Суворин Алексей Сергеевич

Письма Н. А. Некрасову

Некрасовский сборник. V

Л., "Наука", 1973

Суворин А. С.

А. С. Суворин (1834--1912) -- известный литератор и публицист, издатель реакционной газеты "Новое время". Характеризуя его путь как типичный пример ренегатства и перерождения буржуазной интеллигенции, В. И. Ленин отмечал, что Суворин начинал как "либеральный и даже демократический журналист, с симпатиями к Белинскому и Чернышевскому, с враждой к реакции" (В. И. Ленин. Полное собрание сочинений, т. 22, стр. 43). Со времени сотрудничества Суворина в "Современнике", напечатавшего там рассказ "Солдат да солдатка" (1862, No 2), и начинается его знакомство с Некрасовым, длившееся до конца жизни поэта.

Публикуемые письма (отрывки некоторых из них печатались ранее Г. В. Красновым, см.: "Прометей", 1970, No 7; письмо от 6 декабря 1877 г. воспроизведено им в 1971 г. в кн.: Н. А. Некрасов в воспоминаниях современников. М., 1971) относятся к тому периоду жизни Суворина, когда, отойдя от "Вестника Европы" и "Биржевых ведомостей", он искал сотрудничества в изданиях Краевского -- журнале "Отечественные записки" и газете "Голос".

Ответы Некрасова на большую часть публикуемых писем напечатаны в собрании сочинений поэта и во многом их проясняют.

Общий шифр хранения всех публикуемых писем: ИРЛИ, ф. 203, No 91, лл. 1--10.

Милостивый государь

Николай Алексеевич.

Позвольте поблагодарить от всей души за присылку мне пятой части Ваших "Стихотворений",1 которая доставила мне тем большее удовольствие, что почти все в ней было для меня ново. В Вашей последней поэме ("Княгиня Волконская") есть чудеснейшие места, и вся в целом она производит впечатление глубокое. Мне говорили, по поводу этой поэмы, что княгиня Волконская поехала в Сибирь не столько для мужа своего, которого она и не могла любить особенно, сколько для Трубецкого, в которого она будто бы была влюблена. Я не знаю, насколько это справедливо, но ничего мудреного тут нет, так как князь Волконский сам по себе личность весьма незаметная в истории декабристов. Причисляя воспоминание о Пушкине и в особенности предание о соловье к числу лучших, ароматнейших мест Вашей поэмы, я позволю себе заметить, что у Вас в ремарке неверно цитированы стихи Пушкина:

У Вас

Я помню море пред грозою,

Как я завидовал волнам,

Летевшим дружной чередою

С любовью пасть к ее ногам.

В тексте "Онегина"

Я помню море пред грозою,

Как я завидовал волнам,

Бежавшим бурной

чередою

С любовью

лечь

к ее ногам.

Я все собирался к Вам, чтобы передать Вам стихи одного моего приятеля,2 но простудился и сижу дома. Препровождая их при сем, я просил бы Вас сделать мне большое одолжение -- уведомить меня, могут ли они быть напечатаны (Вас. Остров, 15-я лин., д. No 8, кв. No 24).

С чувством глубокого уважения и преданности

Ваш А. Суворин.

22 февр. 1873.

1 Пятая часть издания собрания сочинений Некрасова вышла в свет в 1873 г. и была разослана автором многим его знакомым, в том числе Суворину.

2 Речь идет о В. В. Маркове (о нем см. ниже).

Многоуважаемый Николай Алексеевич, посылаю Вам поправку к стихам Шелли.1 Переводчик говорит, что он сознает, что стихи эти неудачны, но так в подлиннике. Поэт выражает желание быть для ветра арфою певучей. Вот два варианта, которые он предлагает.

Или:

С дубравой вместе, арфою певучей

Тебе я буду. И пускай спадет

С меня листва, как чащи лист летучий.

Или:

Возьми меня, как взял ты лист (?) певучий,

Своею арфою. И пускай спадет

С меня листва, как чащи лист летучий.

Этот последний вариант -- подстрочный перевод.

Препровождаю "Жаворонка" и прошу Вас уведомить меня, будет ли он помещен;2 если нет -- пришлите мне сию птицу обратно, дабы можно было ее продать для стола других. Искренне благодарю Вас за внимание к моей просьбе. Я никогда не сомневался в том, что Вы человек, готовый помогать бедствующей братии нашей.

Ваш от всего сердца А. Суворин.

10 марта 1873.

1 Данное письмо является ответом на письмо Некрасова от 6 марта 1873 г., в котором он, отмечая, что В. В. Марков переводит стихи "недурно", указывает погрешности перевода стихотворения "К северному ветру", где "все темно, как дубрава...". Некрасов подчеркивал, что стихи В. В. Маркова (1834--1883) "можно печатать изредка": "Я завален такого рода стихами, и много уделять места для него, так сказать, в ущерб другим поэтам, не могу" (Н. А. Некрасов. Полное собрание сочинений и писем, т. XI, стр. 243). См. также: В. Э. Боград. Журнал "Отечественные записки". 1868--1884. Указатель содержания. М., 1971, стр. 432.

2 Перевод Маркова из Шелли напечатан в No 5 "Отечественных записок" за 1873 г.

Многоуважаемый

Николай Алексеевич.

