Читать онлайн "Рисунок жизни [=Планы на жизнь]"

Автор Ноэл Кауард

Ноэль Коуард

Рисунок жизни

Design for Living by Noël Peirce Coward (1933)

Перевод Виктора Анатольевича Вебера

Комедия в трех действиях

Действующие лица:

Джильда

Отто

Лео

Эрнест Фрайдман

Мисс Ходж

Мистер Бирбек

Генри Карвер

Элен Карвер

Грейс Торренс

Мэттью

Действие первое:

Студия Отто в Париже

Действие второе:

Сцена 1: Квартира Лео в Лондоне (спустя восемнадцать месяцев)

Сцена 2: Там же (через несколько дней)

Сцена 3: Там же (следующим утром)

Действие третье:

Сцена 1: Квартира Эрнеста в Нью-Йорке (спустя два года)

Сцена 2: Там же (следующим утром)

Действие первое

Сцена 1

Довольно обшарпанная студия в Париже. В заднике большое окно, выходящее на крыши. В глубине сцены, слева, дверь, ведущая на лестницу, которая, соответственно, выводит на улицу. Справа, ближе к рампе, дверь в маленькую кухню.

Занавес поднимается в десять утра весеннего дня. Студия пуста. Джильда выходит из кухни с кофейником и молочником. Ставит их на столик у окна, на котором уже стоят чашки, стаканы, сахарница и т. д. Джильда — красивая женщина лет тридцати.

Внезапно в дверь слева стучат. Джильда бросает короткий взгляд на дверь, поднимается и идет в спальню. Тут же возвращается, тщательно прикрыв за собой дверь. Вновь стук во входную дверь. Джильда открывает ее, на пороге Эрнест Фрайдман, представительный мужчина, от сорока до пятидесяти лет. В руках у него картина, завернутая в упаковочную бумагу.

Джильда. Эрнест!

Эрнест. Можно войти?

Джильда. Я не знала, что ты вернулся.

Эрнест. Приехал ночью (он входит, прислоняет картину к стене).

Джильда. Это что?

Эрнест. Нечто потрясающее, превосходное.

Джильда. Матисс?

Эрнест. Да.

Джильда. Ты его все-таки добыл.

Эрнест. До сих пор не могу в это поверить.

Джильда. Так быстро показывай!

Эрнест. Его должен увидеть и Отто.

Джильда. Он спит.

Эрнест. Разбуди его.

Джильда. Не сейчас, Эрнест. Он всю ночь мучался от невралгии.

Эрнест. Невралгии?

Джильда. Да, от воспаления нервов. На лице — справа, на теле — слева.

Эрнест (освобождая картину от бумаги). Разбуди его. Одного взгляда на этот шедевр хватит, чтобы мгновенно излечить его невралгию.

Джильда. Едва ли. Он только что заснул. Мучался ужасно. Я закармливала его аспирином и носилась с грелками, подкладывала и туда, и сюда…

Эрнест (раздраженно). Представить себе не мог, что одному человеку может понадобиться столько грелок.

Джильда. У меня есть запасная, на случай, что какая-нибудь потечет.

Эрнест. Тут поневоле выйдешь из себя. Тащишь такую большую картину через весь город, а Отто выбирает именно этот день, чтобы слечь с невралгией.

Джильда. Он ничего не выбирал. Ты и представить не можешь, как он страдает. Все его маленькое личико аж перекосило.

Эрнест. Лицо у Отто огромное.

Джильда. Покажи мне картину, Эрнест, и перестань злиться.

Эрнест (ворчливо). Я просто стравливаю напряжение.

Джильда. Спасибо, дорогой.

Эрнест. И не притворяйся, будто ты обиделась. Все знают, тебя интересуют только те картины, которые написал Отто.

Джильда. Хочешь кофе?

Эрнест. Почему две чашки, если у Отто невралгия?

Джильда. Привычка. На столе всегда две чашки.

Эрнест (окончательно развернув картину, поворачивает ее к Джильде). Вот!

Джильда (всматриваясь). Да, хороша.

Эрнест. Отойди чуть дальше.

Джильда (отходит). Очень хороша. И сколько?

Эрнест. Восемьсот фунтов.

Джильда. Ты торговался?

Эрнест. Нет, они сразу назвали цену.

Джильда. Думаю, ты поступил правильно. Дилеры или частные владельцы?

Эрнест. Дилеры.

Джильда. Вот твой кофе.

Эрнест (берет чашку, не сводя глаз с картины). Она не похожа на другие его работы, не так ли?

Джильда. И что ты будешь с ней делать?

Эрнест. Немного подожду.

Джильда. А потом продашь?

Эрнест. Скорее всего.

