, знаменитое на весь просвещенный мир. Наибольшей славой и известностью пользуются висячие сады, которые Великий Властитель Зимруд устроил на ступенчатых кровлях дворца для своей любимой жены Нитхиль. Умершей совсем юной от непонятной болезни, внезапно.

Перед смертью любимая жена успела родить царю дочь — принцессу Янсиль.

Властитель Зимруд очень любил дочь, но дочь — это всего лишь дочь. Ему нужен был сын, наследник. Поселив любимую дочь в покоях любимой жены Нитхиль среди висячих садов, он приставил к ней самых верных своих служанок, а сам женился снова.

Вот только детей у него больше не было, Тогда царь стал брать женщин еще и еще, но ни одна из них так и не подарила ему ребенка. Властитель Зимруд не потерял еще надежду, хотя был весьма близок к этому и стал даже подумывать, за кого бы выдать дочь. Жених должен был быть достойным, чтобы со временем передать ему царство.

А маленькая принцесса Янсиль росла потихоньку в покоях своей матери среди дивных садов, окруженная одними женщинами и никогда не видела других мужчин, кроме отца, Владыки Зимруда. Но иногда принцессе казалось, что кто-то незримый наблюдает за ней, оберегает и исполняет ее маленькие желания.

* * *

В Стране пустынь, как и во всякой другой стране, живут не только люди, но и духи. Их жизнь проходит тайно, но они нередко присутствуют среди людей, либо незримо, либо в человеческом облике, если конечно хватит сил и концентрации, чтобы удержать его. Духи любопытны и игривы, также как и люди. И вообще, духи, особенно стихийные, так похожи на людей…

Совсем еще молодой темный дух, прекрасный, как летняя ночь, черноволосый и черноглазый, летел, прячась за самой границей тени, что отбрасывает вращающийся земной шар, освещенный солнцем. Темного духа звали Дагон. Живой, веселый, проказливый, азартный, больше всего на светеон обожал играть, Легко парил, догоняя свет, и вдруг заметил, что с другой стороны играет в ту же самую игру светлый.

Дагон приблизился, затаив дыхание, не хотелось спугнуть неожиданно обретенного товарища. Юный, прекрасный как весенний день, светлый дух с ясными золотистыми глазами и блестящими золотистыми волосами, резвился в лучах света, сам сияя, словно маленькая звезда. Дагон затих, почти превратившись в пятнышко мрака, и затаил дыхание. Темный вдруг понял, что всю свою недолгую пока что жизнь не осознавал, насколько ему не хватало света. Пока он разглядывал светлого, оставаясь в тени, тот и сам заметил Дагона, и позвал его:

— Кто ты? Летящий в тени?

— Я Дагон, я здесь играю, — отвечал темный, — А ты кто?

— А я Лейон. И я тебя сейчас обставлю!

— Это мы еще посмотрим!

Расшалившиеся духи-подростки, совсем как мальчишки втом замечательном возрасте, когда только что обретенная сила будоражит кровь, но нет еще представления, что с этой силой делать, и главное, нет никаких мудрых мыслей в голове. Они носились по самой кромке, толкаясь и норовя выпихнуть друг друга за границу света и тени, хохоча во все горло.

Под конец свалились вместе в воды соленого моря прямо посреди стаи молодых дельфинов, с удивлением наблюдавших странную игру двух молодых духов, окруженных сгустком из сполохов мрака и нестерпимо ярких лучей света. Хохочущие юнцы пошли на дно, а стая дельфинов с последовала за ними. Наконец, оба вынырнули, отплевываясь и отмахиваясь от желавших резвиться вместе с ними морских жителей, и поплыли к берегу уже в человеческом облике.

Лейон вылез раньше, протянул темному руку, а тот ухватился за нее, карабкаясь на скалу. И в этот миг заглянул в яркие золотистые глаза светлого. Дагону застыл, ему показалось, что он тонет в этих глазах, а Лейон рассмеялся и сказал, отряхиваясь, как большой пес:

— Ну что, Даг, обставил я тебя?