Благодарю Вас очень за Ваши хлопоты; относительно "От<ечественных> записок" я сам, как известно Вам, предвидел то, что случилось;1

по моему крайнему убеждению, я мог бы там работать лишь в том случае, если бы Вы были там единственным распорядителем: с Вами я бы сошелся вполне и убежден, что был бы полезен редакции уж одним тем, что внес бы в журнал некоторый положительный жизненный элемент; но при первом свидании с Салтыковым я заметил, что ему этого не хочется, хотя он не говорил этого.2 С Краевским я готов сойтись, но уж если сходиться, то сходиться прочно: разумею некоторую гарантию, которая оберегала бы меня хоть немного от первой возможности выбросить меня за борт. Сальяс <?> согласился редактировать "СПб. вед<омости>", но я его еще не видал. Меня отговаривают от поступления в "Голос"; я ни на что еще не решился, но завтра в час буду у Вас, чтобы поговорить с Краевским.3

Ваш от всей души А. Суворин.

18 декабря 1874.

1 Письмо отражает заступничество Некрасова за Суворина, предлагавшего свои услуги в качестве возможного фельетониста "Отечественных записок", против чего решительно восстали два других полноправных редактора журнала -- Щедрин и Елисеев. Обсудив данный вопрос в тот же день, которым датировано письмо Суворина к Некрасову, Г. З. Елисеев так писал об этом Н. К. Михайловскому: "Сегодня шло длинное совещание редакции "Отечественных записок" по вопросу о Суворине. После разных соображений и рассуждении редакция пришла к следующему результату, о котором и просила меня сообщить Вам: завтра утром Некрасов поедет к Суворину и скажет ему, что так как некоторые из сотрудников не желают, чтобы Суворин имел в "Отечественных записках" свой фельетон, то он, Некрасов, такого фельетона поручить ему не может. А затем Суворин сам увидит, что в "Отечественных записках" ему делать нечего и таким образом вопрос о нем покончится сам собою. Сказать же, дескать, сейчас ему прямо в глаза, что мы самого вашего имени переносить не можем, было бы слишком нечеловеколюбиво и вообще неудобно после бывших разговоров" (цит. по статье: Г. В. Краснов. Из записок А. С. Суворина о Некрасове. -- "Прометей", 1970, No 7, стр. 286). Некрасов, однако, избежал личного неприятного объяснения с Сувориным и известил его о решении редакции письмом, где, в частности, говорилось: "Еще считаю долгом, без обиняков, сообщить Вам к сведению, что дело о предоставлении Вам фельетона в "Отечественных записках" не склеивается: есть элементы в нашей редакции, которые утверждают, что это будет взаимно неудобно" (Н. А. Некрасов. Полное собрание сочинений и писем, т. XI, стр. 362). Ответом на данное письмо и явилось публикуемое нами письмо Суворина.

2 О сдержанности Салтыкова, известной сухости его характера, в данном случае вызванной враждебным отношением к Суворину, свидетельствуют и другие современники: "С Некрасовым вы могли о чем угодно говорить, -- вспоминал, например, П. Д. Боборыкин, -- и если он не проявлял особой сердечности, то все-таки отзывался на всякое проявление вашей личности. С Салтыковым слишком трудно было взять той задушевной беседы" (Литературное наследство, т. 51--52. М., 1949, стр. 159).

3 О сотрудничестве в "Голосе" Суворин вел переговоры с Краевским еще в 60-е годы, сразу же по приезде в Петербург. "В принципе дело это было решено тогда же между мною и Краевским, -- вспоминал он впоследствии, -- а я пока должен был писать в "Отечественных записках" и "СПб. ведомостях". Но потом А. В. Плещеев и другие стали меня отговаривать, советуя поступить лучше к В. Ф. Коршу, который брал "СПб. ведомости". Краевский писал мне, предлагая быть секретарем редакции и писать по 8 фельетонов за 2400 руб. ... Я качался между Коршем и Краевским и, наконец, поступил к Коршу" (Дневник А. С. Суворина. М.--Пгр., 1923, стр. 84). По поводу возможного сотрудничества Суворина в "Голосе" в 70-е годы Некрасов писал ему (апрель 1875 г.): "Я виделся с Краевским. На мои глаза, он имеет твердое желание сойтись с Вами. Если Ваш вопрос еще не кончен, то повидайтесь с ним. Он сказал мне, что очень рад войти в личные переговоры с Вами; завтра все утро свободен, и если Вы потрудитесь прийти ко мне часу в первом, то придет и он. Дайте мне знать, придете ли и в которое время, дабы я мог вызвать и его" (Н. А. Некрасов. Полное собрание сочинений и писем, т. XI, стр. 361--362). Ответом на это предложение и явилась комментируемая фраза в письме Суворина. Сотрудничество его в "Голосе", однако, не состоялось.

Поздравляю Вас от всего сердца с днем Вашего ангела, многоуважаемый, любезнейший, добрый и милый Николай Алексеевич. Я у Вас с лета не был, но мне все говорят, что Вас видеть нельзя. Сегодня я сам болен. Как-то Вас бог милует. В последнее время я слышал, что Вам решительно лучше и что прошло то время, когда говорят больному, что "дни его сочтены", и дай Вам бог пожить еще если не для себя, то для родной литературы. Вы знае ...

Быстрая навигация назад: Ctrl+←, вперед Ctrl+→