Джильда. Для нее нужна отдельная комната.

Эрнест. С твоими проектами по интерьерам я тебя и близко не подпущу. Руки прочь!

Джильда. Ты не думаешь, что я — хороший дизайнер?

Эрнест. Скорее нет, чем да.

Джильда. Ты так любезен, Эрнест.

Эрнест (возвращаясь к картине). Отто сойдет с ума, когда увидит ее.

Джильда. Ты думаешь, что Отто — хорош, не так ли? Ты думаешь, он добьется признания?

Эрнест. Он к этому идет. Медленно, но верно.

Джильда. Не так, чтобы медленно. Пожалуй, быстро.

Эрнест. Тигрица, защищающая своих детенышей!

Джильда. Отто — не мой детеныш.

Эрнест. Твой, твой. Отто — общий детеныш.

Джильда. Ты думаешь, он — слабак, не так ли?

Эрнест. Разумеется.

Джильда. А я, по-твоему, сильная?

Эрнест. Как буйволица.

Джильда. За последние две минуты ты обозвал меня тигрицей и буйволицей. Не слишком ли ты увлекся зоологией?

Эрнест. Темпераментная буйволица, Джильда. Иногда истеричная буйволица. А сейчас очень уж нервная буйволица! Что с тобой этим утром?

Джильда. А что со мной?

Эрнест. В глазах у тебя безумный блеск.

Джильда. Он был всегда. Это одно из главных моих достоинств! Я удивлена, что ты не замечал его раньше.

Эрнест. Годы берут свое, Джильда. Возможно, глаза у меня уже не такие зоркие, как прежде.

Джильда (рассеянно). Может, и не такие.

Эрнест. Если своим старческим слабоумием я навеваю на тебя скуку, не стесняйся, сразу дай мне знать, хорошо?

Джильда. Не идиотничай!

Эрнест (задумчиво). Может, зря я заявился так неожиданно. Наверное, следовало прислать записку, договориться о встрече.

Джильда. Слушай, будь хорошим мальчиком и перестань меня доставать.

Эрнест. Ты — потрясающе красивая женщина, особенно, когда не можешь собраться с мыслями. Жаль, что на портретах Отто ты всегда такая спокойная. Он определенно что-то не ухватывает.

Джильда. Когда он будет рисовать меня в следующий раз, ты должен быть рядом и бомбардировать своими остротами.

Эрнест. Послушай, с моей ролью давнего и уже ни на что не претендующего друга семьи, я имею право на доверительные отношения! Если что-то не так, ты можешь мне об этом сказать, знаешь ли. Возможно, я даже сумею помочь, мудрым старческим словом. Или двумя.

Джильда. Говорю тебе, все в порядке.

Эрнест. Все-все?

Джильда. Поджарить тебе гренок?

Эрнест. Нет, благодарю.

Джильда. Сегодня очень жарко, не так ли?

Эрнест. Почему не открыть окно?

Джильда. Как-то не подумала об этом (резко открывает окно). Вот! Меня тошнит от этой студии! Такая грязь! Как мне хочется оказаться совсем в другом месте. Как мне хочется стать совсем другим человеком! Респектабельной английской матроной, с мужем, кухаркой, ребенком. Как мне хочется верить в Бога, «Дейли мейл» и нерушимость Британской империи.

Эрнест. И все-таки я хочу, чтобы ты сказала мне, что тебя гнетет.

Джильда. Железы, полагаю. Все зависит от желез. На днях я прочитала об этом книгу. Эрнест, если бы ты только осознавал, что происходит у тебя внутри, тебе бы стало дурно.

Эрнест. Мне крайне интересно узнать, что происходит у тебя внутри.

Джильда. Я тебе скажу. Все гормоны в моей крови слишком много работают. Только и делают, что носятся из органа в орган, как курьеры.

Эрнест. Почему?

Джильда. Может, какое-то предчувствие.

Эрнест. Психология. Понимаю. Так, так, так!

Джильда. Да, я слышу голоса. Причем мой собственный голос громче всех остальных, и мне это начинает надоедать. Ты считаешь меня супер-эгоисткой, Эрнест?

Эрнест. Да, дорогая.

Джильда. Думающей слишком много о себе и недостаточно — о других?

Эрнест. Нет. Ты слишком много думаешь о других, но видишь себя.

Джильда. А разве бывает по-другому?

Эрнест. Отрешенность разума.

Джильда. Я таким разумом похвалиться не могу.

Эрнест. Да, для этого приходится приложить немало усилий, но, поверь мне, овчинка стоит выделки.

Джильда. И ты являешь собой пример для подражания?

