Читать онлайн "О религиозном воспитании в семье"

Автор Зеньковский Василий Васильевич (протоиерей)

  • Стандартные настройки
  • Aa
    РАЗМЕР ШРИФТА
  • РЕЖИМ

О религиозном воспитании в семье - прот. Василий Зеньковский

I. Семья как орган религиозного воспитания

Может ли современная семья иметь религиозное влияние на своих детей? [...] Нам необходимо присмотреться к переменам в современной семье, чтобы оценить эти возможности.

Главное здесь – в изменяющемся положении женщины и в превращении семьи из трудовой единицы в единицу потребительскую. Христианизация семьи, которая безостановочно шла в течение веков и которая изнутри преображала семейную жизнь, подверглась в XIX веке серьезнейшему испытанию... Процессы христианизации семьи либо должны искать иных для себя оснований, либо должны стушеваться и уступить место новой варваризации семьи.

Коснемся сначала экономической стороны. Семья издавна была трудовой единицей, той социальной клеточкой, вернее, тем организмом, в котором осуществлялась всеми ее членами общая жизнь. Возникновение денежного хозяйства, отход мужчины на сторону, появление фабрик и заводов разрушало трудовой характер семьи, но не до конца, пока мать оставалась дома. Семья как целое оставалась замкнутой трудовой единицей, в которую дети включались самим ходом жизни, участвуя в общем труде семьи. Разнообразные функции семьи выполнялись в ней самой, семья трудилась как целое, имея свое хозяйство, вырабатывая дома целый ряд нужных вещей. Семейный быт, семейная атмосфера, уют и поэзия семьи – все, что заключает в себе драгоценнейшие для детской души питательные силы было интимно связано с трудовым характером семьи.

Слова «семейный очаг» не случайно явились синонимом уюта и тепла семьи: вокруг трудовых процессов семья объединялась, чувствовала свое единство, реально переживала свою внутреннюю спаянность.

Вся огромная область семейного труда, часто мелкого и незаметного, но реально очень существенного, становилась сферой обнаружения взаимной связанности: для чувств, которые рождает общая семейная жизнь, этим открывалась широкая возможность их выражения, а потому и возможность их цветения. В семейной активности, в семейном труде всегда был неисчерпаемый источник самых глубоких и лучших душевных движений, которыми питалась и крепла семейная целостность. XIX век постепенно вырывает женщину из семьи и этим разрушает главную основу семьи как трудовой единицы: в ответ на развитие женского труда, уводящего мать из семьи, жизнь даст целый ряд существенных изменений в строе семейной жизни.

Семейный труд становится все менее нужным, сводясь постепенно к такому ничтожному минимуму, при котором смешно говорить о семье как трудовой единице. Техника современной жизни дошла до такой высоты, при которой в доме нужно очень мало труда. Очень состоятельные люди могут теперь прекрасно обходиться без прислуги – это достаточно характеризует техническую организованность жизни. Продукты доставляются в таком виде, что над ними минимально нужно потрудиться, чтобы употребить их в пищу, печей топить не надо, мойка белья дома не нужна... Все эти технические удобства современной жизни сводят семью к потребительской, а не трудовой единице: в семье вместе потребляют, но не вместе трудятся.

Этот процесс еще в самом разгаре, но он имеет тенденции расширяться и захватывать все более широкие слои. Нечего удивляться, что современная семья зачастую напоминает гостиницу, а не тот прежний семейный дом, в котором целый день шла непрерывная жизнь. С утра вся семья расходится в разные стороны: отец и мать идут на работу, дети – в школу, в детские сады. Все приспособляется к тому, чтобы прийти на помощь семье в новом ее положении, – и только к вечеру все сходятся вместе. Внешнему растеканию семьи очень часто соответствует и внутреннее: у каждого члена семьи своя социальная среда, с которой он связан, свой круг знакомств, свой круг интересов.

Что же объединяет еще семью в одно целое? Не только в истории семьи, но и в современной семье мать является ее связующей силой, ее живым, средоточием. Семья сохраняет свое единство только благодаря матери. Чем меньше семья является трудовой единицей, чем дальше и глубже идет рассечение семьи, тем ответственнее и существеннее становится роль матери, но тем и труднее она, ибо все члены семьи мало нуждаются в семье. [...]

Нельзя сказать, что такое взаимотяготение невозможно, неосуществимо: жизнь показывает нам и в наши дни удивительные примеры такой целостности семьи, которая сохраняется и там, где совершенно почти исчез семейный общий труд. Но всегда центром и источником семейной связи оказывается мать, и тут, собственно, и обнаруживается, что целостность, столь естественная в семье при семейном труде, может существовать и без этого, находя неистощимый источник своих сил в тех связях членов семьи с матерью, которые духовно настолько содержательны и богаты, что в состоянии крепко и глубоко связать всех.

