Мусор

Кукла

Старый трамвай, скрипя, медленно полз по улицам полуразрушенного вечернего города. В салоне, держась руками за потолочные поручни, ехали двое. Мужчина и женщина. На вид им было лет сорок или около того. Уставшие, уже почти бесцветные глаза женщины, в сеточке намечающихся морщин, смотрели в окно, блуждая по серому пейзажу. Лицо мужчины не выражало никаких эмоций.

— Одна живёшь? — спросил мужчина, не поворачивая головы.

— Одна — глухо ответила женщина.

— Муж на войне погиб? — после некоторой паузы спросил пассажир.

Женщина, шмыгнув носом, не ответила.

— Без мужика, поди, нелегко тебе? — мужчина повернул голову к попутчице, быстро взглянув ей в глаза.

— Ничего, мы привыкшие — ответила женщина, пытаясь улыбнуться.

Дальше ехали молча. Трамвай заскрипел тормозами, готовясь остановиться.

— А живёшь где? — вновь спросил мужчина, взглянув на женщину.

— Да здесь недалеко. Выхожу я — ответила, взглянув в мужские глаза, и закусила губу.

Несмело коснулась руки мужчины. Он, поняв всё правильно, легонько подтолкнул женщину к выходу…

— Граждане! Сегодня, третьего сентября 1945-го года, Советский Союз одержал победу в войне с Японией! Ура, товарищи!!! — ровным, хорошо поставленным голосом возвестил громкоговоритель, висящий на уличном столбе.

* * *

Всё случилось в ту-же ночь.

Неистово долбя своим членом податливое, горячее влагалище Татьяны, порывисто, как в первый раз, блуждая руками по женскому телу, забывшему мужскую ласку, пробуя на вкус женские груди, Николай орошал женское нутро потоками горячего семени.

— Коля… Коленька… КОЛЯ!!! — зажав между зубами край одеяла, сдавленно кричала Татьяна, царапая ногтями спину мужчины, обхватывая ногами его бёдра, крепче прижимая его к себе…

* * *

Мужчина открыл глаза, приподнялся на локтях и огляделся по сторонам. В центре небольшой, небогато обставленной комнаты, над тазом с водой, разведя в стороны крупные бёдра, сидела обнажённая Татьяна. Зачерпывая ладонью воду, женщина сосредоточенно мыла свою, покрытую густыми чёрными волосами, промежность.

Массивные, с крупными тёмными сосками, груди, густые чёрные волосы, скрывающие лицо.

— Проснулся, дорогой? — улыбнувшись, Татьяна подняла взгляд на мужчину.

Сняла со спинки стула полотенце. Николай увидел крупные половые губы Тани, его член, как по команде, принялся оттопыривать одеяло.

— Мне на фабрику пора — распрямив ноги, вытирая полотенцем себе между ног, проговорила женщина.

— Горячей воды нет, я подогрела, для тебя в ванной оставила — Татьяна провела ладонью по своей промежности, поднесла ладонь к носу, принюхалась, проверяя результаты водных процедур.

— Постараюсь вернуться сегодня пораньше — женщина подошла, присела на кровать, проведя ладонью по холмику на одеяле.

Не ответив, Николай, обняв Татьяну за плечи, притянул её к себе. Положив руку на ягодицы женщины, ребром ладони провёл между ними, коснувшись ануса и половых губ.

— Коль, ну пусти! — игриво ответила Таня, отстраняясь, ощущая между ног теплоту и влагу.

Подошла к шкафу, повернувшись к мужчине спиной, достала и надела трусы.

— Соседи уже все на работе, в холодильнике справа еда, это наша — женщина застегнула бюстгальтер.

Откинув одеяло, Николай встал и подошёл к Татьяне. Упираясь стоячим членом в белую ткань женских трусов, обняв Таню, мужчина припал губами к её шее.

— Коль, мне пора. Подожди до вечера — поведя плечами, проговорила женщина, опустила руку, беря в ладонь член мужчины.

Высвободилась из объятий, повернулась. Держа член Николая уже в обеих ладонях, нежно обнажила головку.

— Только дождись меня — Таня поцеловала мужчину в губы.

Отстранилась, достала из шкафа юбку…

Надев трусы, Николай накинул на плечи рубашку.

— Коль… Тут такое дело… — услышал он неуверенный голос Татьяны и обернулся.

Женщина, уже полностью одетая, стояла возле двери комнаты, нервно ломая пальцы.

— Соседнюю комнату занимает моя дочь, Аня. Она… она тяжело больна. Ей покой нужен, не ходи к ней, хорошо? — Татьяна с надеждой глядела на мужчину.

— Тань, а что случилось? — застегнув рубашку, Николай принялся за рукава.

— Пострадала во время бомбёжки. Когда ещё шла война. Она почти не двигается, очень плохо видит и слышит… Никто не знает что с ней, и я не знаю — срывающимся голосом закончила женщина, проглотив ком.

— Ну, мне пора! — Татьяна подошла к Николаю, порывисто чмокнула его в щёку и вышла за дверь.

* * *

Застегнув рубашку, мужчина огляделся по сторонам. Вышел в общий коридор, прислушался. В коммунальной квартире было тихо. Вернувшись в комнату, Николай открыл дверцу шкафа, порылся внутри, выбрасывая на кровать Танины вещи. Сдержанная улыбка озарила губы мужчины — он нашёл большую дорожную сумку…

Словно зная, где искать, Николай обчистил всю комнату, упаковав в сумку всё мало-мальски ценное. С сумкой вышел в коридор.