Дагон молчал, он не мог понять отчего, но вдруг смутился. Расставаясь, молодые духи договорились встречаться каждый день. На прощание Лейон сказал:

— Ты теперь мой друг, темный, и я скажу тебе мое истинное Имя.

— Хорошо, — просто ответил Дагон.

— Светлый, меня так по Имени и зовут, — сказал светлый Лейон на священном языке духов и протянул Дагону руку.

— А я — Темный, смешно, да, — пожав его руку, ответил на том же языке темный.

Стихийные духи, бессмертные, наделенные великой силой и способностью принимать различный облик по своему желанию, высший облик своей сущности принимали только, когда являлись перед очами Создателя, или в том случае, если их позовут на священном языке духов по Имени. Священные Имена не позволяли им быть вместе в истинном виде, их стихии могли просто уничтожить друг друга.

Лейон сказал, что они могут видеться в любом другом облике. Дагон расстроился. Но ничего другого не оставалось, и темный принял все как есть.

Друзья теперь почти все время проводили вместе. Такие похожие, и вместе с тем, совершенно разные. Дагон порывистый, увлекающийся, подверженный глубоким страстям, более плотский, если можно так сказать о духе, Лейон же спокойный, рассудительный и мечтательный.

Свет и Тьма.

Дагон был счастлив, что светлый его друг, и он может общатьсяс нимпостоянно. Лейон же, в отличие темного, был куда более самодостаточен и вовсе не имел собственнических замашек. Он искренне радовался темному другу рядом, но при этомсчитал, что всем нужно личное пространство. А Дагон был ревнив. Он хотел его света, его души, его времени. Целиком.

И вот, в какой-то момент Дагон узнал, что друг нашел себе новое занятие. Что он уже не будет проводить с ним все свои дни. Светлый стал все чаще отлучался, отшучиваясь, что у него дела на Земле. Надо кое с кем увидеться. Дагон не выдержал и спросил однажды:

— И с кем тебе надо увидеться, Лей?

Лейон помялся, но, в конце концов, краснея, признался:

— Я собираюсь навестить одну девушку…

Черные глаза его друга сощурились:

— Девушку?

— Из дочерей человеческих. Она такая… Чистая, вся светится юностью… Мне очень интересно за ней наблюдать.

Черноволосая голова склонилась, потом Дагон отвернулся, пожав плечами. Лейон улыбнулся, сказал, видя, что друг помрачнел:

— Ну, чего ты, Даг? Я же ненадолго!

И умчался.

Дагон болезненно перенес то, что светлый хочет дружить с кем-то кроме него. Не показал вида, но смертельно обиделся на друга. Темного терзала мучительная ревность. Он решил не общаться со светлым, пусть тот поймет, что потерял, и попросит прощения, и тогда они будут вместе как прежде. А Лейон в чистоте своей душевной даже не подозревал о терзаниях друга, он просто принял все как есть.

— Каждому нужно хотя бы немного личного пространства, — думал про себя светлый дух, пролетая над улицами Симхориса и незаметно подбираясь к его знаменитым висячим садам.

* * *

А во дворец Властителя пустыни в этот день с офмциальным визитом пожаловали иностранные гости из соседней страны Фивер, что находится за горным хребтом на севере. То был вельможный князь Баллерд брат Государя Фивера со свитой. Они приехали договариваться с Владыкой Зимрудом о сватовстве. Похоже, весь мир знал, что Зимруд только и делает, что женится, и что жены и наложницы его сплошь бесплодны. Северяне собирались сделать ему взаимовыгодное предложение.

Они томились в ожидании уже больше часа, прогуливаясь на нижней террасе дворца Владыки Зимруда. А безукоризненно дипломатичный и остроумный Эзар, советник Властителя развлекал ...

Быстрая навигация назад: Ctrl+←, вперед Ctrl+→