Мать связана с детьми глубже, чем одной лишь бытовой, жизненной связью. Глубже, раньше трудового единства было в семье ее духовное единство. Нельзя сказать, что лишь христианство дало семье это духовное единство; оно присуще натуральной семье, оно есть выражение самой природы семьи. Но лишь в христианстве раскрывается и осмысливается эта духовная сторона семьи, ибо в христианстве открывается вечность связи членов семьи. Неповторимость, единичность каждого человека, как она впервые возвещена и раскрыта в христианстве в его благовестии спасения и воскресения, впервые раскрывает то, что семья есть духовный организм, ибо связь в семье не исчезает со смертью, но сохраняется для вечности. Мать для всех нас не есть только та точка в эмпирической ткани бытия, где каждый из нас приходит в мир, но это есть и та метафизическая точка для каждого, через которую мы связываемся с вечностью и в вечности. Христианство утверждает метафизическую силу семейных связей; как цветение семейной жизни, как высшее раскрытие ее выступает в христианстве учение о семье как малой Церкви. Семья есть малая Церковь – это значит, что она образует единое, целое, нерасторжимое, жизнью созидаемое, но выходящее за пределы жизни духовное единство, входящее в Церковь как тело Христово, подобно клеткам сложного организма.

Единство семьи не исчерпывается ее жизненно-трудовым единством. Там, где жизненно-трудовое единство колеблется, там не исчезают еще предпосылки подлинной целостности семьи. Мать по-прежнему является средоточием семьи, ее главной зиждущей силой. Поэтому описанный выше кризис семьи, связанный с превращением ее в потребительскую единицу, с рассечением и внешним распадом семьи, может быть изнутри преодолен, но лишь в том случае, если духовная связанность семьи сохранится.

Духовная крепость семьи раньше давалась легче, почти «сама собой», теперь же она дается с трудом, осуществляется лишь при действенном преодолении всех тех сил раздробления и охлаждения, которые заключены в современном строе жизни.

Но тут приходится вернуться ко второму фактору распада современной семьи, мельком нами уже затронутому, – к изменению положения современной женщины. Дело идет не только о развитии женского труда, хотя и это имеет огромное значение. Женщина, становясь экономически самостоятельной и независимой, не мирится с прежним подневольным положением, на которое она была обыкновенно обречена. У современной женщины все больше и все ярче выступают ее запросы как человека; происходит несомненное, хотя и медленное, изменение психологии женщины.

То, что писал Дж. Ст. Милль в трактате «О подчинении женщины», где многие слабые стороны женщины объяснены историческим ее подчинением, оправдывается. Рост женской организованности, развитие гражданских и политических прав женщины, рост просвещения среди женщин, безусловные их успехи в области научного и культурного творчества – все это характерно для нашего времени. Женщина занимает все более активное место во всей современной жизни, но этот рост личности у современной женщины, благой и ценный сам по себе, сказывается весьма тяжело на современной семье. Переставая жить одной семьей, женщина дает очень много обществу, но сплошь и рядом у нее не хватает не только времени, но и внимания для семьи.

Пока женщина живет лишь своей семьей, она является ее реальным средоточием, чутко отзывается на все ее нужды и определяет своей незаметной, но постоянной обращенностью к семье ее жизнь. Уход матери из семьи на сторону, как бы ни был он ценен сам по себе, лишает семью ее основной силы, подрывает самые ее основы. Это роковой факт нашего времени. Не следует думать, что из этого положения нет выхода, но если в прежних условиях жизнь семьи создавалась «сама собой», без каких-либо усилий со стороны женщины-матери, то в новых условиях лишь при особых усилиях возможно сохранить семью как целостный и единый организм.

Христианство имело глубокое влияние на жизнь семьи, на внутренний строй ее – оно как бы приоткрыло и осветило то, что в натуральной семье могло раскрываться лишь случайно: духовную связанность в семье. [...] На этой как раз почве и происходит кризис семьи: христианский смысл семьи, до которого мы доросли, с которым сжилась наша душа, все труднее вмещается в реальные условия семейной жизни, и отсюда вырастает своеобразное «оязычение» современной семьи, ее «паганизация».

Это очень сложный вопрос, отчасти близкий к тому, что случилось во всей современной культуре, оторвавшейся от связи с Церковью. Для преодоления тех трудностей, которые создает современность, у нас оказалось слишком мало религиозной силы. Общее религиозное оскудение и одичание побуждают наших современников искать выхода на путях отрицания христианского подхода к семье. Положение в этом вопросе столь серьезно и трагично, что трудно и осудить наше время за все его судорожные попытки найти выход на путях «оязычения». Но все же нельзя отрицать, что современная семья стоит перед вопросом, которы ...