Выбивая плечом хлипкие двери соседей, прошёлся по комнатам, завершив "обход" с сумкой, под завязку набитую чужим имуществом, нажитым кровью и потом в тяжёлое, послевоенное время…

Остановился возле последней неприметной дверью, поставил сумку на пол.

Николай уже понял, что за дверью находится больная девушка, дочь этой самой глупой, несчастной, одинокой женщины, инстинктивно ищущей в каждом встречном мужчине поддержку, опору… и любовь.

* * *

По дороге на работу, всё в том-же трамвае, Татьяна думала о вчерашней встрече. Что сулит ей знакомство с этим человеком, ставшим ей уже почти родным. Вдруг что-нибудь да и получится, срастётся?

Одинокой, побитой жизнью и войной, женщине, очень хотелось, чтобы это было так.

* * *

Николай взялся за ручку двери, приоткрыл и осторожно зашёл. Огляделся. Комнатка оказалась ещё меньше чем та, в которой он провёл ночь. Крошечный столик, два стула, картина на стене да узкая односпальная кровать. На кровати, возле стены, накрытая до подбородка одеялом, лежала молоденькая девушка лет восемнадцати. Чёрные, как и у матери, густые волосы разметались по подушке. Закрытые глаза, казалось, девушка глубоко спала.

Мужчина в нерешительности прикрыл дверь, подошёл к кровати. Чуть постоял, смотря на белое, светлое девичье личико.

— Ну, здравствуй, Аня — вдруг, хищно ухмыльнувшись, негромко произнёс Николай, берясь пальцами за край одеяла.

Откинул одеяло с девичьего тела, сложив его в ногах девушки. Худенькая, невысокого роста девушка была одета в белую, в горошинах, пижаму на пуговицах и в такие-же белые пижамные штаны. Руки Ани были вытянуты вдоль туловища, маленькая, почти незаметная под пижамкой, грудь, мерно поднималась и опускалась.

Оглядев спящую девушку с ног до головы, мужчина облизал языком свои губы, наклонил голову, прислушиваясь к звукам за окном.

Не услышав ничего, кроме звука проезжающих трамваев, словно решившись, протянул руку, коснувшись пальцами ночной сорочки девушки. Аня не шелохнулась, Николай пальцами расстегнул три пуговицы пижамы, на груди девушки.

Просунул ладонь в образовавшуюся брешь, на ощупь коснувшись левой девичьей грудки. Затаив дыхание, мужчина осторожно трогал девичий холмик, всей ладонью сжимая крохотную Анину грудочку. Пальцами нащупал сосок, маленький и мягкий. Помял его, поводя по вершинке подушкой пальца.

Веки Ани задёргались, приоткрылись. Щурясь, девушка всматривалась в лицо мужчины, с её губ сорвалось нечленораздельное мычание.

— Тише, тише — Николай зажал свободной ладонью Анин рот, второй ладонью полностью расстегнул девушкину пижаму.

Распахнул полы ночнушки, вгляделся в белую кожу Аниного живота. Раскрыл грудь, обнажив крохотные девичьи грудки.

Ничего не понимая, слюнявя ладонь мужчины, Анна пыталась приподнять руки, но всё было тщетно. Непослушные конечности лишь вздрагивали, не желая приподниматься.

Зато приподнялся член мужчины, оттопырив его штаны. Продолжая зажимать Анин рот, ведя вторую ладонь по голому животу девушки, Николай подцепил пальцами передок белых пижамных штанов Анны. Потянув, обнажил чёрный треугольничек лобковых волос девушки. Всё ещё силясь поднять руки, вздрагивая всем телом, девушка всматривалась в силуэт незнакомого мужчины, нависающего над нею.

— А ты получше будешь, чем твоя мать, посвежее — прошептал Николай, проведя ладонью по чёрному Аниному треугольничку.

Девушка, с зажатым ладонью ртом, медленно замотала головой, пытаясь что-то сказать.

— Отсосать у меня хочешь, да, девочка? — осклабился мужчина, отнимая ладонь ото рта Анны.

В ответ раздалось нечленораздельное девичье мычание, переходящее в протяжные всхлипы. Из девичьих глаз, на подушку, полились слёзы.

Николай обеими руками с силой дёрнул пижамные Анины штаны, стаскивая их до колен девушки. Девичьи бёдра подпрыгнули на кровати, непослушное тело закачалось на упругих пружинах матраса. Расстёгнутая пижамка ещё больше распахнулась, полностью обнажив голую небольшую грудь Анны.

— Какая ты… — уставившись на голое тельце девушки, безвольно лежащее на кровати, мужчина расстегнул ремень своих брюк.

Девушка силилась что-то сказать, плача, задыхаясь и вращая мокрыми глазами. Справившись с ремнём, блуждая взглядом по обнажённому телу девушки, мужчина извлёк из расстёгнутой ширинки свой напряжённый, стоячий член. Обхватив его ладонью, вперил свой взгляд в чёрный треугольничек лобковых волос Ани.

— Не бойся, дай я потрогаю — прошептал Николай, наклонившись и просунув два пальца между ног девушки.

По телу Анны пробежала дрожь, из уст её вырвались жалобные булькающие звуки.

Коснувшись пальцем клитора беззащитной девушки, мужчина затаил дыхание. Провёл пальцами по половым губам, наклонился ниже, ...

Быстрая навигация назад: Ctrl+←, вперед Ctrl+→