Эрнест. Для подражания — не уверен, дорогая моя, но кое-чего в этом направлении мне добиться удалось.

Джильда. С чего мне начать? Уйти вместе с моими мыслями?

Эрнест. При всей отрешенности моего разума, я нахожу, что мне трудно с должной сдержанностью воспринимать все твои тягостные метания.

Джильда. Почему?

Эрнест (прямо). Потому что ты мне очень дорога.

Джильда. Почему?

Эрнест. Не знаю. Привычка, наверное. В конце концов, я был очень привязан к моей матушке.

Джильда. Да, я знаю. Лично я к ней теплых чувств не испытывала. Властная женщина.

Эрнест. Полагаю, такие определения, как «властная», с мертвыми не совместимы.

Джильда. Никакого почтения. Моя беда. Никакого почтения.

Эрнест. Я, в некотором роде, испытываю к тебе отеческие чувства.

Джильда. Правда?

Эрнест. И твое поведение ставит меня в тупик.

Джильда. Мои тягостные метания.

Эрнест. Совершенно верно.

Джильда. И что ты под этим подразумеваешь?

Эрнест. Ты можешь внятно объяснить мне один нюанс?

Джильда. Какой именно?

Эрнест. Почему ты не выйдешь замуж за Отто?

Джильда. Забавно, знаешь ли, но под всей твоей житейской мудростью скрывается респектабельная старушка в чепчике.

Эрнест. Тебе не нравится, когда тебя осуждают, так?

Джильда. А кому такое нравится?

Эрнест. В любом случае, я осуждаю не тебя, и твой… конечно, ты упряма, как мул…

Джильда. Опять ты за свое! Сильная, как буйволица! Упрямая, как мул! Тебя послушать, так я — человек-зоопарк. Продолжай в том же духе. Нежная, как голубка! Игривая, как котенок! Черная, как ворона!..

Эрнест. Смелая, как львица!

Джильда. Нет, Эрнест! Так ты не думаешь, раз уж осуждаешь меня.

Эрнест. Я как раз собирался объяснить, но ты грубо меня оборвала. Осуждая я не тебя. Твой образ жизни.

Джильда (рассмеявшись). Я понимаю!

Эрнест. Твоя жизнь чудовищно беспорядочная, Джильда.

Джильда. Такой уж у меня характер.

Эрнест. Ты не ответила на мой вопрос.

Джильда. Почему я не выхожу замуж за Отто?

Эрнест. Да. Есть весомая причина или всего лишь общие рассуждения?

Джильда. Есть очень весомая причина.

Эрнест. Я слушаю.

Джильда. Я его люблю (она бросает короткий взгляд на дверь спальни и повторяет, громче). Я его люблю.

Эрнест. Хорошо! Хорошо, и незачем кричать.

Джильда. Есть зачем, есть. Мне хочется кричать.

Эрнест. Невралгии Отто твои крики на пользу не идут.

Джильда (успокаиваясь). Я перечислю тебе причины, по которым мне стоило бы выходить замуж за Отто. Иметь детей, иметь дом, иметь базу для занятий общественной деятельностью, иметь человека, который бы меня содержал. Так вот, детей я не люблю, дом мне не нужен, общественная деятельность мне противна, и у меня есть маленький, но достаточный источник дохода. Я люблю Отто всей душой, уважаю его, как человека и художника. Узаконенная связь вызовет отвращение как у меня, так и у него. И нет здесь никакого бравирования принципом свободной любви. Просто нам так нравится, нам обоим. Теперь ты доволен?

Эрнест. Если довольна ты.

Джильда. Эрнест, ты ужасный. Сидишь вот, с написанным на лице сомнением, и меня это просто бесит.

Эрнест. Я таки сомневаюсь.

Джильда. А ты не сомневайся, черт бы тебя побрал.

Эрнест. Полагаю, ты знаешь, что Лео вернулся.

Джильда (чуть подпрыгнув). Что?

Эрнест. Я спросил: «Полагаю, ты знаешь, что Лео вернулся?»

Джильда (с написанным на лице изумлением). Быть такого не может.

Эрнест. Он тебе не сообщил?

Джильда. Когда он прибыл? Где остановился?

Эрнест. Вчера, на «Мавритании». Вечером я получил от него записку.

Джильда. И где он остановился?

Эрнест. Ты будешь в шоке.

Джильда. Быстро… Быстро!

Эрнест. В «Георге Пятом».

Джильда (заливается смехом). Он, должно быть, спятил. «Георг Пятый!» ...

Пока начинающие художник и драматург были молоды, героиня поддерживала их веру в собственные таланты
1 стр.
Пока начинающие художник и драматург были молоды, героиня поддерживала их веру в собственные таланты
1 стр.